Том 4 · Глава 1316. Вернись домой… за меня
Услушав категоричный, не терпящий возражений тон Сы Сяонань, Лэн Сюань больше ничего не стал говорить.
На мгновение застыв в молчании, он под давлением её пальцев всё же медленно разомкнул губы…
Сы Сяонань вложила пилюлю ему в рот:
Ешь.
Я проглотил.
…Пусть я и слепа, но вовсе не глупа, — Это же моя собственная уловка, думаешь, сможешь меня провести? Разжуй и проглоти.
Лэн Сюань на мгновение замер, а затем у самого уха Сы Сяонань раздался хруст раскусываемой пилюли. Услышав этот звонкий звук, незрячая девушка слегка улыбнулась.
Словно довольный ребёнок, она полностью расслабилась, и её лицо снова немного потемнело…
Ну как? Вкусная Пилюля Вечной Жизни?
…Невкусная, немного вяжущая, — Но мои раны, кажется, уже начали затягиваться.
Ещё бы! Это же Пилюля Вечной Жизни… Стоит принять её, и любые, даже самые тяжёлые раны мгновенно заживут, само понятие смерти сотрётся, а продолжительность жизни станет бесконечной… — Поздравляю, Лэн Сюань, теперь ты действительно проживёшь вечно…
Осанка Лэн Сюаня постепенно выпрямилась, шаг ускорился, и он, неся Сы Сяонань на спине, размашисто шагнул вперёд.
Лэн Сюань… Где мы?
Пересекли северную границу, уже в горах Чанбайшань.
В Да Ся холодно? Я больше не чувствую температуры…
Немного прохладно, но для севера такая погода считается тёплой.
Север, значит… До Цаннаня ещё, должно быть, очень далеко?
Ещё есть приличное расстояние, но я сейчас угню самолёт, и мы быстро доберёмся.
Услышав серьёзный тон Лэн Сюаня, Сы Сяонань прыснула со смеху, но тут же зашлась мучительным кашлем — приступ следовал за приступом, словно у неё вырывались наружу лёгкие.
Чёрная кровь моментально окрасила спину Лэн Сюаня.
Я ведь уже полубог Уловки… Ну где это видано, чтобы бог Уловки… отбирал самолёты у обычных людей… кхе-кхе-кхе… Я ещё немного постараюсь… и мы скоро будем дома.
Голос Сы Сяонань постепенно затихал, а тем временем из её тела устремились нити чёрного света, сплетаясь в таинственный знак. В то же мгновение их фигуры исчезли.
Исчерпав жизненные силы и при этом насильно воззвав к «Уловке», Сы Сяонань ощутила, будто по её голове со всей силы ударили молотом, и сознание мгновенно помутилось.
Когда она с трудом вернула себе способность мыслить, то почувствовала лишь липкость на голове. Проведя рукой по лицу, она сплошь измазала ладонь в крови.
Её время подходило к концу.
∗Бум—!∗
Из спины Сы Сяонань внезапно вырвалось облако кровавого тумана, рассыпавшись белыми нитями, которые растворились в воздухе…
Её Святилище, непрерывно поглощавшее Законы Уловки, уже преодолело определённый критический порог. Её духовный уровень неконтролируемо пробил пределы человеческих возможностей и устремился к высшим сферам.
Она начала растворяться в Дао.
Истощённые жизненные силы иссякли, душа, искусственно поддерживаемая истинной ци Сиванму, стремительно рушилась, а плоть растворялась в Дао… Наложившись друг на друга, эти три фактора обрушили на тело и душу Сы Сяонань невиданную прежде муку. Но даже в этой пытке тонкая нить несокрушимой воли удерживала угасающее сознание.
Лэн… Сюань… — Мы… уже… в… Цаннане?..
Пришли,
Зрение, обоняние, осязание, вкус и слух угасали вместе с уходящей жизнью. Её разум погрузился в хаос, и лишь последняя непреклонная одержимость всё ещё удерживала искру жизни.
Где… мы?..
На южной стороне Моста Мира, совсем рядом с той лавкой с жареными каштанами, которую ты так любишь. Чувствуешь этот аромат?
Я… кажется… чувствую…
Напротив наше агентство, двери всё ещё открыты. Похоже, в Отряде 136 кто-то до сих пор дежурит… Кто бы это мог быть? А может, это новобранцы из последних выпусков? Интересно, узнают ли они нас? — Погода в Цаннане сегодня отличная, свежо, машин на дорогах многовато… Давай перейдём улицу.
Сяонань, ты слышишь звон колокольчика у двери? Здесь всё точно так же, как и в день, когда мы ушли… Ничего не изменилось…
Дверь в подвал открыта, там кто-то есть. Пойдём, посмотрим…
Голос Лэн Сюаня звучал всё отдалённее. Сы Сяонань тихо лежала у него на спине, и на её потемневшем лице застыла едва заметная улыбка. Ей казалось, что, спускаясь в подвал, она уже видит знакомые лица, ждущие возвращения своей любимицы…
Её сознание медленно погружалось во тьму, пока не утратило последние ощущения.
Сквозь небытие она почувствовала, как теплота раздвинула её губы, и что-то покатилось вниз по пищеводу, опустившись в живот…
…
Туман клубился, снежная буря бушевала в безумном плясе.
На бескрайнем, леденящем душу утесе Лэн Сюань медленно разжал объятия и бережно опустил Сы Сяонань на снег.
Шатаясь, он поднялся на ноги. Из-под его чёрного плаща виднелись ужасающие раны, усыпанные осколками взорвавшихся божественных артефактов. Алая кровь стекала по коже, стремительно окрашивая снег в багровый цвет.
Выплюнув изо рта несколько таблеток Пробуждения духа, он растянул бледные губы в улыбке.
Нежно глядя на Сы Сяонань, лежащую на снегу, он тихо прошептал:
Бог Уловки… оказался не таким уж и хитрым…
В животе Сы Сяонань затеплился слабый огонёк. Таинственное свечение охватило каждый уголок её тела, и плоть, стоявшая на самом краю гибели, внезапно начала возрождаться с невероятной скоростью!
Иссякшая жизненная сила забила ключом, распадающаяся душа стремительно восстанавливалась, а тело, растворявшееся в Дао, заново обретало плотность…
Невидимые законы мироздания хлынули в неё безудержным потоком. Её аура взметнулась с оглушительным грохотом, закружив окружающие снежинки в жуткий вихрь, устремившийся к самым небесам.
В истории человечества готовился явиться второй Бог.
Лэн Сюань стоял в самом эпицентре бури, заслоняя собой Сы Сяонань. Истекающий кровью, он словно подпирал собой всё небо ради неё.
Он тихо опустился на колени, прижал бессознательную Сы Сяонань к груди, и его глаза, покрытые хлопьями снега, медленно закрылись…
В тот момент, когда его дыхание угасло, у самого уха Сы Сяонань прозвучал нежный шёпот:
Сяонань… Вернись домой… за меня…