Том 1. Глава 1435

Су Ло от такого заявления утратила на миг дар речи и часто-часто заморгала. Экий её потенциальный свёкор затейник, неужто решил, что его собственный сын, Наньгун Луюнь, недостаточно его ненавидит? С такими сентенциями мира в их семье однозначно не будет.

—И пусть в этом раунде тебе несказанно повезло вытянуть слабого соперника, — продолжал гнуть своё Император с самоубийственными наклонностями, видя, что девушка не торопится ничего комментировать, — ты не можешь не признать, что последующие бои будут куда труднее.

—Несомненно, и? — подбодрила его экс-Четвертая Мисс, гложемая любопытством, к чему же всё-таки ведёт её драгоценный свёкор.

—Я, Император, не питаю надежд касательно твоего попадания в семёрку лучших. Потому что это невозможно. Никак, ни при каких обстоятельствах. Более того, ты подставишь под угрозу свою жизнь, прав я или не прав? — с нажимом произнёс мужчина, всем своим видом транслируя одну-единственную мысль: «Всё это ради твоего собственного блага, глупая малолетка!»

«Знал бы он, что моя цель — второе место в списке Бродячих Драконов, — как бы беднягу кондратий не хватил от уровня моих амбиций», — мысленно хмыкнула Су Ло, а вслух ответствовала обтекаемо:

—Допустим. И к чему же Вы клоните?

Его Величество сглотнул, покосился на Наньгун Луюня – на лице юноши блуждала спокойная ухмылка, вгоняющая отца в вящий ужас, - напомнил сам себе, что всё это ради благополучия подведомственной ему страны и решился, будто в ледяную прорубь нырнул:

—Если ты всё ещё считаешь себя гражданкой Восточного Лина — уступи своё место в тринадцатке участников.

—… Уступить место? — в первое мгновение девушка даже не сообразила, шутит ли Его Величество, или всерьез. Ему же на хватит наглости требовать подобного от ученицы Гроссмейстера Рон Юна, который по совместительству ещё и старший судья?

Но, судя по упёртому выражению физии Императора Цзиня, юморить он и не думал. Су Ло беспомощно заозиралась, не зная, куда приткнуть глаза, затем обреченно вздохнула и обратилась к Наньгун Луюню:

—Позаботься об этом сам, пожалуйста. Сил моих нет.

В конце концов, это его отец. Родная кровь, все дела. Вот пусть он с ним и разбирается.

А принц, собственно, и не против – судя по его предовольной улыбке, больше смахивающей на оскал. И чем шире она становилась, тем унылее был вид Императора.

—Разве можно отдавать кому-то своё место на данном этапе состязаний? — мягко поинтересовался юноша.

—Можно, при условии, что поместью Су будет брошен официальный вызов и Су Ло проиграет… Разумеется, если оппонент согласится… — с каждым словом голос Его Величества становился всё тише и тише — кажется, он и сам уже начал догадываться, какую блудню он по глупости своей затеял.

—И кто же тот претендент, которого ты прочишь на место Малышки Ло? — тон Его Высочества по-прежнему не выдавал ни грамма недовольства — и это настораживало куда сильнее, чем если бы он принялся в открытую рвать и метать.

Отступать было уже поздно, так что Император обреченно махнул рукой и громко велел:

—Войди.

—Наньгун Сюнь, — принц окинул оценивающим взглядом появившегося перед ними высокого и крепкого мужчину. — Его, значит?

—Наньгун Сюнь обладает самым выдающимся потенциалом среди всех учеников нашего дома, даже Гроссмейстер Рон Юн это упоминал, — принялся тараторить, словно оправдываясь, Его Величество. — Однако ему не повезло в первом же раунде столкнуться с Ло Хаомином, так что он не вошёл даже в первую сотню.

—Гроссмейстер Рон Юн? — повторил Наньгун Луюнь, начисто проигнорировав все остальные слова отца. — То есть, ты всё же помнишь, что есть такой персонаж, и что он является учителем Ло Ло?

—Да, я всё помню, — Его Величество изо всех сил старался сохранять хотя бы видимое спокойствие. Получалось неважно.

—Это радует. Я уж испугался, что ты окончательно впал в старческий маразм, — отбросив всякую вежливость, мрачно рявкнул принц. — Соответственно, ты не мог забыть, что Гроссмейстер Рон Юн, он же Учитель Ло Ло, также является главным судьей соревнований. И всё равно хочешь, чтобы Су Ло скромно вышла из состязаний и отдала своё место… вот этому?!

—Маразм?! Да как ты смеешь… собственному отцу…. — видать, слышать только то, что хочется, — это у них семейное. Мужчина возмущенно подскочил с места, пытаясь надавить на сына авторитетом, но тот, увы, ничуть не впечатлился.

—На твоём месте я бы молился, чтобы меня признали маразматиком — есть шанс легко отделаться! — отрезал Наньгун Луюнь. — Ты хоть знаешь, как яро Гроссмейстер оберегает свою собственность? И как скор он на расправу? Ты бы хоть на секунду мозгами своими задумался, что станет со всей династией Наньгун, если его драгоценную ученицу так беспардонно вытеснят из состязаний? В лучшем случае пострадает наша семья. В худшем — государства Восточный Лин больше не будет существовать на карте. Понимаешь ты это, или нет?!

Его Высочество так разошелся, что, казалось, он вот-вот схватит своего отца за шкирку и выкинет его из окна. И всё это под эгидой «во благо государства». И любой суд его оправдал бы. Это же надо, чтобы на троне сидел настолько безголовый император!

—Неужели всё… настолько серьезно?... — пискнул тут же сдувшийся Его Величество, словно у него внутри кто-то проткнул воздушный шарик.

—Нет, я здесь шутки шучу, — съязвил юноша, прожигая отца яростным взглядом. — В следующий раз не мелочись — сразу обращайся с такими предложениями прямиком к Гроссмейстеру. Только за последствия будешь отвечать сам! — с этими словами он схватил притихшую Су Ло за руку и потащил её на выход.

—Наньгун Луюнь, негодник! Ты… Тебе это так с рук не сойдёт! — от такой наглости у мужчины аж голос прорезался — это надо же, чтобы яйцо учило курицу!..

Неизвестно, чего он хотел добиться своими криками, но в следующий миг Наньгун остановился и небрежно бросил через плечо:

—Хочешь, чтобы вот этот вот участвовал в соревновании, верно? — за его зловещей ухмылкой последовала вспышка белого цвета, и Наньгун Сюнь, вскрикнув, осел тряпичной куклой — в его теле не осталось ни одной целой косточки, все превратилось в крошево.

—Наньгун Сюнь!

—Кто там у тебя ещё из сыновей остался, Наньгун Цзюэ? Предложи в следующий раз его на место Су Ло, — посоветовал Его Высочество и покинул Императорский Дворец под руку с возлюбленной, как ни в чем не бывало, оставив за собой гнетущую тишину и буквально окаменевшего Императора Цзиня.