Том 1 · Глава 95. Храм «Взгляд Хираямы»

Бум!

Чжу Чжэнци нанес удар в ласку, которая внезапно прыгнула из-за его спины, превращая её в безголовый труп.

Ласка была огромной и тяжело упала на землю, отчего земля содрогнулась три раза.

—Тьфу! — старик яростно плюнул на труп, — Хочешь атаковать Лао-цзы даже на этом уровне? Откуда у тебя такая храбрость!

—Старый генерал силён! — Чжу Цзячэн последовал за Чжу Чжэнци, слабо льстя ему.

Через пять дней после того, как они вышли, их запасов уже серьёзно не хватало. Они планировали вернуться утром. Они не ожидали, что вертолёт собьёт огромная птица, как только он взлетел.

Если бы не быстрая реакция Чжу Чжэнци, который, схватив Чжу Цзячэна, прыгнул вниз, Чжу Цзячэн определённо разлетелся бы на куски, как телохранители в вертолёте.

Сейчас они находятся в гористой местности в двухстах километрах от северной окраины Жунчэна. Без помощи вертолёта им придётся пешком вернуться в Жунчэн по ущелью, откуда время от времени вылезает чудовище. Это определённо не то, что можно сделать за день или два.

—Что ты такой вялый, будь энергичнее! — Чжу Чжэнци впился взглядом в Чжу Цзячэна, — Обычно ты не практикуешь боевые искусства. Ты много времени тратил на стрельбу. Ты сожалеешь об этом сейчас? Ты вынуждён оставлять всю работу мне в критический момент. Тебе не стыдно?

Чжу Чжэнци выглядел высокомерно, пистолет для этих монстров был словно пердёж и мог быть пробить даже их мех. (П.п.: вариант гугла – «пистолет имел функцию пердения»)

Услышав эти слова, Чжу Цзячэн взглянул на старика с грустным выражением лица. Разве он не собирался заниматься боевыми искусствами? Кто сказал ему, что его таланты в боевых искусствах ограничены и что даже после пятидесяти лет упорных тренировок у него нет надежды стать мастером внутренней силы?

Если бы не старик, как бы он мог отказаться от боевых искусств и заняться стрельбой?

Кроме того, разве эти людоеды-монстры ещё не существовали в то время? Обычный мастер, пока он не прорвался во врождённое царство, разве не был бы убит одним выстрелом, если бы встретил его? Кто осмелился бы сказать, что он слаб?

—Дедушка, разве я теперь не вошёл во врождённое царство? Хотя я немного послабее, я всё-таки прорвался!

Чжу Чжэнци скривил губы: