Том 3 · Глава 666. Вера банды Хэйша

Когда Юрина, держа за руку дядю Кёсукэ, вернулась к машине, её глаза были совсем красными от слёз.

Дядя Кёсукэ уже рассказал ей обо всех причинах и следствиях произошедшего. Прежде он намеренно скрывал свою личность и те события, потому что не хотел втягивать Юрину в этот водоворот. Однако теперь, когда она в конечном итоге обнажила клинок «Тидзуру», став разыскиваемой преступницей ранга «Буйный призрак» и по совместительству владелицей проклятого меча Магацу-но-тати, ей суждено было столкнуться с некоторыми вещами лицом к лицу.

Рассказать ей обо всём сейчас было только к лучшему.

—Папа, заведение разрушено, Дотонбори тоже больше нет... куда нам теперь идти? — Юрина посмотрела на лежащие в руинах окрестности Дотонбори, где не осталось и следа от былой роскоши и оживления, а затем повернулась к дяде Кёсукэ.

Случись это раньше, гибель «Чёрного платана» непременно разбила бы Юрине сердце. Но сейчас на душе у неё было не так тяжело: в конце концов, теперь она знала, кто такой дядя Кёсукэ. Для неё нынешней — где дядя Кёсукэ и её названные братья, там и есть «Чёрный платан».

Само здание... казалось, уже не имело такого значения.

Дядя Кёсукэ посмотрел на полностью обрушившийся в углу клуб «Чёрный платан» и погрузился в молчание...

Шэнь Цинчжу хоть и не понимал, о чём они говорят, но благодаря многолетнему навыку читать людей по мимике и жестам смутно догадался об их затруднительном положении. Он повернулся к Линь Цие и сказал:

—Если вам некуда идти, можете вернуться со мной в штаб-квартиру Хэйша. Там полно пустых этажей, никто вас не побеспокоит.

Линь Цие перевёл слова Шэнь Цинчжу остальным. Те переглянулись — возражений ни у кого не возникло.

—Премного благодарны, — дядя Кёсукэ, ведя Юрину за руку, с улыбкой слегка поклонился Шэнь Цинчжу.

Здание банды Хэйша

Чёрный седан припарковался у подножия высотки. Едва Шэнь Цинчжу и остальные вышли из машины, как тут же застыли на месте.

Перед зданием ровными шеренгами стояли члены банды Хэйша. Струи дождя и порывы ветра нещадно хлестали их, но никто даже не шелохнулся — они замерли, подобно каменным изваяниям.

Шэнь Цинчжу нахмурился, явно не понимая, что за чертовщину устроили его подчинённые.

Заметив появление Шэнь Цинчжу, глаза Имори Юта, Асакуры Кэна и остальных вспыхнули ярким светом, а на лицах отразился дикий восторг!

Глава вернулся! Глава и правда жив!

Плюх — !

В это мгновение все члены банды Хэйша одновременно рухнули на колени. Их колени с тяжёлым стуком ударились об асфальт. Синхронно склонившись к самой земле, они во всю мощь своих лёгких закричали сквозь шум бури:

—Просим главу отпустить наши грехи!

Шэнь Цинчжу, облачённый в хаори с узором плывущих облаков, стоял перед толпой. Он одеревенело повернул голову к Линь Цие, и в его глазах читалась мольба о помощи.

«Что за дела? Почему стоит мне вернуться, как они все падают на колени? Что за чушь они несут?»

Линь Цие бесшумно подошёл к Шэнь Цинчжу и, опустив голову, едва шевеля губами, произнёс так, чтобы слышал только он один:

—Они говорят: "Просим главу отпустить наши грехи"...

Шэнь Цинчжу на секунду опешил, а затем мгновенно понял, почему люди из Хэйша так себя ведут.

—Глава! — глаза Имори Юта покраснели, когда он поднял голову. — Простите нас! Вы спасли нас из рук Божественного Посланника, и мы все собирались взять оружие и вернуться, чтобы помочь вам! Но это я... это я остановил их! Я посчитал, что в такой ситуации наше возвращение лишь обузой повиснет на вас в бою! Мы бросили вас, глава, и сбежали сами. Нам безумно жаль! Но приказ не возвращаться отдал именно я. Если вы хотите наказать кого-то, то покарайте меня! Я, Имори Юта, готов прямо здесь совершить сэппуку во искупление вины!

Пока тот говорил, Линь Цие синхронно переводил каждое слово. Стоило прозвучать последнему слогу, как Имори Юта, стоя на коленях, выпрямил спину и резко выхватил из-за пояса короткий меч-вакидзаси, собираясь вонзить его себе в живот. В его взгляде читалась абсолютная решимость!

Шэнь Цинчжу прищурился. Щелчком большого пальца он поддел белое кольцо на безымянном пальце, и то со свистом полетело вперед, с ювелирной точностью врезавшись в лезвие вакидзаси и выбив оружие из рук Имори Юта!

Меч с металлическим звоном упал на землю. Имори Юта посмотрел на свою опустевшую ладонь, а затем растерянно уставился на Шэнь Цинчжу.

—Что... что мне сказать? — вполголоса пробормотал Шэнь Цинчжу.

Линь Цие на мгновение задумался:

—Говори за мной слово в слово.

—Идёт.

Шэнь Цинчжу глубоко вздохнул и яростно рявкнул:

—Бакаро! (Дурачьё!)

Этот гневный окрик заставил всех членов банды Хэйша оцепенеть на месте. Они никогда прежде не видели своего главу в такой ярости.

—Те боги не считают вас за людей, но неужели вы сами перестали считать себя людьми?! — взор Шэнь Цинчжу скользнул по толпе, излучая величие и праведный гнев. — Достоинство нужно отвоёвывать самим, никто не вправе распоряжаться вашими жизнями! Мы с таким трудом вырвали вас из рук Божественного Посланника, а вы собираетесь собственноручно оборвать свои жизни? Глупость! Абсурд! Вы так ничтожно топчете всё, что у вас есть, — чем вы тогда отличаетесь от жалких муравьёв?! И после этого у вас хватает наглости называть себя моими подчинёнными?!

Когда Шэнь Цинчжу закончил речь, тела всех членов Хэйша вздрогнули. Они ошеломлённо смотрели на него. Они никогда не слышали, чтобы глава произносил так много слов за раз.

В их представлении глава всегда был молчаливым, решительным и суровым человеком дела. То, что сейчас он высказал им всё это на одном дыхании, доказывало лишь одно: они действительно ему небезразличны...

Неужели в сердце главы они занимают настолько важное место?

Неудивительно... Глава, не щадя собственной жизни, сражался с Божественным Посланником только ради того, чтобы спасти их!

Глаза якудза начали наливаться слезами.

Сам Шэнь Цинчжу понятия не имел, что именно он наговорил — он просто в точности повторял всё за Линь Цие. Но судя по выражениям лиц этой толпы, эффект превзошел все ожидания...

—Нам безумно жаль!! — Имори Юта вместе с остальными снова склонился к земле. С трудом сдерживая подступившие слёзы благодарности, он прокричал: — Боги видят в нас лишь муравьёв, так отныне мы больше не веруем в богов! Наши жизни и наша честь целиком принадлежат банде Хэйша! Принадлежат главе! Отныне вы, глава... наша единственная вера!

Глядя на коленопреклоненных членов Хэйша, чьи ряды колыхались подобно волнам, Шэнь Цинчжу слегка повернул голову к Линь Цие. Тот ободряюще кивнул ему, показывая, что всё улажено. Только тогда Шэнь Цинчжу с облегчением выдохнул.

—Это мои почётные гости. Выделите им целый этаж и позаботьтесь обо всём наилучшим образом, — бросил Шэнь Цинчжу вслед за подсказкой Линь Цие. После этого он, не обращая внимания на стоящих на коленях людей, направился прямиком внутрь здания.

Стоявший в стороне Амемия Харуаки провожал их спины исключительно сложным взглядом.

«Как и ожидалось от пришельцев из Великого Ся!

Так легко изменить веру крупнейшей группировки Кансая, вырвав их из-под гнёта божественной власти...

Что же это за удивительная страна такая — Великий Ся?.. Если представится возможность, я бы очень хотел её посетить».