Том 1. Глава 26
Юри чувствовала взгляд Лакиса, преследующий её, но не обернулась, пока не открыла дверь в свою комнату и не вышла.
Щёлк! Хлоп!
Юри тут же прислонилась к закрытой двери своей комнаты. Ветер, чуть более прохладный, чем в гостиной, обжег её мокрые щёки.
Юри подняла руку и вытерла холодившие кожу слёзы. Тот краткий, подобный сну момент прошёл, и теперь её сердце заполнила знакомая пустота.
Хорошо это или плохо – прямо сейчас она не могла сказать.
На следующее утро атмосфера в доме была немного неловкой. Возможно, это была вина Юри.
Доброе утро, Лакис.
Юри поприветствовала его первой, и лицо её было спокойным, как будто прошлой ночью ничего не произошло.
Лакис лежал на боку на диване и какое-то время молча смотрел на её ничего не выражающее лицо, прежде чем ответить:
Оба они решили просто проигнорировать вчерашние события.
Ну, я пойду на работу.
Вскоре Юри уже выходила за дверь, в то же время, что и обычно.
Лакис опёрся о диван и вот так проводил Юри.
Её нога на мгновение замерла над порогом. Девушка бросила на Лакиса короткий взгляд и потом ушла.
После того, как Юри покинула дом, Лакис, замерев, прислушался к удаляющимся шагам. Стояло ещё раннее утро. Снаружи было немного суматошно из-за людей, которые только собирались начать свой день.
Лакис прикрыл рану рукой и поднял все ещё ноющее тело с дивана. Его шаги были беззвучными, когда он подошёл к окну. Он спрятался в тени у окна и выглянул наружу через тонкую щель в занавесках.
Под солнечными лучами его голубые глаза были холодными и острыми, словно потрескавшийся лёд на озере. Атмосфера вокруг него была настолько гнетущей, что трудно было бы поверить, будто это тот самый безобидный и мягкий человек, который провожал хозяйку дома всего несколько минут назад.
Эй, Лакис? Я правда вчера не делал ничего странного. Правда!
После ухода Юри паразит уловил настроение Лакиса и снова извинился.
Его истощённый голос звучал уязвлённо, с примесью слабого обвинения. Лакис всю ночь мысленно поджаривал и пытал его, так что, конечно, голос в его голове был немного подавленным, когда разговаривал с ним.
Причина, естественно, была в том, что случилось с Юри вчера вечером. Она выглядела странно, когда вчера держала руку Лакиса и даже прослезилась; это зрелище всё ещё стояло у него перед глазами.
Лакис также понимал, что вчерашние события произошли не из-за того, что паразит в его теле приводил в исполнение какую-то схему. Но даже так он не мог понять, что, чёрт возьми, было вчера. Но, по крайней мере, он был рад видеть, что она чувствует себя хорошо перед уходом на работу.
Кстати, ты действительно собираешься прогуляться?
“О да.”
Как и было сказано, Лакис планировал сегодня выйти из дома. Конечно же, поскольку его тело пока не полностью восстановилось, было бы чересчур опасно заставлять себя. Но даже если и так, он не мог больше оставаться в стороне.
Лакис ещё раз мысленно повторил название этого места, которое услышал недавно. Серый Хорёк. А поскольку здесь был восток, это означало, что область находится под юрисдикцией семьи Кроуфорд. Так что, пока его личность не раскрыта, стоит отсюда уехать.
Но Лакис… Это хорошо и всё такое, но просто перед выходом прими ещё немного лекарства для пищеварения. Фу-у, меня до сих пор тошнит.
Звук, звенящий в голове Лакиса, наконец заставил того поморщиться.
“О, ради всего святого… Не смей блевать в чужой голове как какой-то ∗∗∗∗”.
Причина, по которой жук вёл себя так, была в завтраке. Сегодня завтрак, приготовленный Юри, снова вызывал рвотные позывы, но, как и прежде, Лакис съел его полностью.
В результате сейчас Лакис был значительно голоднее, чем когда только проснулся утром. Собственно говоря, его организм был устойчив к большинству лекарств, поэтому было нелегко сделать так, чтобы они подействовали. А это означало, что Лакису пришлось опустошить половину флакона с лекарством для пищеварения.
Тем не менее, это правда, что его желудок до сих пор хотел вытолкнуть всё содержимое, так что Лакис прислушался к паразиту и влил в горло ещё немного лекарства.
Фух. Я наконец чувствую облегчение. Хочу сказать, это всё из-за того, что ты продолжаешь жевать и глотать весь этот мусор!
Возможно, к этому времени мужество жука-паразита возродилось, потому что он содрогнулся, как будто не учёл настроение Лакиса, и разворчался.
Угх, я не пробовал ничего настолько плохого с тех пор, как мы были в той “могиле”.
Лакиса эти слова вывели из себя. Они пробудили воспоминания из прошлого, которые он совсем не желал помнить.
То были воспоминания о давних событиях, когда он был в “могиле”, о которой говорил жук. Там Лакис и обзавелся своим шумным паразитом.
“Могила” звалась так, потому что никто и никогда не возвращался оттуда живым. Кроме Лакиса. Но он потратил 5 лет на то, чтобы избавиться от этого омерзительного места. И впоследствии убил каждого, кто помог ему там оказаться.
Для других отец Лакиса, бывший лорд Карно, умер от болезни, после чего сын убил всех конкурентов и занял трон. Но правда была иной. Во-первых, тем, кто убил своего отца, бывшего короля, был сам Лакис.
У Лакиса не было причин оставлять отца в живых. Этому человеку было недостаточно открыть отвратительный исследовательский центр в Карно - он был чокнутым ушлёпком, который использовал собственного сына как подопытного.
Лакис холодно улыбнулся и сжал лекарство в руке.
Треск!
Бдзынь!
Флакон с лекарством в руке Лакиса разлетелся на осколки.
Ых!
Жук затаил дыхание, так как быстро понял, что настроение Лакиса испортилось из-за его оговорки.
Аура свирепости окружила Лакиса, когда он наступил на осколки бутылки и размазал лекарство по полу.
В конце концов все, кто подверг Лакиса тому унижению, умерли давным-давно, и место, которое напоминало ему о произошедшем, теперь также лежало в руинах. Лакис позаботился обо всём собственноручно.
Так что и в этот раз будет то же самое.
Предатель получит достойный конец.
Лакис дождался, пока поблизости не стих людской шум. Чтобы получить информацию, пока он выздоравливает, требовалось кое-куда сходить.
(смена лица повествования)
Мой день в кофейне был похож на любой другой день. Ну, если исключить тот факт, что я не могла нормально сосредоточиться, потому что продолжала думать о том, что произошло вчера вечером между мной и Лакисом.
В прошлый раз я потёрлась лицом о его ладонь, в этот раз я даже расплакалась перед ним. Тот факт, что я сделала подобное, заставлял меня чувствовать что-то вроде “стыда”, а это эмоция, которую я уже давно не испытывала. Я обозначаю её “что-то вроде стыда”, потому что то, что я испытывала прямо сейчас, было настолько скудным, что назвать это стыдом сложно. Я чувствовала, что, будь я способна испытывать эмоции полноценно, я бы, пожалуй, разгромила сейчас пару стен.
Полагаю, в моей голове крутилось больше бесполезных мыслей, поскольку настало время простоя и приходило не так много клиентов. Вытирая влажную чашку полотенцем, я решила думать о чем-нибудь другом, чтобы развеять дурное расположение духа.
Как и ожидалось, поступил новый запрос от клиента. Он хотел, чтобы я что-то заполучила от его имени на тайном аукционе. Честно говоря, раз уж он всё равно тратил свои деньги на высокие аукционные ставки, не было бы проще и быстрее нанять меня, чтобы украсть для него эту штуку? Но, похоже, мой клиент так не думал.
Что ж, я со своей стороны тоже не собираюсь заманивать честного восточного гражданина в мир криминала.
Госпожа Юри, насчёт весеннего фестиваля... Не хотели бы вы пойти со…
Меня уже пригласили.
Я отвернулась, отклонив девятнадцатое приглашение за день. Людей с таким предложением сегодня было много, возможно потому, что приближался день фестиваля. Конечно же, я всем отказала.
И, наверное, поэтому атмосфера в кофейне была несколько мрачной.
Ух ты, госпожа Юри, как и ожидалось, популярна.
Сноу, зашедший, как обычно, выпить кофе, заговорил со мной после того, как наблюдал уже некоторое время. Он выглядел очень заинтересованным в текущей ситуации.
Итак, вы уже договорились с кем-то пойти, госпожа Юри. Почему-то я думал, вы не из тех, кто интересуется такими вещами как фестиваль.
Мысль Сноу была прямо в точку. Я собиралась на фестиваль только ради Анны-Марии. Не потому, что в действительности была заинтересована.
Узнав, что госпожа Юри идёт, я теперь тоже почему-то хочу пойти… Ох.
Давайте я приму ваш заказ.
Я отвернулась, не дав Сноу закончить фразу, и обратилась к другому посетителю. Я слышала позади угрюмое бормотание о моём бессердечии, но и это тоже проигнорировала.
Сноу пробыл в кофейне недолго, он вскоре оплатил кофе и вышел за дверь.
..?
Тогда я внезапно почувствовала нечто, похожее на взгляд, и повернула голову.
Кар, кар!
„Всего лишь вороны, ха.“
Когда я увидела птиц, летающих перед кофейней, я подумала об Одине. Работа, которую я ему поручила, похоже, требовала больше времени, чем я предполагала.
Я отвернулась от открытой двери и пошла обратно вглубь кофейни.