Том 1 · Глава 14. Третий старший брат? Третья старшая сестра?

Чень Фей и его друзья любили позлорадствовать над другими. Наблюдая за тем, что происходило с Бай Сяочунем, они не могли не почувствовать вселенскую справедливость. Два же ученика Внешней секты, ответственные за испытание огнем, взирали на Бай Сяочуня с такой ненавистью, какую у них не вызывал больше ни один слуга.

—Я не хочу идти… — Бай Сяочунь хлопнулся на землю и тут же завыл. Его голос безвинно обиженного мученика звучал так, что любой услышавший невольно заплакал бы, сопереживая.

Одновременно с этим Большой Толстяк Чжан и Третий Толстяк Хэй увидели Ли Цинхоу и затряслись. Они быстро опустили головы, чтобы на них не обратили внимания.

—Ах, Девятый Младший брат, не то, чтобы я отказывался тебя спасать. Теперь, когда появился Глава Горы Вершины Душистых Облаков, тебе ничего не остается, как смириться и отправиться во Внешнюю секту, — Большой Толстяк Чжан не переставал тяжело про себя вздыхать, он ссутулился и хотел незаметно скрыться. Однако как раз в это время голос Ли Цинхоу вдруг прозвенел у него в ушах:

—Вы двое тоже приняты.

Как только Большой Толстяк Чжан услышал это, мощная сила потащила его и Третьего Толстяка Хэя в воздух. У них даже не было возможности уцепиться за дерево, прежде чем их понесло к вершине горы.

—Я не хочу идти! — взвыл Большой Толстяк Чжан даже еще жалобнее, чем Бай Сяочунь. — Я лучше умру на Кухнях, чем пойду учеником во Внешнюю секту… — его голос звучал так жалко, что даже Бай Сяочунь настолько удивился, что перестал причитать. Третий Толстяк Хэй ничего не сказал, но вместо этого с тоской и печалью посмотрел вниз, на подножие горы. Когда Ли Цинхоу услышал жалобный вой Большого Толстяка Чжана, его лицо потемнело и он сказал:

—Замолкни!

В ту же секунду Бай Сяочунь поднялся на ноги и встал на месте с торжественным лицом. Вместо того, чтобы биться в истерике, как прежде, он начал вести себя совсем по-другому, как будто его подменили. Большой Толстяк Чжан удивленно уставился на него, потом сразу же тоже поднялся на ноги. Внутри он чувствовал, что правосудие, от которого он пострадал, грозит затопить его подобно океану. Он просто не мог понять, почему Ли Цинхоу ничего не сказал вопящему Бай Сяочуню, но накричал на него, когда он сделал то же самое.

—Чжан Дахай (1), начиная с сегодняшнего дня ты станешь учеником Внешней секты на Вершине Пурпурного Котла! Чень Цинжоу (2), ты отправишься на Вершину Зеленого Пика! Бай Сяочунь, ты останешься здесь со мной, как ученик Внешней секты Вершины Душистых Облаков, — Ли Цинхоу посмотрел на Бай Сяочуня и почувствовал надвигающуюся головную боль.

Он едва приступил к уединенной медитации, когда узнал про команду с Кухонь и их проделки. Даже Старейшины секты обсуждали это. Конечно, их это только забавляло и служило хорошим развлечением в монотонных буднях культивации. Никто из них даже не думал о том, чтобы кого-то наказывать. Однако такое не могло продолжаться вечно, поэтому Ли Цинхоу появился, чтобы навести порядок. Договорив, он взмахнул рукавом, игнорируя Чень Фея и его здоровяков и всматриваясь во что-то выше по склону горы.

Бай Сяочунь горько вздохнул и попрощался с Большим Толстяком Чжаном и Третьим Толстяком Хэем. Вдруг он что-то вспомнил. Он повернулся к Третьему Толстяку Хэю и, посмеиваясь, спросил:

—Третий Толстяк Хэй, тебя действительно зовут… Чень Цинжоу? Ха-ха-ха! Какое прекрасное имя! Оно звучит так, как будто ты горячая штучка! — Третий Толстяк Хэй холодно и печально усмехнулся, затем развернулся и побрел вниз по склону.

—Что это с ним? — спросил Бай Сяочунь, глядя на Большого Толстяка Чжана.

Большой Толстяк Чжан посмотрел на него таинственным взглядом. Потом он хлопнул его по плечу и заговорил торжественным и искренним голосом:

—Девятый Младший брат, есть то, о чём я тебе никогда не рассказывал. Третий Толстяк Хэй на самом деле не твой Старший брат. На самом деле… она твоя Старшая сестра, — прочистив горло, он развернулся и поспешил уйти. Бай Сяочунь растерянно уставился ему вслед. Ему казалось, что в его голове гремит гром, а весь мир рухнул.

—Старшая… Старшая сестра? — немножко оклемавшись, Бай Сяочунь глубоко вздохнул и хотел повернуться и посмотреть на Третьего Толстяка Хэя вдали, когда неожиданно прозвучал холодный голос Ли Цинхоу:

—Кончай болтать и догоняй! — Бай Сяочунь с горемычным выражением лица поспешил за Ли Цинхоу. Через несколько шагов он обернулся, посмотрел вниз в сторону Кухонь и вздохнул.

Бай Сяочунь уже давно знал, что на северном берегу Секты Духовного Потока было четыре горы, в то время как на южном только три. Ли Цинхоу был Главой Горы на третьей горе, Вершине Душистых Облаков. Позиция Главы Горы была в секте значимой.

Вершина Душистых Облаков не была очень большой, каждого входящего туда встречали пение птиц и ароматные запахи цветов. Она выглядела как райские кущи и была гораздо больше внутри, чем казалась снаружи. На самом деле финишная черта испытания огнем была на вершине одного из более мелких пиков, принадлежащих горе, и он на деле считался только подножием горы.

Везде клубился туман, в который примешивался лекарственный аромат, один его глоток оживлял дух и посылал волну тепла в теле. Бай Сяочунь мог сразу же сказать, что это особенное место. Он глубоко вдохнул и его основа культивации, которая за последние несколько месяцев почти не улучшилась, тут же ожила. Ли Цинхоу не оглядывался, но в его глазах читалось немного восхищения. Даже он ощущал, что Бай Сяочунь за этот год сильно продвинулся в своей культивации.

—Теперь, когда ты стал учеником Внешней секты, ты должен перестать бедокурить, — медленно проговорил Ли Цинхоу. — Занятия культивацией похожи на греблю на лодке против течения. Это требует постоянных усилий, — Бай Сяочунь не посмел что-то ответить. Он нацепил как можно более очаровательное выражение лица и постоянно кивал.

—Ресурсы секты — это только один аспект культивации, который доступен ученикам Внешней секты, — продолжил Ли Цинхоу. — Ты так же должен упорно трудиться и не упускать благоприятные возможности, которые будут появляться у тебя на пути. Существует множество заданий, которые ты можешь выполнить для секты. Сейчас можно пойти, посмотреть на список заданий и выбрать несколько, чтобы начать тренировку.

Когда Бай Сяочунь услышал это, его сердце взволнованно подскочило. Не так давно он просматривал правила секты и обратил внимание на одно правило: ученики Внешней секты обязаны завершать хотя бы одно задание раз в год. В противном случае их накажут и переведут из Внешней секты в слуги. Он сразу же дико обрадовался. Однако Ли Цинхоу, видимо, тут же догадался, что у него на уме, и равнодушно сказал:

—Даже не думай нарушать правила секты. Других переведут в слуги за то, что не завершили заданий, но если ты выкинешь что-то подобное, то я изгоню тебя из секты и верну обратно в родную деревню. Через сто лет я даже может быть разожгу благовония за упокой твоей души, если я не забуду про тебя к тому времени.

Это напугало Бай Сяочуня до полусмерти. Если бы он никогда не познакомился с миром Бессмертных, то это не было бы так страшно. Но теперь, когда он был на пути к вечной жизни, у него не было никакого желания возвращаться обратно в деревню. Если такое случится, то о вечной жизни можно будет забыть. Он быстро стукнул себя в грудь и сказал себе, что обязательно пойдет и завершит какое-нибудь задание.

Скоро они достигли средней части Вершины Душистых Облаков. Из тумана показалось здание, небольшое, но весьма элегантное. В одном из окон был виден юноша, который сидел и тихонько читал книгу. Почувствовав, что кто-то приближается, он оторвался от чтения и повернул в их сторону своё привлекательное лицо. Увидев Ли Цинхоу, он тут же вышел из здания и соединил руки в приветствии.

—Ученик приветствует вас, Глава Горы.

—Этого ученика зовут Бай Сяочунь. Возьми его с собой, и пусть ему выдадут всё, что полагается ученику Внешней секты, — Ли Цинхоу бросил на Бай Сяочуня последний взгляд и, превратившись в луч радужного света, улетел выше на гору.

Теперь, когда Ли Цинхоу ушел, Бай Сяочунь, наконец, мог спокойно вздохнуть. Он почувствовал, словно с его плеч свалился груз, а небо вновь стало голубым. Юноша оглядел Бай Сяочуня и рассмеялся.

—Ты ведь тот, кто перекрывал выход с испытания огнем и продавал места? Твое имя… Бай Сяочунь, верно? — Бай Сяочунь довольно улыбнулся.

—Ты зазря хвалишь меня, Старший брат. О такой мелочи, как эта, не стоит даже упоминать.

Услышав эти слова, юноша еще сильнее рассмеялся. По всей видимости он находил Бай Сяочуня очень забавным. Оставив эту тему, он повел Бай Сяочуня по Вершине Душистых Облаков, указывая на некоторые важные здания по дороге.

—Вершина Душистых Облаков занимает значительное место на южном берегу. Вершина Зеленого Пика знаменита своими культиваторами с мечами, Вершина Пурпурного Котла — магическими техниками. Что же до Вершины Душистых Облаков, то мы — мастера изготовления духовных лекарств. Вершина Душистых Облаков даже хорошо известна в Четырех Великих сектах на этом рукаве Реки Небесная Ширь. Особенно это относится к его превосходительству Главе Горы, который является одним из двух наиболее знаменитых аптекарей на Континенте Восточнолесья.

Таким образом, то, что ты стал учеником Внешней секты на Вершине Душистых Облаков, означает, что ты также стал начинающим аптекарем. Тебе нужно будет изучать растения и растительную жизнь, а также различные техники изготовления лекарств, — юноша продолжал всё подробно рассказывать Бай Сяочуню, пока они шли дальше. В конце концов они пришли к месту, где Бай Сяочуню выдали одежду ученика Внешней секты и необходимые ему вещи, включая бездонную сумку.

Хотя в бездонную сумку помещалось не так уж и много, Бай Сяочуню она казалась чудом. После того, как он пару раз попробовал ей воспользоваться, он аккуратно убрал её как бесценное сокровище. Больше всего порадовало то, что повышение до ученика Внешней секты включало в себя премию в размере двадцати духовных камней. Теперь у него было достаточно средств, чтобы купить нужные ему лекарственные ингредиенты.

Скоро начало темнеть. Благодаря объяснениям юноши, Бай Сяочунь теперь многое знал про Вершину Душистых Облаков. Потом юноша привел его к месту, которое звалось Павильоном Десяти Тысяч Лекарств. Там он получил нефритовую табличку.

—В этой нефритовой табличке описано десять тысяч видов растений и растительной жизни. Тебе нужно всех их запомнить, тогда ты сможешь получить вторую нефритовую табличку. Младший брат Бай, путь культивации долог, и без помощи духовных лекарств на нём не обойтись. Если ты сможешь стать аптекарем, то ты достигнешь здесь головокружительного успеха. Сначала как начинающий аптекарь, потом — подмастерье аптекаря, а может дорастешь и до аптекаря-мастера… — проговорил юноша с улыбкой. — Младший брат Бай, твои будущие успехи будут зависеть от твоей удачи.

К тому времени, как опустилась ночь, юноша привел его к домику со двором, который выделила ему секта.

—Младший брат Бай, мне нужно будет покинуть секту завтра утром, поэтому я не смогу проводить тебя в Павильон Трактатов. Сходи туда на рассвете и получи продолжение техники Искусства Контроля Котла Пурпурной Ци. Ты также сможешь выбрать еще одну магическую технику из тех, что хранятся там. Это хорошая возможность получить что-то бесплатно. После этого тебе придется платить баллы заслуг за любую магическую технику, которую ты захочешь получить. Если тебе будет что-то непонятно, ты можешь всегда найти меня. Меня зовут Хоу Юньфэй. Большое спасибо от меня за помощь Сяомэй, — Хоу Юньфэй улыбнулся, сложил руки и поклонился. Потом он повернулся и ушел.

«Хоу Юньфэй?» — Бай Сяочунь тоже поклонился и посмотрел вслед уходящему Хоу Юньфэю. Немного подумав, он вспомнил лицо молодой девушки.

«Хоу Сяомэй!» — подумал он, моргая. Вдруг он понял, насколько ему повезло, как если бы он сунул случайную палку в землю, а из неё выросло прекрасное дерево, дающее тень.

Через мгновение он глубоко вздохнул, потом посмотрел на свой домик со двором. Его глаза заблестели, он стоял распрямившись во весь рост, окутанный лунным светом.

«Ну, думаю, что стать учеником Внешней секты не так уж и плохо в конце концов!» Взмахнув рукавом, он вошел в свой двор.

(1) Чжан Дахай (Zhang Dahai 张大海 zhāng dà hǎi) в Китае Чжан — распространенная фамилия. Дахай означает буквально «большое море».

(2) Чень Цинжоу (Chen Qingrou 陈轻柔 chén qīng róu). Чень — распространенная фамилия. Цинжоу означает «мягкий» или «нежный». Это звучит как очень девчачье имя.