В своей прошлой жизни Сера Лозенбаум продала родную страну. Да не один раз, а целых два.
Сначала она сдала королевство, в котором родилась, Империи, а затем продала уже саму Империю революционной армии. Если рассказать об этом вот так, кто угодно её осудит, мол: «Тебе что, больше торговать было нечем, кроме как собственной родиной?». Но так могут рассуждать лишь те, кто не знает всех обстоятельств. Она продала эти страны, потому что они того заслуживали, и ни капли не жалела о своём выборе.
— Из-за тебя сейчас на земле творится полный бардак.
Однако всё меняется, когда выясняется, что из-за этого ей закрыт путь к перерождению. В ожидании реинкарнации она триста лет терпела адское пламя, но в итоге услышала приговор, прозвучавший как гром среди ясного неба: до прощения ей ещё как до луны.
— Немедленно поднимайся на землю и верни в прежнее русло судьбы, которые исказились — и ещё исказятся — по твоей вине.
Разумеется, она тут же ухватилась за предложение Бога. Пусть эта сомнительная миссия была лишена всякой конкретики — ни «когда», ни «где», ни «что», ни «как», — такие мелочи её не волновали. Воскрешение вышло довольно спонтанным, но Сера от всей души благодарила Бога за предоставленный шанс. Ровно до того момента, пока не встретила его.
— Надо же, кого я здесь вижу.
Холодные глаза смотрели на неё сверху вниз с немым укором и неверием. Герой, который давным-давно вонзил священный меч прямо в сердце Серы — Энох Шоссер, — едва шевеля губами, процедил:
— Вот же не повезло.