Том 1. Глава 1535
Однако, начхав на всеобщие ожидания, Наньгун Луюнь отвел лезвие от горла мужчины и тюкнул последнего рукоятью по темечку. У Дунфан Сюаня посыпались искры из глаз, прежде чем он мягко осел на землю. Настал день, когда братца-извращенца, такого могущественного и талантливого, сбили с ног на глазах у многотысячной толпы. Стыд-то какой.
Впрочем, в данный момент самого Дунфан Сюаня настигший его позор заботил мало: спасительный обморок сгладил всё впечатление.
Его величество жестом фокусника извлек из рукава белый платок и, не говоря ни слова, протер меч Чи Сяо.
Все вокруг только и говорили о том, какой Его Высочество принц Цзинь потрясающий и благородный – даже заклятого врага, который так рьяно пытался его убить, пощадил!
А вот Су Ло не спешила воздавать хвалу открывшемуся вдруг сердоболию возлюбленного. Потому как догадывалась об истинных причинах подобной филантропии. И последние её не радовали.
В конце концов, с учетом того, что Дунфан Сюань даже не скрывал своих намерений насмерть убить экс-Четвертую Мисс, было бы странно ожидать, что Наньгун Луюнь вот так запросто согласиться его отпустить, ограничившись лишь несмываемым позором на чело братца. И также наивно было полагать, что благодаря переходу принца на командирский уровень, его болезнь мгновенно и самостоятельно излечилась. Су Ло всего лишь на секунду задержала взгляд на нижних конечностях возлюбленного, прежде чем опрометью броситься к вип-ложе, за которой восседали многоуважаемые судьи с Гроссмейстером Рон Юном во главе.
Учитель! Объявляйте результаты битвы, скорее!
Мужчина окинул ученицу недовольным взглядом и фыркнул:
Что за пожар? К чему такая спешка?
Да ладно, Дунфан Сюань в полной несознанке, так чего ждать? — ууу, морды, так и просят кирпича номер пять! — то уж на всю катушку, девушка ничтоже сумняшеся схватила Аптекаря за руку и буквально поволокла его на сцену:
Вот теперь старики могли с уверенностью сказать, что видели в своей жизни всё. Уж что про Гроссмейстера Рон Юна было достоверно известно – так это его одержимость гигиеной и смертельная нелюбовь к чужим прикосновениям. Причем, «смертельной» эта самая нелюбовь была для наглецов, осмелившихся протянуть свои грязные ручонки к Его Чистейшиству. Но, кажется, девчонка была удостоена особого отношения.
Да уж, избаловал Гроссмейстер Рон Юн свою подопечную дальше некуда. Слухи оказались правдивыми. Как и предположения, что тот, кто женится на хамоватой мадемуазели, заполучит в своё распоряжение целого Великого Аптекаря – невероятно грозного соперника для всех ныне живущих.
Мужчины обмозговали этот момент и пришли к единогласному мнению: девчонку надо бы прибрать к рукам. Не завалялись ли в их семьях некие достойные юноши, случаем?
Су Ло тем временем, понятия не имея о матримониальных планах касательно её выдающейся во все стороны личности, притащила Гроссмейстера на поле биты. Аптекарь многозначительно косился на свою ученицу, невольно соглашаясь со своими «коллегами»: и впрямь, избаловал. Но Наньгун Луюня победителем всё же признал.
Как замечательно! Его Высочество принц Цзинь победил! Он победил!
Добившись от Аптекаря нужных ей слов, экс-Четвертая Мисс тут же отлипла от него и поспешила к Наньгун Луюню. Поднырнула под его плечо, приобняла за талию, сияющими глазами вглядываясь в его изможденное лицо:
Ты сделал это! Да ещё и не помер. Считай, я тобой горжусь.
Похвала из уст возлюбленной, пусть и несколько приправленная колкой иронией, медом разлилась по его изможденной душе, погладила самолюбие и придала сил завалить ещё как минимум пару-тройку Дунфан Сюаней.
Само собой. Я же тебе обещал.
Су Ло несчастно вздохнула, теснее прижалась и прошептала так, чтобы услышал только он:
Давай позже поговорим. Не здесь.
Его Тираншество согласно улыбнулся и перенес большую часть своего веса на подругу.
Гроссмейстер Рон Юн с лёгкой завистью наблюдал за обнявшейся парочкой. Эта девчонка… ни совести, ни жалости. По крайней мере, к другим мужчинам, кроме её драгоценного Наньгун Луюня. Великий Аптекарь ощутил слабый укол ревности - давно забытое, но по-прежнему неприятное чувство.