Том 1 · Глава 13. 2

Закончив с едой, мы, пройдя по лесной просеке, вышли на запыленную большую дорогу. Пункт назначения — убежище ведьм, школа, в которой находится Книга Зеро. По словам Альберта, расстояние от леса до убежища, если идти по прямой, около двух дней пути, но сперва мы решили сделать крюк и заскочить в город Фомикам.

Альберт хотел направиться прямиком к школе, но я настоял, что нам необходимо побывать в Фомикаме. Ведь это город, в котором непременно останавливается любой, кто направляется в столицу Фраста. Солдаты на границе рассказывали, что, несмотря на защиту каменных стен, там непременно проверяют, «был ли такой-то в Фомикаме».

Проще говоря, отправься мы во Фрасту без посещения Фомикама, нас, посчитав подозрительными, стали бы допытывать вопросами о причинах, по которым мы предпочли избежать остановки в предыдущем городе.

И хотя сейчас наш путь пролегает к школе Альберта, в дальнейшем нам все равно придется искать Тринадцатого во Фрасте, что окажется проблематичным. Я, конечно, путешествую с ведьмой, но все же хочется как можно меньше отклоняться от принятого пути.

Мы с Зеро еле плелись, в то время как Альберт ушел далеко вперед и только иногда останавливался, чтобы собрать трав или поймать лягушку, которые укладывал в сумку, что придавало ему инфантильный вид. Впрочем, слова Зеро о том, что он, скорее всего, собирает дары для подношения, перевернули картину. Хоть с первого взгляда мальчишка кажется ребенком, он все же колдун, недостойный доверия. И вот он ведет нас прямо в пасть к ведьмам.

Сама мысль об этом омрачает. Зеро, конечно, хочет вернуть Книгу, но пройдет ли ее возврат так успешно, как ожидается? Даже если преуспеем, не расстанусь ли я с головой? Видимо, эти мысли отразились на моем лице.

—Не унывай. Ведьмы не вредят чужой собственности. Если сказать, что ты мой раб, никто даже не подумает снять тебе голову.

—Хорошо, если так… Как-то неуютно становится от мысли, что толпа ведьм захочет моей головы.

—Даже случись так, можешь не переживать. Я защищу тебя.

—Звучит многообещающе.

—Думаешь, вру?

—Если и нет, думаешь, поверю?

Зеро замолкла на минуту, ответила: «Не думаю» — и радостно улыбнулась.

—Сотни лет одиночества, сотни лет предательств… Одни лишь они создают сильных бойцов. Если доверить кому-то спину, это породит расслабленность, а она ведет к смерти. Поэтому сказать, что веришь, сложно. Впрочем, я по-своему защищу тебя. Ты нужен мне, как-никак.

—Ну… Звучит неплохо, — неожиданно для себя самого я высказал истинные мысли, а затем отвел взгляд и почесал в затылке… Странный разговор. «Защищу», «нужен» — слова, которые раньше мне никогда не приходилось слышать.

Шедший впереди Альберт в который раз остановился с раздраженным видом, ожидая, пока мы его нагоним.

—Сама-то в порядке будешь? — В ответ на этот вопрос Зеро озадаченно склонила голову, и, словно спрашивая, что я имею в виду, взглянула на меня. — Какой бы сильной ведьмой ты ни была, их-то, обучавшихся по Книге Зеро, там целая толпа. Что если пойдут против нас?

—О-о… Ты беспокоишься обо мне?

—Причину, надеюсь, объяснять не надо?

—Влюбился, наверное.

—Да нет же! — выкрикнул я раздраженно, и Зеро улыбнулась.

—Если тебе не дает покоя, что с моей смертью нашему уговору конец, то не волнуйся. Нет даже миллионной доли вероятности моего проигрыша. Даже в невыгодных условиях я всегда успею отступить. И если не управлюсь в одиночку, с поддержкой Тринадцатого кучка второсортных ведьм ничего нам противопоставить не сможет.

—Тринадцатый, да? — прошептал я.

«Кажется, он товарищ Зеро, но как-то слишком уж она ему доверяет. Нет… Не просто доверяет. Наверное, между ними что-то есть. Понятия не имею, какие у них отношения, но… — додумав до этого момента, я в панике потряс головой. — Какая разница, что объединяет Зеро и Тринадцатого. Стоит думать о чем-то более важном. Да, например…»

—Слушай, если есть мужчины, использующие колдовство, почему говорят «ведьмы»?

Эхе… Ну и глупый же вопрос я задал.

Зеро, ничего не заподозрив, ответила:

—Ровно наоборот. Изначально словом «ведьма» оскорбляли женщин, занимающихся колдовством. Если коротко: в прошлом ведьм было меньше.

—Хм… Первый раз слышу.

—Видишь ли, Наймит, колдовство — это своего рода наука. А наука зарождалась в умах мужчин. Впрочем, это вовсе не гарантирует, что в этом деле они будут лучшими, верно?

—Пожалуй.

—С колдовством точно так же. И, разумеется, мужчинам это не понравилось. Колдуны презрительно называли превосходящих их колдуний ведьмами. Изгнанные, те рассеялись по миру и поведали ему о колдовстве. В итоге магии, как правило, обучались у колдуний. Таким образом, ведьмы стали олицетворением колдовства… Так мне рассказывали. Одним из последствий этого стало то, что ведьм сейчас гораздо больше, но, естественно, существуют и колдуны. И иногда попадаются чертовски сильные, м-да.

—Ты это о Тринадцатом?

—Ага, — кивнула Зеро. Ее голос звучал подозрительно глухо и сладко.

«Вот оно что. Романтика», — подумав об этом, я вздохнул.

—Что не так, Наймит? Неужто ревнуешь?

—Высокого ты о себе мнения. Просто устал от этого хвалебного щебета. — Я высунул язык и облизнул нос. Зеро со смешком пожала плечами.

—Судя по словосочетанию «хвалебный щебет», видимо, ревнуешь. Тринадцатый — выдающийся колдун. Подлый, коварный — настоящее воплощение образа злого колдуна.

—Мне почему-то кажется, что и ты достаточно зловредная ведьма.

—Я не иду с ним ни в какое сравнение. При встрече с ним ты поймешь; впрочем, если говорить откровенно, я и сама его побаиваюсь.

—И ему можно доверять?

—Разве я говорила о доверии? Он выдающийся колдун, но его целеустремленность и эгоизм исключительны… Они демонические, м-да.

Пусть Зеро и говорит так об этом Тринадцатом, в ее голосе слышна странная теплота.

—Не могла бы ты в таком случае пояснить одно из своих слов? «Товарищ» — это в чем же? Выходит, вы жили вместе? В этой норе, или как ее там?

—Верно. Видишь ли, Наймит, исследования колдовства, по сути, та еще головная боль. Поэтому ведьм, которые ради собственных изысканий совершают с другими обмен результатами, разделяя при этом жилье, довольно много. И мы не исключение.

«И все же щебет-то хвалебный».

Чтобы увести разговор в сторону от Тринадцатого, я задал новый вопрос:

—Так что именно исследуют в колдовстве?

—Чтобы познать способы призыва демонов, копаются в книгах, учатся, ведут записи, проводят эксперименты.

—Будто ученые…

—Так и есть. Ведьмы — исследователи, а колдовство — поле для исследований. И чтобы добиться успехов, нужно время. Чтобы в конечном итоге научиться пользоваться колдовством, надо приложить немало усилий. Вплоть до ритуалов, занимающих годы. Вот отчего ведьмы в стагнации, вот почему колдовство не распространяется. И… поэтому пятьсот лет назад ведьмы проиграли войну Церкви.

—Но ведь сейчас есть магия… Выходит, в этот раз вы можете победить? Церковь-то.

—Хм, — ответила Зеро. — Да, пожалуй, можем… Но я даже не задумывалась о чем-то столь скучном…

В это время позади послышалось грохотание колес, и я подтолкнул Зеро к обочине. Полностью груженая повозка проехала мимо нас… и вдруг замедлила ход. Ровно настолько, чтобы подстроиться под нашу скорость. Взглянув на нее, я увидел торговца средних лет, который дружелюбно мне улыбался… Такое в моей жизни было впервые.

—О, и впрямь. Приятель, да ты зверочеловек. Тоже пришел помочь с охотой на ведьм? Вот спасибо. Сейчас и шага не ступить, чтобы ведьма не напала; такая жуткая ситуация. А ведь в прошлом было время — мы жили с ними в мире. Когда я только родился, дедушка, кажется, ездил за лекарствами к Сорене. Говорил, они сняли сильную лихорадку. И что та была словно фея.

—Эта та, которую сожгли на костре? Та, что наслала болезнь?

В ответ на мой вопрос торговец скривился. Я не заметил, как Альберт тоже оказался неподалеку, несколько в отдалении, но так, чтобы слышать разговор.

—Да… Болезнь. Несколько лет назад ведьмы и там и сям пакостями занялись. Веньес начал их побаиваться. Но Сорена, как мы думали, другая, все считали ее союзником. До этой истории с эпидемией, произошедшей год назад. Теперь нет ведьмам больше доверия.

«Хм, есть над чем поразмыслить. Если верить словам Альберта, то Сорена, наоборот, пыталась спасти деревню, потому и прибегла к колдовству. Если это правда…»

—Скажи, а может ли быть так, что Сорена колдовала для излечения болезни?

Торговец округлил глаза. И, нахмурившись, слегка покачал головой.

—Может. Могла… Но нет.

—В смысле?

—Когда доходит до ссоры, каждый думает, что его вины в ней нет, правильно? Перед «Вечером возмездия» многие высказывали недовольство в адрес казни Сорены. Говорили, она никогда не наслала бы на деревню болезнь. Но после, когда деревню сожгли, все эти люди стали сторонниками охоты на ведьм… Впрочем, как и я.

С уставшим выражением лица торговец начал копаться в повозке. Наконец отыскав, он бросил мне фрукт. Перезревший и явно не для продажи, ставший коричневым и испускающий до одури сладкий запах.

—Как бы то ни было, пусть так. Мы все устали. Хочется уже покончить с восстанием, да проигрывать нельзя. Потому рассчитываем на вас.

Сказав это, торговец хлестнул вожжами и быстро удалился, исчезнув вдали. Альберт еще долго смотрел ему вслед.