Том 3 · Глава 606. Собеседование для санитаров

Все обитающие здесь «таинственные», строго говоря, не были убиты лично Линь Цие. Сила Никс просто принудила их и заставила насильно погибнуть под его клинком. Подобная унизительная смерть не только не внушила им страха перед Линь Цие, но даже вызвала у них некоторую злость и презрение.

До своей гибели все они были «таинственными», обитавшими в тумане. Они не были такими жалкими и ничтожными, как те «таинственные», что спускались на земли Да Ся. У каждого из них были свои владения и своя гордость, и даже то, что они уже однажды умерли, не означало, что они готовы полностью подчиниться.

Если сравнить «таинственных» из тумана с заносчивыми, высоко задравшими головы петухами, то только что взорвавшийся черный великан, без сомнения, был самым гордым из всей стаи.

И вот, он погиб — окончательно и бесповоротно, с рассеянием души.

Этот невероятно свирепый «таинственный» уровня «Клейн» погиб прямо у них на глазах столь позорным образом, не оставив после себя даже мельчайшего следа своего существования.

Его смерть заставила большинство оставшихся «таинственных» трезво взглянуть на реальность…

Они больше не были теми могущественными существами, какими являлись при жизни. Неважно, чем они владели в прошлом — сейчас они были всего лишь узниками, чьи жизни и смерти зависели от единого желания этого мужчины в белом.

Стереть их существование для него было делом одной короткой фразы.

Когда Линь Цие посмотрел в глаза Белому Медведю и леденящим душу тоном спросил: «Жить хочешь?», тот знатно струсил.

Да и кто не хочет жить?

Имея перед глазами наглядный пример черного великана, Белый Медведь напрочь растерял всю спесь «таинственного» уровня «Клейн». Он не был настолько глуп, чтобы снова злить Линь Цие и расплачиваться за это собственной жизнью.

—Хочу, — честно ответил Белый Медведь.

—По хозяйству помогать умеешь?

—? — Медведь растерянно уставился на Линь Цие.

—Какими талантами обладаешь?

Медведь продолжал пребывать в полном недоумении.

—Что ты вообще умеешь делать, кроме как драться?

—Я… я еще умею… жарить рыбу? — робко выдавил из себя великан.

Линь Цие слегка кивнул. А что, вполне практичный навык…

Линь Цие протянул руку и выудил прямо из воздуха кабальный договор… точнее, трудовой контракт, и положил его перед Белым Медведем. Тот непонимающе поднял взгляд на юношу.

—Если у тебя нет возражений по этому контракту, подписывай, — сухо бросил Линь Цие и, не дожидаясь ответа, сразу направился к следующей камере.

Белый Медведь бегло просмотрел контракт. Благодаря автоматическому переводу, встроенному в больницу, все надписи трансформировались в самые доступные для понимания мыслеформы, так что языкового барьера не существовало в принципе. Когда он дочитал документ до конца, его белая морда слегка позеленела.

—А что… — нерешительно подал голос Медведь, — если возражения все-таки есть?

Линь Цие ответил, даже не оборачиваясь:

—Если есть возражения — умрешь.

—…

Поколебавшись мгновение, Медведь все же протянул свою огромную косматую лапу и прижал палец в правом нижнем углу контракта, после чего бумага тут же самовоспламенилась.

Дверь камеры медленно открылась, и на теле Белого Медведя из ниоткуда возникла форменная одежда санитара невероятно огромного размера, окрашенная в сине-зеленый цвет. На его груди красовалась блестящая именная бирка: «008».

Переваливаясь с боку на бок, Белый Медведь вышел из камеры и почесал затылок, будто все еще не понимая, что произошло.

Его что… только что продали в рабство?

Остальные запертые в камерах «таинственные», увидев, как легко Белый Медведь обрел свободу после того, как приложил лапу к контракту, невольно заволновались. Разумеется, со стороны они видели лишь то, что медведь покинул камеру и теперь спокойно стоит снаружи…

Они и понятия не имели, что Белый Медведь просто перешел из тюремной камеры под полный контроль одного крайне беспринципного босса.

Как только Линь Цие подошел к двери следующей камеры, еще до того, как он успел открыть рот, сидевшая на полу серая птица сама проявила инициативу:

—Я хочу жить.

Линь Цие удивленно приподнял бровь.

—По хозяйству помогать умеешь?

—…

Когда Линь Цие снова открыл глаза, он почувствовал невыразимую усталость.

Эти два часа он пахал словно заправский HR-менеджер, безумно проводя собеседования с «таинственными» из самых разных регионов, обладающими совершенно разными способностями и характерами. И даже за такое долгое время ему удалось опросить чуть меньше семидесяти существ, потому что общаться с ними было невероятно тяжело.

Ладно еще высокоинтеллектуальные особи вроде Белого Медведя или серой птицы. Но среди последующих кандидатов было множество «таинственных», которые хоть и обладали огромной силой, умом явно не отличались. На вопрос о том, умеют ли они вести домашнее хозяйство, те отвечали, что умеют крушить дома. А когда их спрашивали об особых талантах, выяснялось, что их главный талант — спариваться и плодить потомство…

Если бы не их относительно покорное и искреннее отношение, Линь Цие уже давно стер бы их души без следа.

За исключением нескольких бунтарей, которых Линь Цие безжалостно уничтожил, подавляющее большинство из этих семидесяти с лишним «таинственных» были приняты в штат санитаров. Порядковые номера сотрудников дошли уже до 078. У Линь Цие не было времени лично распределять обязанности и прививать им корпоративную культуру, поэтому он просто спихнул их всех под руководство Ли Ифэя.

Теперь Ли Ифэй стал самым настоящим предводителем санитаров. Даже те несколько могущественных существ уровня «Клейн» теперь были вынуждены почтительно называть его «братом Фэем» или «управляющим Ли».

Линь Цие поднялся с земли, бросил взгляд на небо и слегка нахмурился.

—Директор, чего вы ждете? — с легким недоумением спросила тихо стоявшая рядом с ним Хунъянь.

—Жду двоих людей… — медленно произнес Линь Цие. — Но, похоже, в ближайшее время они не вернутся.

Немного подумав, Линь Цие поставил пакет с продуктами перед контейнером и прикрепил к двери записку. Бросив прощальный взгляд на это тесное жилище, он развернулся и направился в сторону города.

Линь Цие не собирался ждать здесь вечно. Раз их нет сегодня, он просто придет завтра. Вот только сладости и закуски в пакете могли не дожить до завтрашнего дня, поэтому их нужно было оставить у входа, чтобы девочки съли их сразу, как только вернутся.

Перед уходом Амамия Харуки дал Линь Цие в общей сложности 200 000 иен. Оставив себе небольшую часть на еду и транспортные расходы, всю остальную сумму Линь Цие планировал отдать им. Впрочем, будет лучше, если завтра он вручит эти деньги лично в руки.

Линь Цие вместе с Хунъянь успели пройти всего пару улиц, как вдруг заметили седовласую пожилую женщину. Она в одиночестве сидела на обочине дороги и отрешенно смотрела на бурлящий поток машин на перекрестке.

—Бабушка Цуру? — Линь Цие слегка оторопел, узнав силуэт.

Бабушка Цуру, услышав его голос, тяжело повернула голову, и ее затуманенные глаза постепенно просветлели. Упершись руками в колени, она изо всех сил попыталась подняться со ступенек, ее тело мелко дрожало.

Линь Цие быстро подошел и поддержал ее. Старушка крепко вцепилась в его руку, словно хватаясь за спасительную соломинку:

—Вы ведь… друг маленькой Юли, верно?