Том 1. Глава 568

Он вел себя по отношению к ней крайне жестоко и бессердечно, словно стирал все то хорошее, что между ними было. Словно вся его нежность ранее была лишь игрой, обманом. Вот только Су Ло не верила ему. Она чувствовала, что его холодность – всего лишь маска, призванная скрыть горечь и обиду. А значит, чтобы достучаться до него, необходимо сорвать эту маску!

Девушка ухватилась за его рукав (прямо, как он раньше!), и проканючила:

—Наньгун, я была неправа.

Мужчина дернулся от ее слов, но все же остался стоять, задрав подбородок кверху. Даже не взглянув на Су Ло, он холодно бросил:

—Отпусти.

—Не пущу! — упрямо покачала головой девушка и порывисто прижалась щекой к его ладони, всем своим видом демонстрируя, что единственный вариант от нее отвязаться — отпилить всю руку.

—Д-да кем ты вообще себя возомнила?! — Наньгун Луюнь аж задохнулся от подобной наглости. — Это моя рука, между прочим, и-и-и ее нельзя хватать и жмакать кому ни попадя! А ты всего лишь жалкая никому не нужная дочь наложницы поместья Су, да ты вся целиком и ногтя моего не стоишь, не то, что целой кисти! А ну, отдавай конечность, кому говорят!

Однако, несмотря на по-прежнему сердито-ворчливый тон, Су Ло почувствовала, что мужчина смягчился. Девушка незаметно улыбнулась краешком губ. Давай, сердись, возмущайся, капризничай. Лишь бы не было того холодного равнодушия, а с дурным нравом она уже не раз справлялась. Лишь бы самой сдержаться и не пришибить его со злости.

—Наньгун Луюнь, ты обманщик! — обиженно воскликнула девушка.

Принц Цзинь был явно сбит с толку столь резкой переменой темы, и даже на секунду забыл о своем желании вовсе не разговаривать с этой жестокой девчонкой:

—Чепуха! Мое Величество никогда не врет. И клятвы я никогда не нарушал, так что, малявка, не болтай мне тут глупости!

Разумеется, он никогда не нарушал клятв – хотя бы потому, что всеми силами избегал давать их кому-либо в принципе.

—А ведь только вчера ты клялся перед небесами, неужели позабыл? До старческого склероза вроде еще рановато, неужто память девичья? — ехидно «удивилась» девушка. — Быть может, нам пойти и поискать Ли Аоцюна, чтобы он засвидетельствовал тот эпичный момент?

Наньгун Луюнь несколько опешил от такого напора. Действительно, та клятва исходила из глубин его сердца, как он мог ее забыть?

—Что, случилось чудо и память возвратилась? — увидев замешательство на лице мужчины, продолжила язвительное наступление Су Ло: — Наньгун Луюнь, на всю твою оставшуюся жизнь — ты мой. И, коль уж я ныне тебе так не мила, что ж… тогда я… я… Не позволю тебе жениться на ком либо вообще, вот!

Они стояли друг на против друга, близко-близко, она - запрокинув голову, и он – склонившись над нею, глаза в глаза. В его взгляде читалась растерянность, в глазах Су Ло плясало торжество. Наконец, губы девушки растянулись в ослепительной нежной улыбке:

—Наньгун, я была неправа, действительно неправа. Давай просто сделаем вид, что я белены объелась, ну, или что-то в этом роде — и больше не будем ссориться на эту тему, идет?

Мужчина поморщился, но все же холод в его глазах отступил.

Су Ло снова улыбнулась, закрепляя эффект:

—Я действительно признаю свою неправоту, поэтому, хватит злиться, ладно? Давай мириться, а? Твое буйнопомешательство может плохо кончится, в первую очередь, для тебя самого.