Том 5 · Глава 1542. Возвращение Ми-Го

—Словно мелкий дождь в сером небе. То идет, то затихает, незаметно пропитывая землю влагой...

Стоило Ан Цинъюю спеть эту строку без аккомпанемента, как тусклый светодиодный экран за его спиной вспыхнул ярким светом. Множество кружащихся осенних листьев стали фоном, дополнявшим его пение.

Мелодичный аккомпанемент под аккордами пальцев Ан Цинъюя превратился в живую, нежную песню, разливавшуюся по каждому уголку зала. Яркие огни раскрасили темную ночь в цвета цветного стекла, и под непрерывные крики восторга атмосфера на площадке снова раскалилась до предела!

Всего за одну ночь Ан Цинъюй превратился из новичка, почти не державшего в руках инструмент, в гитариста, ничуть не уступающего Ли Ифэю. И по сравнению с низким, раскатистым голосом Ли Ифэя, его голос звучал мягче и нежнее — для этой песни он подходил даже лучше.

Цзян Эр завороженно стояла позади толпы. Силуэт в центре внимания под софитами слился воедино с застенчивым и кротким Ан Цинъюем в ее памяти. На мгновение ее охватило чувство нереальности происходящего.

—Цинъюй по натуре довольно застенчивый и скромный, — улыбаясь, подошел к ней Линь Цие и неторопливо произнес: — Раньше он ни за что не решился бы на такой привлекающий внимание шаг перед взглядами сотен людей. То, что он смог подняться на сцену сегодня — уже огромный шаг через себя... Эта песня звучит только для тебя. Цзян Эр, это ты изменила его.

Линь Цие говорил правду. Он даже представить не мог, какое мужество потребовалось тому замкнутому юноше, который когда-то прятался в канализации и в одиночестве препарировал трупы, чтобы теперь выйти в свет софитов под взгляды толпы... Для Ан Цинъюя это было, пожалуй, ничуть не проще, чем в одиночку убить Верховного Бога.

То, что он решился сделать этот шаг, стало сюрпризом абсолютно для всех... Но точно так же он воспользовался этим случаем на фестивале, чтобы выразить Цзян Эр свои чувства и решимость.

Губы Цзян Эр слегка сжались. Смотря на Ан Цинъюя на сцене, она почувствовала, как её глаза наполняются невиданной прежде радостью и трогательным трепетом.

—Я знаю, — тихо прошептала Цзян Эр. — Даже если бы он этого не сделал, я всё равно знала бы о его чувствах...

Она запнулась, и на её лице расцвела сияющая улыбка:

—Но видеть, что он способен там стоять... я действительно очень счастлива.

Линь Цие перевел взгляд с Цзян Эр на Ан Цинъюя и после долгого молчания сокрушенно вздохнул:

—Этот гениальный монстр Ан Цинъюй... учился всего одну ночь и уже достиг такого уровня... Мне прямо даже неловко за себя...

«Прости, что я увяз по уши... Стоит мне случайно бросить на тебя взгляд, и я остановлюсь даже посреди стометрового спринта...»

За кулисами Лу Мэнлэй стояла перед пультом управления. Одной рукой она прижимала к уху полноразмерные наушники, а другой настраивала оборудование перед собой, выглядя предельно сосредоточенной.

—Ты еще и управлением сценой владеешь? — удивленно спросил стоявший рядом Цао Юань.

—Немного, на базовом уровне... Включить музыку, подкорректировать звук и все в таком духе, — улыбнулась Лу Мэнлэй. — На репетиции фонограмма для этой песни, фоновая анимация и программа освещения уже были настроены, так что мне остается только нажимать на кнопки.

—Понятно.

—Кстати... может, тебе стоит их развязать? Выглядят они довольно напуганными, — Лу Мэнлэй указала на угол, где в кучу были связаны веревкой несколько работников сцены.

Сотрудники были привязаны к ножке стола, а их рты заклеены скотчем. Им оставалось лишь беспомощно наблюдать, как Цао Юань и Лу Мэнлэй хозяйничают в операторской, и время от времени издавать сдавленное мычание.

Увидев, что выступление Ан Цинъюя подходить к концу, Цао Юань пока сдернул скотч с их ртов. Все равно снаружи гремела музыка, и даже если бы они закричали, никто бы ничего не услышал.

—Кто вы вообще такие?! Как вы смеете врываться...

—Заткнись!! — Цао Юань свирепо рябкнул на него.

—...

Под его свирепым взглядом бедняги тут же послушно замолкли, до смерти перепуганные тем, что этот мужик с лицом типичного бандита сейчас вытащит пистолет и вышибет им мозги.

—Запомните: сегодня вы ничего не видели, оборудованием управляли вы сами, понятно? — мстительно усмехнулся Цао Юань. — Если кто-то проболтается, я лично пасть порву!

Примерные студенты-отличники отродясь не сталкивались с подобным. Стоило Цао Юаню слегка надавить, как они начали испуганно и безудержно кивать.

Цао Юань поднялся, подошел к Лу Мэнлэй и, наблюдая за тем, как она сосредоточенно управляет сценой, тяжело вздохнул:

—Извини, что втянул тебя в это.

—Пустяки! Подобное я видела только в сериалах, упустить шанс поучаствовать самой было бы глупо, — усмехнулась Лу Мэнлэй. — К тому же я скоро выпускаюсь, так что даже если всплывет — ничего страшного не случится.

Цао Юань кивнул и сквозь прозрачный тент посмотрел на Ан Цинъюя на сцене.

С последним взятым аккордом музыка на сцене постепенно утихла. Восторженные крики публики и взмахи светящихся палочек ознаменовали финал праздничного вечера.

Студенты начали расходиться из зала, прожекторы один за другим погасли. В полумраке Ан Цинъюй отложил гитару и облегченно выдохнул.

Его спина успела насквозь промокнуть от пота.

Сейчас, окажись он под давлением ауры Верховного Бога, он и глазом бы не моргнул, но перед лицом такой аудитории ему действительно пришлось несладко.

Впрочем, это выступление помогло ему избавиться от внутреннего груза, касающегося Цзян Эр, и на душе у него стало гораздо легче. Он покатил инвалидное кресло к открытому пространству неподалеку. Призрачный силуэт Цзян Эр уже летел навстречу и, широко раскрыв объятия, бросился к нему на грудь.

Цзян Эр зависла перед Ан Цинъюем, ее глаза искрились радостью и трепетом. Ан Цинъюй мягко улыбнулся:

—Ну как, тебе понравилось?

—Угу! — энергично кивнула Цзян Эр. — Ты спел куда лучше Ли Ифэя.

Улыбка на губах Ан Цинъюя стала еще теплее.

—Отлично спел, — с улыбкой произнесли подошедшие Линь Цие и Чэнь Хань.

Ан Цинъюй беспомощно усмехнулся и уже собирался ответить, как вдруг его тело резким толчком содрогнулось!

Мучительная, разрывающая боль внезапно пронзила его разум. Лицо Ан Цинъюя мгновенно побледнело, он судорожно схватился за голову и сжался в инвалидном кресле!

Бум——!!

Тяжелый глухой гул пронесся по ночному небу. Линь Цие, словно что-то почувствовав, мгновенно изменился в лице!

—Как такое возможно?! — резко повернув голову в сторону, с нескрываемым изумлением воскликнул Линь Цие.

—Что случилось? — недоуменно спросил Чэнь Хань.

—Прошло же всего два дня... Как они умудрились прийти так быстро?!