Том 1. Глава 767
Биэчен Юин с подозрением уставился на «презент», но ничего не сказал.
Дабы вложиться в сроки испытания, Су Ло вовсю углубилась в культивацию. Усевшись на полу со скрещенными ногами, она непрестанно вычерчивала пальцами всевозможные фигуры и печати. Когда ей удалось открыть «Великое Ничто», девушка смутно почувствовала, что между её пространством и Пространственным Отпечатком пролегло бесчисленное количество тонких сверкающих нитей. Так как ей так и не удалось сообразить, что с этим макраме делать, она решила просто проигнорировать их как факт. Однако, ей показалось, или они действительно шевелились?
«Бестолочь! Эти нити по две необходимо слить воедино. Ты уже достаточно накультивировалась, теперь тебе не хватает всего одного шага
Зря Су Ло надеялась, что ей удастся отвлечь вредного старикашку Биэчен Юином. Скрипуче-недовольный голос прозвучал прямо в её голове.
Вот только… соединить две нити в одну? И как это сделать?
«Сжимай их! Что непонятного?!»
«Ладно-ладно»,
Девушка выбрала две крайние ниточки и, сконцентрировав все свои силы, ментально велела им соединиться.
Близко, еще ближе, и еще на миллиметр…
И вот – две нити слились в одну!
Однако задешево ей этот трюк не прошел: весь процесс занял около двух часов времени. Но после объединения нитей она действительно ощутила, как слегка увеличилось её «Великое Ничто»!
Потратив некоторое время на подсчет всех нитей – ровно тысяча двадцать четыре струны – Су Ло с ужасом осознала объем работы: ей понадобится, по крайней мере, один день для двенадцати слияний. А если соединять их все… Быть может, хватит только части?
«Ну да, конечно, — Для того, чтобы Великдвенадцати слияний. А если соединять их все… Быть может, хватит только части?
«Ну да, конечно, — Для того, чтобы Великое Ничто стало достаточно большим, нужно объединить все нити, пока их не останется всего пятьсот двенадцать».
Но у неё оставалось всего пять дней до окончания соревнований! За такой срок ей не удастся и сотни связать!
«Нет, точно дура, — Разве время в твоем пространстве не течет быстрее в десять раз?»
«И вот обязательно оскорблять? Будешь говорить мне столько гадостей, я… Я тебя потом не освобожу, вот!»
«Думаешь, я прям буду сидеть и ждать-поживать, пока ты меня не освободишь? — Да я уж скорее сам восстановлюсь от своих ран и выберусь отсюда к чертовой матери!»
«А может, ты меня недооцениваешь»,
Но, видимо, вид её оскорбленной невинности совершенно не впечатлил старикана, пробормотавшего себе под нос:
«Да ты еще слабее, чем тот… эх».