Том 4 · Глава 1241. Конец двух богов

—Почему ты не напал прямо сейчас?

По ту сторону тумана несколько божественных силуэтов пронеслись по небу. Тюр, бог войны, озадаченно спросил:

—Его «Врата Вавилона» уже повреждены. Даже один на один он не фак, что смог бы со мной сравиться. А ведь нас здесь так много...

—В этом не было необходимости, — Тор качнул головой. — Ты и сам сказал, что «Врата Вавилона» повреждены. К тому же, даже если бы мы отобрали сокровищницу, у нас нет соответствующих Законов, чтобы ею управлять. Зачем нам враждовать с Гильгамешем? В Асгарде сейчас и без того хаос: Один исчез, среди богов раздор, Локи пытался узурпировать престол и стать новым царём... Нажить себе ещё одного врага в лице Царя Героев нам только во вред.

Бог войны Тюр молча смотрел на него некоторое время, а затем тяжело вздохнул:

—Тор, ты слишком легкомыслен. Локи испробовал все грязные трюки, чтобы отобрать у тебя престол, и в Асгарде его тайно поддерживает немало богов. Если бы мы смогли захватить «Врата Вавилона» и получить множество находящихся там артефактов, наши шансы на победу выросли бы на порядок... Неужели ты правда хочешь просто наблюдать, как такой человек, как Локи, становится Владыкой Асгарда?

Тор молчал, но его кулаки сжимались всё сильнее.

—Впрочем, наша поездка прошла не совсем впустую, — внезапно подал голос слепой бог Хёд.

Он одной рукой схватил Номер 22 за отворот одежды, притянул к себе и вытащил из его пазухи золотой скипетр и длинный меч, спокойно произнеся:

—Если мои чувства меня не обманывают, это, должно быть, «Скипетр» Царя Гильгамеша из далекого прошлого. Он способен поглощать божественную силу в определенном радиусе для собственного использования — настоящий артефакт уровня «Высший». Что касается «Меча» Царя — хоть для нас, богов, от него мало толку, но в критический момент он может дать неожиданный эффект.

—Артефакт уровня «Высший»... — глаза Тора слегка блеснули.

—А что делать с этим ищейкой? — Бог лесов Видар бросил взгляд на Номера 22.

—Убейте. Он слишком много знает, — холодно бросил Тюр.

Дрогнув всем телом, Номер 22 занервничал и закричал:

—Подождите! Вы не можете меня убить! Поимо самого Царя Героев Гильгамеша, активировать этот артефакт может только обладатель особого родословного древа. И сейчас в мире кроме меня с такой кровью никого не осталось — все мертвы! Вам ведь нужен этот артефакт? Я могу вам помочь!

Хёд положил «Скипетр» на ладонь, внимательно изучил его пару мгновений и слегка кивнул:

—Он говорит правду. Этому артефакту нужен «ключ» в виде крови.

—Тогда заберём его с собой в Асгард, — спокойно решил Тор.

Затем, словно что-то вспомнив, он повернулся к Номеру 22:

—Кстати, ты видел в «Врата Вавилона» моего ищейку? Его зовут Клод.

В глазах Номера 22 на мгновение проскользнул холод.

О судьбе Клода никто не знал лучше него. В конце концов, он лично пронзил его сердце, принеся Клода в жертву «Священному Граалю». Если бы не это, он не смог бы загадать желание о снятии метки и сбежать от смерти.

—Видел. Но на него наложил метку вот этот бог, и в итоге он скончался прямо в сокровищнице, — Номер 22 указал пальцем на стоящего неподалеку Номера 03.

Лицо Номера 03, которого так резко втянули, тут же изменилось.

Он и так был в плену, а тут выяснилось, что он заставлял чужого ищейку работать на себя, да ещё и погубил его... Номер 03 никак не ожидал, что всё обернётся таким образом.

—Чуть не забыл, тут есть ещё двое, — тихо произнёс слепой бог Хёд. — Что делать с ними?

Лицо Тора стало темнее тучи, в его глазах заплясали молнии. С пристальным взором он уставился на Номера 03:

—Убейте. Убейте обоих.

Уголки губ Тюра слегка поползли вверх:

—Без проблем.

Номер 03 и Номер 04 почувствовали, как их сердца уходят в пятки!

Кучевое облако Цзиньдоу скользило над поверхностью моря.

Сунь Укун сидел со скрещенными ногами на краю облака, со сложным чувством глядя на туман вокруг.

Спустя столетие он снова увидел этот туман — тот самый туман, который когда-то похоронил его братьев и всё Небесное Воинство.

Его мысли словно вернулись к той стеле, защищавшей царство. Отчаяние, боль и гнев того дня были подобны шрамам, оставленным временем. Даже спустя сто лет, даже когда он давно перестал быть Победоносным Буддой, эти чувства не угасли.

—Да Ся... — пробормотал Сунь Укун, крепко сжав кулаки.

—Брат Обезьяна, ты скучаешь по Да Ся? — Лин Цие подошел и сел рядом с ним.

—После того как я разорвал ту касаю, некоторые вещи стали ощущаться ещё острее, — произнес Сунь Укун, приложив правую руку к груди.

Лин Цие посмотрел на его грудь и кивнул.

Ранее у него уже возникала подобная догадка. Касая хоть и давала Сунь Укуну великую силу буддизма, она также запечатывала его мирские эмоции. Теперь, когда касая была уничтожена, эмоции, сокрытые в глубинах сердца Сунь Укуна на протяжении века, хлынули наружу с ещё большей силой.

Лин Цие даже не мог представить, насколько тяжелы были эти чувства.

Сунь Укун словно вспомнил о чём-то:

—Насколько я помню, перед моим уходом из больницы у тебя есть ещё одна попытка вытянуть мою способность?

—Верно.

—Вытягивай прямо сейчас, — сделав паузу, сказал Сунь Укун. — Только предупреждаю сразу: я не обладаю фокусами старика Мерлина и не смогу тебе подмахнуть. Что вытянешь — зависит только от твоей удачи.

Лин Цие не знал, смеяться ему или плакать:

—Я знаю. В этот раз я всё сделаю сам.

Лин Цие погрузил своё сознание в Психиатрическую Больницу Богов.

Благодаря функции самовосстановления больница, разрушенная во время ожесточенного боя между Сунь Укуном и Гильгамешем, уже пришла в относительно нормальное состояние.

Разрушенный двор в целом выровнялся, несколько обрушившихся жилых корпусов персонала были отстроены заново. Медбратья, эвакуированные к железным воротам, не пострадали и теперь с испугом поглаживали себя по груди, параллельно убирая разбросанный по больнице мусор.

Гильгамеш, снова облачённый в свою старую серую мантию, сидел посреди опустевшего двора и о чём-то отрешённо думал.

—Гильгамеш.

Лин Цие вошёл во двор и тихо позвал:

—Гильгамеш?

Гильгамеш пришёл в себя и беспомощно посмотрел на него:

—Царь лишь забыл прошлое, но не стал дураком...

Лин Цие неловко почесал затылок и с любопытством спросил:

—И сколько ты сейчас забыл?

—...Царь и сам точно не знает, — тяжело вздохнул Гильгамеш. — Воспоминания о прошлом больше не приходят мне на ум. Если бы не память о том, что произошло после прибытия сюда, Царь, возможно, не вспомнил бы даже собственного имени... К счастью, Царь ещё не забыл Урук.

—Когда вернемся, я найду и перепишу для тебя несколько исторический хроник. Хоть они и смутные, но это лучше, чем ничего, — сказал Лин Цие.

Гильгамеш не стал отказываться и сразу спросил:

—Ты пришёл вытянуть способность Сунь Укуна?

—Угу.

—Кажется, у тебя осталась ещё одна попытка вытянуть и мою способность? Забирай обе сразу.

Лин Цие кивнул и встал ровно посреди двора. Перед ним в пустоте возникли и закружились два колеса способностей.