Том 2. Глава 501

Такой интимный контакт заставил кровь во всем теле Луна И вскипеть. Пара крепких маленьких зайчиков маленькой лолиты терлись о его руку, ее запах действовал как афродизиак, словно прося у Луна И его несчастную жизнь.

«Мэн, ты… Скорее выйди отсюда» — сказал Лун И, когда в его голове пронеслись последние намеки совести.

«Не хочу, я хочу купаться вместе с тобой» — прошептала лолита с пылающим лицом и обняла Луна И своими нефритовыми руками.

Все тело Луна И замерло, но он сцепил зубы и оттолкнул девочку. Однако из-за этого, он оказался полностью обнаженным перед ней. Его толстый и большой братец выпрыгнул наружу, показывая свою мощь.

«Уооой…» — удивилась лолита, увидев огромную штуку между ног Луна И. Ее нежное тело обмякло, а сердцебиение усилилось. Она почувствовала, как силы вдруг покинули ее, ноги подогнулись, и девушка рухнула на пол.

Когда человек неожиданно падает, он машинально хватается за что-нибудь. Маленькая лолита не была исключением. Падая, она схватилась за братца Луна И, и рухнула рядом.

Лун И зашипел от боли. Это место у мужчин наиболее беззащитное. Такое происшествие, конечно, было болезненным, но потянув за братца девушка тут же прижалась к нему лицом, и Лун И оторопел.

∗∗ стоял, ∗∗ присела перед ним на корточки. Лолита не только умело схватила его оружие, но и прижалась ко вдохновленному братцу лицом, и все мысли о том, чтобы прогнать ее, испарились из головы Луна И.

Жумэн посмотрела вверх, всё еще сжимая братца своей маленькой рукой, ее лицо ничего не выражало.

«Ты хочешь моей смерти…» — прорычал Лун И заметив, что ее рот был всего в нескольких сантиметрах от братца. Он даже чувствовал ее горячее дыхание.

Машинально Лун И выдвинул бёдра вперед, от чего его братец немного вошел в ее нежные губы, образовавшие букву «О».

Лун И оторопел, и по всему его тело пронеслось щекочущее чувство, словно от удара током. Эта сцена была слишком грешной и такой возбуждающей, что он едва не покорился этому.

Что касается Жумэн, то она очнулась от своего замешательства и поняла, что держит в руке и что вошло в ее рот. Она запаниковала и хотела было выплюнуть это, но хотя ее сознание пришло в себя, тело всё еще было слабым.

«Ах… Мэн, помоги своему зятю» — простонал Лун И, начиная медленно двигаться. Он двигался совсем немного, боясь причинить вред неопытной лолите.

Налань Жумэн посмотрела вверх, увидела его пылающий взгляд и то, как свежо Лун И стал выглядеть, и отвага победила скромность в ее сердце. К тому же, Жумэн вспомнила, что изначально пришла сюда для того, чтобы отдать Луну И свое тело.

Заниматься любовью – это инстинкт для всех животных. Видя, что может сделать Луну И приятно, она поддалась его движениям. К тому же, она использовала свой язык, чтобы подразнить и возбудить Луна И, после чего его движения невольно стали сильнее.

Однако ее рот не был настолько большим, как инструмент Луна И, и она не обладала нужными техниками глотания, подходящими для такого движения. Девушка просто не могал это вынести.

Лун И, который теперь не мог полностью насладиться процессом, уже не мог от него отказаться. Ему пришлось учить лолиту прямо на месте. Амплитуда движений, техники глотания, движения рук, — Лун И объяснял всё это, одно за другим.

К счастью, лолита была сообразительной и внимательной, к тому же она хотела доставить Луну И удовольствие, поэтому училась очень быстро. Сам Лун И сконцентрировался на получении удовольствия. Ему редко выпадала такая возможность.

Тем временем Люли беспокойно сидела на диване. Вокруг ванной не был установлен звуковой барьер, и она всё слышала. Вздохи Луна И и причмокивание губ заставили русалку покраснеть, а ее сердцебиение – ускориться. Сцена секса между Жумэн и лунном И невольно всплыла в ее голове.

«Какой ужас, они так шумят, просто стыд» — прошептала Люли с красным лицом, а затем сделала глубокий вдох, поднялась и пошла на балкон.

Шум волн, наконец, заглушил звуки ∗∗. Люли машинально вздохнула с облегчением.

Тем временем сияние уходящего за горизонт солнца осветило голубую гладь воды. Этот чарующий вид привлек всё внимание Люли. Живя под водой, она никогда не видела такой сцены. Ее сопровождала только темная вода и разные виды рыб.

«Человеческий мир так красив. В нем есть красивые здания, большие города. Бесконечные потоки людей и такие красивые пейзажи» — вслух подумала она, подперев щеки руками. Впервые оказавшись в человеческом городе, русалочка находила всё новым. Самым важным было то, что тут Люли не чувствовала себя так одиноко, ведь ее окружало множество людей. Такого шумящего окружения ей никогда не попадалось, ведь в своем предыдущем мире русалочка всегда находилась в компании Бифэй и Сяоми.

Вспомнив о том, что нужно было уехать далеко от моря, Люли загрустила. Хотя в море и было одиноко, но именно море девушка считала домом. Люли чувствовала нерешительность, покидая океан и отправляясь глубже в неизведанные человеческие земли вместе со своим любимым, к тому же ей не хотелось расставаться с Бифэй и Сяоми. К счастью, любимый был рядом. Став с Луном И единым целым, Люли считала его мир своим домом, ей просто нужно было время, чтобы привыкнуть.

Пока задумчивая Люли наблюдала за морем с балкона, в комнату вошла уставшая Налань Жуюэ в наряде императрицы. Войдя в комнату, она сразу направилась в ванную. Уставшая и мечтающая о холодной ванне, девушка даже не заметила присутствия Люли.

В прошлом Налань занималась решением политических вопросов до поздней ночи, но сегодня, поскольку она знала, что Лун И уйдет через несколько дней, она хотела отдохнуть и побыть с ним.

Что касается Люли, то увидев Налань со спинв, она открыла было рот, но не смогла вымолвить ни слова…

Налань подошла к двери ванной и вдруг услышала странные звуки. Как замужняя женщина, она сразу догадалась, что происходит внутри.

Налань пришла в себя, и слушала с красным лицом. Затем цвет ее лица вдруг внезапно изменился, потому что она услышала голос своей младшей сестры.

«Проклятый парень, разве я не говорил, что ты не можешь дотрагиваться дл нее, пока ей не исполнится 17 лет?» Налань выругалась и сердито толкнул дверь ванной. Но чрезвычайно ∗∗ сцена внутри сразу же потрясла ее, и она застыла, ошеломленная.