Глава 8

Когда я вернулась с репетиции, мне хотелось только одного: расслабиться с чашкой кофе и отдохнуть. Вместо этого я обнаружила Мери в состоянии возбуждения и тревоги. До закрытия оставалось полчаса, и я испугалась, что у нее произошла какая-то неловкая ситуация с покупателем.

—Всё в порядке? — спросила я. И где Виолетта? Она должна была присматривать за Мери на случай, если возникнет что-то, чего та не поймёт. Например, электричество.

—О да. — Она сложила руки так, словно я была её королевой, а она — моей рабыней. Она не делала этого несколько месяцев, так что явно была взволнована.

—Мери, что случилось?

Прежде чем она успела ответить, дверь открылась, и вошёл Пит. Пит был австралийцем, аспирантом-археологом, который также оказался волшебником. — Добрый день, Люси. Ты отлично выглядишь.

—Пит! — Я протянула руки, и он заключил меня в крепкие объятия, от которых едва не треснули пара рёбер. Пит помог мне победить демона, высасывающего душу, который пытался уничтожить меня и всех моих родных. Тогда я думала, что я ему нравлюсь, но стоило ему встретить Мери, как он пропал.

Я думала, она испытывает то же самое. Он работал с моими родителями-археологами на раскопках в Египте, и когда мама с папой предложили Мери навестить её родину, она заинтересовалась. Конечно, мы не могли позволить ей одной сесть в самолёт. Слишком многое могло пойти не так для женщины, которая не вела активный образ жизни три тысячелетия. Пит вызвался приехать в Англию и сопроводить её обратно.

Я вдруг загрустила, понимая, что с приездом Пита я теряю Мери, которая стала мне не только помощницей в магазине, но и подругой. Он легко прочитал мои чувства. — Жаль, что я не могу задержаться надолго, но мне нужно вернуться. Я забронировал рейс на завтра.

—Так скоро?

—Боюсь, что так. Нам нужно получить важное финансирование, и твой отец считает, что Мери может очень помочь в опознании некоторых предметов быта, которые мы не распознали.

Она посмотрела на меня сияющими глазами. — Люси, я могу быть действительно полезна твоей семье. После всего, что ты для меня сделала, я хочу попробовать.

—Конечно, можешь. И ты поедешь домой.

Она кивнула. — Да. Хотя я не думаю, что узнаю многое.

—В пустыне мало что меняется, — сказал Пит. — Это ты узнаешь. И, думаю, жуки будут знакомы.

Мы рассмеялись. Потом из двери моей квартиры вышла Ви. — О, хорошо. Ты вернулась. Я помогала Мери собираться. Одолжила ей один из твоих чемоданов. Надеюсь, ты не против.

—Конечно. — У меня не было планов на поездки. А родители вернут мой чемодан, когда приедут в следующий раз.

Мы закрыли магазин, и потом Виолетта сказала, что ей пора. У неё было свидание с парнем, которого она встретила в интернете. Пит сказал, что хочет вывести Мери в город. Он пригласил и меня, но я с радостью ответила, что у меня тоже свидание, чтобы они могли провести вечер вдвоем, обновляя знакомство.

Я была счастлива за Мери, но опять же мне предстояло искать помощника в магазин. Я с ужасом думала о том, чтобы снова идти в бакалею на углу и вешать очередное объявление о поиске нового ассистента.

Сегодня вечером я не буду беспокоиться о будущем. Я буду наслаждаться вечером с Иэном. Кто знает, к чему это приведет?

Я готовилась к свиданию с Иэном с особой тщательностью. Он намекал, что мы идём в особенное место на ужин, поэтому я оделась соответствующе.

Проведя столько времени сегодня с актерами, я понимала силу костюма. У меня было маленькое чёрное платье, на которое я потратилась во время январской распродажи. Я надела его с бриллиантовым ожерельем, которое подарила мне Сильвия, и туфлями на низком каблуке. Я не была уверена насчёт пальто и спустилась спросить Сильвию, у которой был глаз на моду и которая всегда знала последние тренды.

Повидаться с Сильвией означало пройти через «Кардинал Клубокси», зайти в заднюю комнату, открыть люк и спуститься по лестнице в туннель, проходившим под моим магазином. Там было темно и пахло плесенью, но я спускалась сюда так часто, что почти не задумывалась об этом. Я быстро шла по каменному пути, пока не дошла до древней дубовой двери и не постучала.

Мне повезло, что сама Сильвия открыла дверь, великолепная в чёрном шёлковом длинном пеньюаре. Её серебристо-белые волосы были соблазнительно растрёпаны. Очевидно, она только что проснулась. Я извинилась за ранний визит, но она жестом пригласила меня войти. Я объяснила, что у меня назначено свидание и поделилась своими сомнениями по поводу пальто.

Она одобрительно кивнула, увидев платье. — Очень мило. Ты наконец одеваешься как женщина.

—А как я обычно одеваюсь?

Она сморщила нос. — Как нечто среднее между студенткой Гарварда и домохозяйкой средних лет. — Она понизила голос. — Это всё из-за тех вязаных свитеров, которые ты так упорно носишь.

У меня отвисла челюсть. Это было так несправедливо. — Как я могу не носить свитера, если вы все продолжаете их мне вязать?

Она элегантно пожала плечами. Сильвия делала всё элегантно. — Ты не обязана носить их все.

Но я обязана. Я была слишком добра, чтобы отказываться от подарков от своих вяжущих вампиров. Как я могла отказаться от роскошного шёлкового свитер тёмно-синего цвета, который связала Сильвия, или от произведение искусства, которое связал Теодор, или не надеть свитер, который так любовно изготовила Мейбл, даже если он делал меня похожей на гигантский чехол для чайника? Прежде чем я успела возразить, она спросила: — И что ты собираешься делать с волосами?

—С моими волосами? — Я коснулась светлой массы локонов, спадающих до плеч. Я их вымыла и высушила феном. Чего ещё она ожидала?

Она покачала головой. — Пойдем, — приказала она. И я пошла. Мы прошли в её личные покои и в большую спальню. На стенах висели фотографии её расцвета, когда она была кинозвездой. Вот она напротив Дугласа Фэрбэнкса, а на другой — наслаждается коктейлями с Гретой Гарбо. Её спальня была словно из фильма двадцатых годов, с голубым и серебристым постельным бельём и изящной мебелью в стиле ар-деко.

Свет ламп был мягким. Если бы не отсутствие окон или какого-либо естественного света, могло бы показаться, что мы находимся в номере пятизвёздочного отеля.

Она усадила меня перед туалетным столиком с тройным зеркалом, хотя зеркальные поверхности были увешаны фотографиями. Наверняка такой тщеславной женщине трудно обходиться без возможности видеть собственное отражение, но я подозревала, что они с бабушкой помогают друг другу с прической и макияжем. Она включила модную плойку и, пока та нагревалась, достала свою косметичку. Я планировала только свой обычный ритуал красоты — мазок туши, немного подводки для элегантности и розовую помаду, которую я использовала, выходя в свет, но у Сильвии были другие планы.

Не успела я возразить, как она уже мастерски наносила мне макияж. Я хотела было поспорить, но решила, что с такой волевой вампиршей, как Сильвия, проще позволить ей накрасить меня, а потом смыть косметику, когда вернусь к себе наверх.

На удивление, было приятно, когда после безумного дня тебя балуют и наводят красоту. Я старалась не думать о возможных любовных путаницах, которые могли возникнуть из-за приготовленного мной зелья. Но я утешала себя тем, что Маргарет Твиг говорила: эффект продлится всего три дня.

Сколько может случиться за три дня?

—Закрой глаза, — скомандовала Сильвия.

Я послушалась и Сильвия кисточкой провела по моим векам, затем я почувствовала как что-то колючее и прохладное скользнуло по верхнему веку.

—А теперь посмотри наверх. Когда я подняла глаза, она нанесла тушь, не один раз, а дважды.

Она отступила, придерживая мой подбородок рукой, и оглядела своё творение. Она выглядела такой серьёзной, как художник, созерцающий свой шедевр.

—Очень жаль, что ты так мало подчеркиваешь красоту своих прелестных голубых глаз. Конечно, им никогда не сравниться с моими. Во времена моей молодости один махараджа подарил мне набор идеальных сапфиров, которые, по его словам, были точь-в-точь под цвет моих глаз. — Она улыбнулась, предаваясь воспоминаниям. — Я думала выйти за него замуж, но стать махарани означало бы отказаться от театра, а на такую жертву я пойти не могла. Даже ради него.

—А что стало с сапфирами? — Я была уверена: если бы у неё были такие драгоценности, Сильвия бы их носила. Она не из тех, кто прячет свой свет или свои бриллианты.

Уголки ее губ опустились.

—Случился финансовый крах. Это были тридцатые годы. Я их продала. Я бы выкупила их обратно, но теперь они в частной коллекции. — Она пожала плечами. — Когда-нибудь я их верну. У меня предостаточно времени.

Она занялась плойкой. Поскольку я не понимала, что она делает с моими волосами, то решила отнестись к этому философски. У меня было больше часа до того, как за мной заедет Иэн. В крайнем случае я смогу переделать и прическу, и макияж. Сильвия была из театрального мира, и я полагала, что она всё ещё следит за ним, пусть и издалека.

Я спросила её:

—Ты знаешь Эллен Бэрримор?

Она слегка прищурилась, словно пытаясь вспомнить, кто это.

—Ах да. Слышала о ней. Она была неплохой актрисой, одной из тех хорошеньких девушек, которым пророчили блестящее будущее. Но она выдохлась. Так бывает с большинством молодых девушек. Немногие обладают такой стойкостью, как Леди. — Она произнесла это с почтением, и я поняла, что она имеет в виду Хелен Миррен, Джуди Денч и Мэгги Смит. — Я слышала, она ушла в преподавание.

—Да. Она ставит «Сон в летнюю ночь» в Кардинал-колледже.

—А, вот почему Теодор ходит с таким довольным видом.

—Да. Он расписывает декорации, а я ему помогаю.

—Молодец.

—Честно говоря, я немного робела. Она ведь такая известная.

—Она учительница. — Она подалась вперёд: она всегда любила посудачить. — Кроме того, она не настоящая Бэрримор, не родственница Лайонела, Этель или Джона. Подозреваю, она взяла это как сценический псевдоним, надеясь, что это придаст ей ореол театральной королевы.

—Что ж, она уходит из преподавания. В следующем году она станет художественным руководителем театра «Нептун» в Лондоне. — Я была рада сообщить ей то, чего она не знала.

Сильвия освободила плойку и отступила. Кивнула, довольная своей работой, и снова взялась за меня.

—Это было умно с её стороны. Да, очень умно.

—Что ты имеешь в виду? — Я так мало знала о мире лондонского театра.

—Полагаю, она использовала своё время в Оксфорде, чтобы проложить путь обратно. Она поставила несколько пьес, и если ей очень повезёт, один или даже двое её учеников станут знаменитыми. Возможно, под её руководством. Да, очень умно. Она уже никогда не станет звездой, но надеется засиять в лучах новой звезды.

—Это довольно цинично.

Она усмехнулась.

—Добро пожаловать в шоу-бизнес, дорогая. Работая в театре, ты узнаешь всё о человеческой природе в её худшем проявлении. — Она снова усмехнулась. — Как весело.

Закончив, она отступила, и её лицо смягчилось.

—Прелестно. Ты правильно сделала, что спустилась. Я всегда рада сделать тебе прическу и макияж.

—Спасибо. Но на самом деле я спустилась спросить насчёт пальто.

—Конечно. У меня есть как раз то, что нужно.

И вот я поднималась наверх в вечернем пальто, которое, несомненно, совсем недавно красовалось на подиуме в Милане. Я искренне надеялась, чтоИэн ничего не смыслит в моде, ведь я не смогла бы объяснить это дорогое пальто.

Сильвия позвала бабушку посмотреть на меня во всей красе перед свиданием, и бабушка прижала руки к груди, увидев меня.

—Люси, ты такая красавица сегодня. Твой молодой человек сделает тебе предложение раньше, чем ты успеешь оглянуться.

Я рассмеялась.

—Я не слишком беспокоюсь о предложении. Надеюсь только, он не увязнет в расследовании. Он очень серьёзно относится к своей работе.

Я чмокнула обеих женщин, а затем вернулась наверх, прошла через тёмный магазин и поднялась к себе в квартиру.

Я сразу подошла к зеркалу, и, хотя было бы преувеличением сказать, что я себя не узнала, но я определённо наслаждалась моментом, изображая Золушку. Я бы не стала выходить так каждый день, но и смывать старания Сильвии не собиралась.

Женщина, смотревшая на меня из зеркала, выглядела утончённо и определённо женственно. Сильвия использовала серебристые и серые тени на моих глазах, сделала что-то с кожей, отчего та засияла, а тёмно-розовая помада определённо придавала мне вид женщины, которая надеется, что её поцелуют.

И это было-бы хорошо

Мои волосы выглядели роскошно, но без излишеств. На самом деле они были идеальны. Я выглядела как я, только более ухоженная, взрослая версия меня.

Я не могла дождаться, когда увижу выражение лица Иэна, когда он меня увидит.

Он должен был заехать за мной в семь, и поскольку он обычно был пунктуален, я была готова за пару минут до назначенного времени. Семь часов пришло и ушло, а к семи пятнадцати я уже начала проверять телефон на предмет пропущенных звонков или сообщений.

Ничего.

К семи тридцати я уже была раздражена. Позвонила и попала на голосовую почту. «Привет, Иэн. Это Люси». Отличное начало. Он детектив. Он знает своё имя и твоё. «Не знаю, может я что-то перепутала? Я должна была встретить тебя где-то? Я думала, ты заедешь за мной. В любом случае, перезвони мне».

Я повесила трубку, а потом написала ему сообщение.

Через десять минут он перезвонил, и голос у него был встревоженный. «Люси, прости. Кое-что случилось. Не могу остановиться. Позвоню завтра». И он исчез.