Глава 641
Охота Демонического короля на свою жену: бунтующая «ни-на-что-не-годная» мисс (Новелла) · Том 1 · 0% · ещё ~4 мин

Том 1. Глава 644

Она с неверием подняла свой взор на Наньгун Луюня, в глазах стояли слезы.

Все присутствующие пребывали в полнейшем недоумении: это что ж такое деется-то?! Ведь все так было хорошо, многие уже запаслись рисом и приготовились кричать «Горько», а тут такой облом! И эта грустная моська Феи Нефритового Озера – как щенок, подлезший для ласки, а схлопотавший щелчок по носу! Вся мужская половина населения тут же ощутила непреодолимое желание обнять, утешить, порадовать девушку – да хоть все сокровища мира кинуть к её ногам!

А вот Наньгун Луюнь жалобным видом Ли Яояо не проникся и, окинув её равнодушным взглядом, развернулся и пошел сквозь расступающуюся на его пути толпу.

Третий Старший брат! — во всю мощь своих легких взвизгнула Фея Нефритового Озера уже порядком поднадоевшее обращение.

Мужчина остановился, поморщился – вот ведь заладила, третий старший брат, третий старший брат! – но даже не обернулся.

А Ли Яояо, утратив всякий стыд и смущение, бросилась к принцу Цзиню и, обхватив его сзади руками, прижалась мягкой щекой к его спине.

Третий старший брат, умоляю, не бросай Яояо! — воскликнула она, совершенно не элегантно хлюпнув носом.

По толпе прошелся осуждающий ропот – неужели Фея Нефритового Озера, всегда такая холодная невозмутимая, способна так прилюдно выдать свои чувства? Безрассудство!

Наньгун Луюнь тоже был несколько поражен подобной несдержанности подруги детства – похоже, девчонка пошла ва-банк.

Ли Яояо, — тихо рыкнул парень, пытаясь отцепить судорожно стиснутые пальчики девушки от его робы. Хватит с него этого шоу, да и с неё тоже. Один раз запятнаешь свою репутацию — вовек не отмоешь, а он , все же, помнил те детские годы, в которые они были так близки.

Нет, не пущу. Третий старший брат, прошу тебя, пожалуйста, не надо… — предательские Фейкины слезы градом полились из прекрасных глаз, грозя насквозь промочить одежду принца Цзиня. И тогда его наверняка продует, он заболеет и умрет — какая изысканная месть! В старом-добром духе «Так е доставайся же ты никому!»

Жалкое зрелище… — раздалось вдруг тихое из гущи толпы.

Да она влюблена в него, как коша, но вот Его Высочество, судя по всему…

Бесчувственный чурбан! Да где он еще найдет такое сокровище? Он действительно не хочет эту богиню? Так пусть отдаст мне, уж я-то знаю, что с ней делать!

Нет, но он все же прав, прав. Наш принц Цзинь, чай, не дурак — ведь эта девчонка — натуральная бесстыдница, при свете дня, на глазах у целой толпы… Нет, нет, она определенно не достойна Его Высочества.

Верно, какая благородная ледя может себе позволить вешаться на мужика посреди площади? Позор. Действительно ли эта Фея Нефритового Озера такая, как о ней складывают предания — чистая и безупречная? Кажется, слухи, как обычно, несколько приукрасили действительность…

И вот, мнения горожан разделились: одни искренне жалели и поддерживали Фею Нефритового Озера, другие одобрительно кивали Наньгун Луюню и скептически фыркали своим оппонентам – Его Высочество априори не может ошибаться и точка.

Впрочем, среди толпы серых обывателей нашлась и немногочисленная разумная группа людей, которые критично оценили ситуацию и пришли к выводу, что неспроста, неспроста Его Высочество так холодно отнесся к своей подруге детства – наверняка, у этой безупречной мадамы рыльце в пушку.

А Фейко-муха по-прежнему продолжала прижиматься и слюнявить-сопливить спину Наньгун Луюняя. Судя по всему, ей самой на репутацию было уже глубоко наплевать.

Третий старший брат, не уходи. Не уходи… — умоляюще шептала она его мокрой робе.

Наньгун Луюнь стоял, как шест проглотивши, его напряженный взгляд был устремлен сквозь толпу, к окну отдельной комнатки на втором этаже полуразрушенного борделя.

Су Ло от неожиданности подкосились ноги, благо – рядом стоял стул, иначе бы так на пол и шлепнулась. Подозрительно сощурилась, нахмурила брови, фыркнула… Этот маньяк-девственник, что за игру он ведет?

Наньгун Луюнь, понимая, что Малышка и не думает выходить наружу, заметно приуныл. В абсолютной тишине отчетливо прозвучал его горький вздох.