Том 3 · Глава 799. Пятый пациент

Глядя на шкалу прогресса, Линь Цие внезапно ощутил необъяснимое чувство триумфа. Наконец-то… отметка перевалила за 20%!

Благодаря его упорному общению и попыткам растопить этот лед Сунь Укун, который поначалу был непоколебим как скала и полностью игнорировал окружающих, прошел путь от редких односложных ответов до простых диалогов. А затем, используя фруктовое вино в качестве приманки, Линь Цие и вовсе выманил его из палаты… Шаг за шагом Великий Мудрец выбирался из своей клетки.

Хотя до следующего этапа в 50% было еще далеко, Линь Цие верил: раз уж тот согласился выйти наружу и пойти на контакт, он сможет распутать узлы в его душе за короткий срок. Самый трудный первый шаг уже сделан, и теперь все зависело от умения Линь Цие тонко понимать психологию Сунь Укуна.

Посмотрев на фигуру в кашая, сидевшую на перилах, Линь Цие немного поколебался, но так и не решился подойти и заговорить. Он чувствовал, что в глазах Сунь Укуна сейчас плескались глубокая печаль и тоска по прошлому… Пока тот предавался воспоминаниям, лучше было не беспокоить его понапрасну. В конце концов, он уже начал выходить из палаты, так что возможностей в будущем будет предостаточно.

Линь Цие развернулся и пошел прочь от большого дерева. Поднявшись по лестнице с другой стороны, он оказался на втором этаже и остановился у дверей пятой палаты. Достигнув царства «Безмерного» (Улян), Линь Цие получил право открыть пятую дверь. За ней скрывался пятый по счету бог, заключенный в этой Психиатрической лечебнице для богов!

Линь Цие поднял голову и посмотрел на табличку над дверью палаты, символизирующую личность бога. На ней была выгравирована покрытая трещинами золотая корона. Корона… Линь Цие уставился на табличку, погрузившись в раздумья.

Корона символизировала верховный статус и абсолютную королевскую власть. Однако в мифах и легендах разных стран мира божества, напрямую связанные с монаршей властью, встречались крайне редко. К тому же корона обычно служила символом статуса светских правителей земного мира. Для богов же знаками верховной власти чаще выступали скипетры или божественные троны, так что корона была действительно редким явлением. И даже если это корона… почему она расколота?

Греческая богиня ночи Нюкта, бог магии Мерлин из английских легенд, скандинавский бог поэзии и музыки Браги, Великий Мудрец Равный Небу Сунь Укун из Дася… Если семь пациентов этой лечебницы, как и предполагал Линь Цие, принадлежали к разным мифологическим пантеонам, то для трех оставшихся палат выбор мифологий был уже невелик. Но даже при этом у Линь Цие не было ни малейшей зацепки касательно того, кто именно находится в пятой палате.

Сделав глубокий вдох, Линь Цие протянул руку, взялся за дверную ручку и спустя мгновение с силой толкнул ее! Скрип — !

Не встретив ни малейшего сопротивления, дверь пятой палаты под натиском Линь Цие медленно распахнулась… Неподалеку, сидя на перилах коридора и отрешенно глядя вдаль, Сунь Укун словно что-то почувствовал. Он повернул голову в эту сторону и слегка нахмурился.

Вместе с открывшейся дверью в комнату хлынул солнечный свет из внешнего мира. Посреди пустого помещения на складном стуле сидел мужчина в сером одеянии, неподвижный, словно изваяние. В тот миг, когда на него упал луч солнца, его темно-фиолетовые глаза медленно открылись, и одновременно с этим от его тела испрянула неописуемая, величественная аура!

Сумеречный солнечный свет отбрасывал силуэт его спины на белую стену позади. Серое одеяние лежало на его плечах, делая его похожим на восседающего на троне у самого края света… Гордого и одинокого короля.

Когда этот человек открыл глаза, Линь Цие застыл. В его сознании подсознательно вспыхнул необъяснимый порыв — опуститься на одно колено и присягнуть в верности, отдав свою свободу и жизнь этому древнему императору, который не должен был существовать в этом мире. Однако едва эта мысль появилась, Линь Цие тут же подавил ее. Источник Ночи внутри его тела активировался сам собой, отчего его собственная аура стала темной и глубокой. Слабое дыхание монаршего величия вырвалось из его тела, рассеивая подавляющее давление незнакомца.

—О? — мужчина, сидевший на складном стуле, казалось, немного удивился тому, что Линь Цие смог так легко вырваться из-под действия его ауры.

В то же самое время Мерлин и Браги, мирно игравшие в шахматы на первом этаже лечебницы, одновременно что-то почувствовали и резко обернулись, посмотрев на второй этаж.

—Это… — Браги слегка нахмурился.

—Похоже, господин директор собирается представить нам нового соседа, — Мерлин посмотрел сквозь окно первого этажа, вглядываясь в едва различимый силуэт мужчины. В его глазах промелькнуло несколько лучей света, подобных движению звезд судьбы, и в то же мгновение он что-то осознал…

—Странно, — произнес Браги, прислушиваясь к ощущениям и недоумевая. — Похоже… это всего лишь полубог?

—Если быть точным, он бог лишь на две трети, а оставшаяся треть… все еще человек. Он обладает силой и мудростью бога, но лишен божественного долголетия. Это бог, чей век равен веку простого смертного, — Мерлин тихо вздохнул. — Нашему новому соседу… тоже досталась горькая доля.

…

Линь Цие успокоил душевное волнение и поднял глаза на парящую за спиной мужчины панель.

Палата №5. Пациент: Гильгамеш. Задача: Помочь Гильгамешу вылечить психическое заболевание. Когда прогресс лечения достигнет определенных значений (1%, 50%, 100%), можно будет случайным образом получить часть способностей Гильгамеша. Текущий прогресс лечения: 0%

Гильгамеш? Увидев это имя, Линь Цие тут же воскресил в памяти информацию об этом божестве. Гильгамеш был богом из шумерской мифологии. В современном мире, окутанном туманом, сведений об этом мифологическом пантеоне осталось крайне мало, так что знания Линь Цие были весьма ограниченными. Из того, что он помнил, Гильгамеш являлся наполовину человеком, наполовину богом, а также пятым царем города-государства Урук — жестоким и свирепым тираном.

—На колени.

Пока Линь Цие размышлял, мужчина в сером одеянии, восседавший на складном стуле, равнодушно нарушил тишину. Линь Цие опешил. Гильгамеш уставился на него своими фиолетовыми глазами и безэмоционально повторил:

—Я сказал… на колени!

Линь Цие: «…» Он что, больной? А, ну да… он ведь действительно больной.

—С чего бы мне вставать на колени? — спокойно спросил Линь Цие. Он не собирался опускаться до споров и мериться эго с Гильгамешем. Как-никак, он был профессиональным психиатром и не должен был принимать слова пациента близко к сердцу. Для него сейчас гораздо важнее было через этот диалог определить характер психического расстройства Гильгамеша.

—Любой, кто является подданным этого царя, завидев меня, обязан склонить колени, — нахмурился Гильгамеш. — Не преклонишь колени — умрешь.

Едва эти слова сорвались с его губ, Гильгамеш, не дожидаясь ответа Линь Цие, просто поднял руку и слегка указал на него пальцем.

В следующее мгновение ослепительный фиолетовый луч вырвался из палаты и по наклонной устремился ввысь, пронзив небо над Психиатрической лечебницей для богов!