Том 1. Глава 1349
Увы, его подлые манипуляции не остались незамеченными:
Это ты что же удумал, паскудник? Прибить их прямо на моих глазах? — искры несформировавшейся энергии понуро ссыпались с его ладони, кою он поторопился спрятать у себя за спиной, как провинившийся школьник.
Су Ло недовольно пыхтела в своём укрытии: как мог этот вероломный Облако в Штанах спихнуть всю вину на её друзей? Понятное дело, он, в силу определенных обстоятельств и своего предвзятого отношения, не может позволить себе подвергать опасности её саму, но это не повод подставлять под удар Биэчен Юина и Цзы Ян! Разве сможет она спокойно спать, зная, что эти двое пострадали из-за неё??
Предок Мо шутить изволит, а Вы и поверили, — ладно, его бывший Старший Брат мог позволить себе столь пренебрежительный тон, но эта соплячка?! Нос не дорос разговаривать так со старшими и сильнейшими!
Кто ты такая, ДЕВОЧКА?
Прошлой ночью Предок Мо разыскивал меня, а не этих вот двоих ребят,
Чем докажешь?
Ничего не хочешь сказать?
У меня нет слов. Я искренне поражен твоей преданностью по отношению к этим несносным детям. Откуда только что берется,
Ну не можем же мы выставить их без вины виноватыми, верно? — Всех жаждущих мне отомстить я принимаю по записи в последний четверг месяца. После дождичка. Что же касается этих двоих, чью одежду Вы столь трепетно и страстно зажали в своей руке…
Первый Старейшина не поверил! Ни единому слову проклятой девчонки! И слепой заметил бы, что её отношения с Предком Мо весьма теплые, если даже не сказать – дружеские, в то время как прошлой ночью этот обезумевший старик рыскал по Северному Мо с дикими глазами, полными ненависти. Очевидно, он искал врага. А значит, девчонка никак не могла быть его целью.
Коль Вы так сильно ненавидите этих малолеток, позвольте я собственноручно избавлюсь от них,
Сюаньюань Мин, ты что, у кого-то подзанял слабоумия и отваги?! Или ты думаешь, что я не посмею прикончить тебя?
Слова Предка Мо заставили Старейшину замереть в нерешительности. «Сюаньюань Мин»… Как давно он не слышал собственного имени. За долгие годы практики звание «Первого Старейшины» намертво приклеилось к его личности, как-то иначе его и не называли вовсе. Это имя постепенно стерлось из воспоминаний ныне живущих, и помнили его очень немногие – лишь обладающие такими же статусом и силой, что и Первый Старейшина.
Мужчину пробил ледяной пот: как-то за этой «мирной», почти домашней беседой он невольно позабыл, с кем имеет дело. Что удивительно, Предок Мо выглядел, говорил и вел себя так, словно вчерашнее помутнение рассудка было лишь временным недомоганием, от которого он уже благополучно излечился. И Первый Старейшина никак не мог определиться: следует ли ему по такому случаю успокоиться, или, напротив, перепугаться ещё сильнее??
Этих двоих я лично отобрал в качестве кандидатов в свои ученики, а ты смеешь тут нести всякую ахинею, что они, якобы, мне не нравятся?! — пусть и десятого ранга, а всё не пустые слова.
Впрочем, Первому Старейшине оказалось достаточно одного лишь намёка на последующие репрессии, чтобы торопливо отступить назад и аккуратненько так, с любовью, усадить Цзы Ян и Биэчен Юина на землю:
Ошибочка вышла, я оговорился. Раз уж почтенный Предок Мо заинтересован в этих ребятках, разве я могу иметь что-нибудь против них? Смиренно возвращаю их законному владельцу.
Мы что, собаки какие-то?!