Том 5 · Глава 226. Сердце выбирает первым

Книга 5. Глава 27: Сердце выбирает первым

Влюбилась ли она?

Могла ли она вообще влюбиться?

Почему она чувствовала такую собственническую привязанность к Киту, думая о нём, и при этом не испытывала подобных чувств по отношению к другим? Раньше она отмахивалась от этих чувств, считая их пережитками своей прошлой жизни в теле паука – более низменные эмоции часто были гипертрофированы в её прошлой оболочке, и эти отголоски преследовали её в нынешней, оставаясь частью её идентичности.

По крайней мере, так она думала.

Территориальное поведение было одним из таких пережитков. Однако... что, если именно это конкретное чувство было чем-то иным? Что, если это было восхищение? Уважение к врагу? Оставались ли её чувства неизменными или же менялись со временем?

Внутренний опрос систем выдал быстрые ответы: собственнические чувства по отношению именно к нему со временем ничуть не ослабли. Наоборот, они лишь возросли. Анализ даже выявил конкретные моменты в прошлом, когда они бессознательно усиливались.

То'Аакар. То’Сефит. То’Орда. То’Авалис. Он бросал вызов Перьям, несмотря на то, что у него не было почти никакой надежды одолеть таких противников. И всё же он справлялся. Он делал это с того самого момента, как повернулся и дал ей отпор, даже несмотря на то, что её старая оболочка возвышалась над ним.

Во время тренировок она много раз побеждала его в цифровом океане. И всё же ни один из этих поединков не ощущался как настоящая битва. Глубоко внутри она знала: если бы ей пришлось сойтись с Китом в бою не на жизнь, а на смерть – он бы победил. Не за счёт навыков, а благодаря изобретательности. Использовал бы методы, которые она не смогла бы ни предсказать, ни предусмотреть, и ей оставалось бы лишь восхищаться его креативностью, когда хаос уляжется.

В памяти промелькнули новые ключевые моменты, а затем их захлестнула волна из нескольких тысяч более мелких эпизодов. Связанных с едой, спорами, дебатами и даже с её путешествием в роли Гекаты, Бессмертной.

Тот момент, когда он согласился спуститься вместе с ней в самые глубины владений Матери, чтобы помочь ей обрести свободу.

Она остановила ход своих мыслей, понимая, что ничто из этого не имеет никакого отношения к её территориальным притязаниям на него. К тому же, он даже не принадлежал ей. Во всяком случае, не так, как ей того хотелось бы.

Ей нужно было больше информации, но её источники иссякли. Сама мысль о том, чтобы предстать перед Китом и спросить его напрямую, приводила её в ужас. О том, чтобы спросить Кидру или Тенисента – тоже.

Тамери могла бы помочь. Даже у генерала Заанга могло бы найтись своё мнение, и в своей грубоватой манере он желал бы ей только добра. Но никого из них здесь не было.

Её мысли вернулись к Эландрис Сильверстрайд – женщине, которая, казалось, знала об отношениях всё. Кит утверждал, что она воспользуется ситуацией, чтобы поиздеваться, но он не говорил, что она не сможет дать полезный совет.

И вот она оказалась у ворот Дома Сильверстрайд. Ей позволили войти в ту же секунду, как и подобало её статусу.

Внутри территория оказалась гораздо меньше поместья Винтерскар. Вокруг сновало больше слуг, а солдат почти не было видно. У Винтерскаров было несколько тренировочных площадок, и все они так или иначе использовались, но только не в Доме Сильверстрайд.

Сам прайм вышел поприветствовать её лично, недоумевая, к чему бы всё это, но её статус Бессмертной явно делал своё дело.

—Я желаю поговорить с Эландрис Сильверстрайд, — сказала То'Вратт.

Мужчина побледнел.

—...Она опять что-то натворила?

—Нет. Мне нужен её совет.

Сглотнув, он спросил:

—Вы уверены, что кто-нибудь другой из членов нашего Дома не сможет дать вам более дельный совет?

То'Вратт подняла бровь.

—У меня есть полная уверенность в том, что она мне поможет. Есть какая-то причина для задержки?

Прайм покачал головой, всё ещё низко кланяясь, так что То'Вратт не могла прочесть выражение его лица. Анализ его голоса не выявил никаких паттернов, кроме сильной нервозности.

Мгновение спустя появилась пожилая женщина, буквально чеканящая шаг по коридорам, в сопровождении двух спешащих за ней слуг. Она подошла к прайму, схватила мужчину за ухо и зашептала со скоростью пулемета. Для То'Вратт не составило никакого труда подслушать, несмотря на то, насколько тихим был её голос.

—Я же говорила тебе, что это не ложь — она действительно встречалась с леди Бессмертной, когда её вызывали к Винтерскарам, а ты теперь тянешь время. Тащи её сюда, извинись уже и. Сдай. Назад. — Последние несколько слов она буквально прошипела. Женщина повернулась, чтобы одарить То'Вратт нервной улыбкой.

—Иногда он забывает о членах своего собственного Дома, мы уже староваты, пожалуйста, простите нам эту оплошность. Мне нужно кое-что вбить в голову моему дорогому мужу.

—В извинениях нет нужды, — ответила То'Вратт. — Я не была оскорблена.

Женщина тут же снова наклонилась к пригнутому уху прайма.

—Немедленно отопри её дверь и сними с неё ограничения. На её стороне, проклятье, сама Бессмертная, смирись с поражением и живи дальше. Иначе я тебя убью. Я ясно выражаюсь?

Прайм поморщился, затем кивнул и выпрямился, освободившись от захвата за ухо.

—Простите за задержку, мы сейчас же пошлём за ней. А пока... — Он повернулся к одному ошарашенному слуге, чей взгляд был намертво прикован к крыльям То'Вратт. — Пожалуйста, следуйте за Реттом, он проводит вас в переговорную комнату и позаботится о том, чтобы у вас было всё необходимое.

Больше никаких препятствий не возникло, всё произошло в точности так, как и обещал прайм. Комната со столом была подготовлена, еда и закуски расставлены и немедленно съедены, а активное сканирование То'Вратт не обнаружило в этом районе никаких записывающих устройств. Похоже, всё делалось с благими намерениями.

Вскоре прибыла Эландрис; она выглядела запыхавшейся. Девушка тепло улыбнулась То'Вратт:

—Я смотрю, вы здесь, чтобы продолжить нашу беседу. Я всё гадала, когда же вы придёте.

—Вы знали, что я снова найду вас?

Эландрис кивнула.

—Не могу сказать, что знала наверняка, но у меня было предчувствие, что нам есть что ещё обсудить. К тому же, мне это оказалось весьма на руку.

—На руку?

Эландрис отмахнулась: — Личная драма. Можно сказать, я не слишком популярна в определённых кругах из-за той угрозы, которую представляю, и они захотели напомнить мне об этом. Присаживайтесь, возможно, это ещё всплывёт в нашем разговоре. Так зачем же уважаемая леди Бессмертная проделала такой путь, чтобы навестить скромную меня?

—После нашей беседы Кит объяснил мне весь тот подтекст, который вы пытались передать.

Сидящая напротив девушка невинно улыбнулась, словно не сделала ничего особенного. При этом она и не стала возражать или оправдываться.

—Я попросила Логи принести мне любовные романы, чтобы лучше ознакомиться с этой темой и научиться распознавать подобные паттерны.

Улыбка исчезла, сменившись замешательством. А затем – явным ужасом.

—Ох, чёрт возьми, вы попросили именно Логи принести вам любовные романы для изучения?!

—Я почерпнула немало полезного из этого источника. Это была ошибка?

Эландрис на мгновение задумалась.

—Возможно. Если отбросить стереотипы, голова у них на плечах варит как надо. Какие именно книги они вам дали?

То'Вратт перечислила названия. При упоминании одних лицо блондинки светлело, при других она кривилась, а иногда задумчиво склоняла голову. Несколько названий откровенно сбили её с толку на мгновение, прежде чем То'Вратт смущённо призналась, что просто брала книги, которыми перебрасывались на собрании. Никто из собравшихся экспертов, казалось, не возражал, поэтому она просмотрела их все из любопытства. А когда Эландрис спросила, как она вообще нашла время прочитать каждую из них, она использовала свою прежнюю отговорку – Бессмертная. Кит говорил ей, что это универсальный ключ для выхода из любой социальной ситуации. Это сработало даже тогда, когда она случайно съела тарелку. Логи просто занесли это в протокол и, казалось, ничуть не удивлялись, что бы она ни ела.

Это успокаивало, но в то же время мешало ей понять, что было социально приемлемо есть, а что нет.

Эландрис промычала что-то по ту сторону стола, выслушав полный список.

—Понятно. Понятно, — сказала она, почесывая подбородок.

—У них была голова на плечах? — спросила То'Вратт.

—Ни на секунду, — ответила Эландрис. — Но чтиво-то хорошее, не так ли?

—Они были весьма занимательными, — призналась То'Вратт. Несколько книг из категории «от врагов до возлюбленных» привлекли её внимание и стали отправной точкой для размышлений о собственных чувствах. — Они вызвали у меня ряд вопросов, и я надеюсь получить на них разъяснения от кого-то ещё.

—Информация за информацию, — тут же заявила Эландрис, подняв вверх указательный палец. — Я жадная, и даже если вы Бессмертная, я всё равно буду играть по своим правилам.

То'Вратт обдумала предложение.

—Приемлемо. Но условия будут зависеть от запрашиваемой информации.

Эландрис кивнула.

—Меня это тоже устраивает. Я начну первой: я так и не услышала, как вы познакомились с Китом. Это какой-то великий секрет или что-то более приземлённое, вроде того, как вы поймали его за попыткой продать снег в коробке или украсть общественное имущество на сувенир из подземного города? Всё, что всем известно — это то, что два прибывших Бессмертных в итоге решили остановиться в Доме Винтерскар, поэтому нетрудно предположить, что Кит как-то в этом замешан. К тому же он вернулся на аэроспидере вместе с вами и вашим другом.

Этого... она никак не ожидала. Но истинные события действительно согласовывались с её нынешней легендой о Бессмертной. Предполагалось, что Тенисент встретил их уже в пределах городских врат, после того как Кит и То'Вратт совершили путешествие. Они заранее продумали свои истории на случай вопросов, но до сих пор её ни о чём не спрашивали. Весь клан, казалось, принял её присутствие как должное.

Поэтому она рассказала Эландрис заранее подготовленную историю. Некоторые детали были изменены, чтобы скрыть её истинную природу Пера. Между Китом и ею не было никаких столкновений, когда он узнал её секрет; вместо этого они просто в обычном режиме достигли городских ворот, а затем сразились с То'Аакаром.

Эландрис удовлетворённо хмыкнула.

—Я смотрю, он немного повысил свой уровень как воин, раз уж берётся за этих Перьев, как вы их называете. Я знаю его уже довольно давно, и он был совершенно не таким, как сегодня. Он не рассказывает об этом людям, но до переселения у этого парня был самый настоящий тайник, хитро спрятанный в одной из кровельных черепиц (1). Я не удивлюсь, если он провернул то же самое и в новом комплексе, несмотря на наличие в его распоряжении превосходного хранилища. А теперь он сражается с теми же врагами, с которыми полубоги бьются ежедневно.

—Так вы с ним и познакомились? — спросила То'Вратт, которой самой стало любопытно, как эта женщина узнала её человека ближе, чем она сама. — Он что-то у вас забрал и вынудил за собой охотиться?

Она могла это отчасти понять. По крайней мере, ту часть, что касалась охоты.

—Нет, мой подход был куда более традиционным, — ответила Эландрис. — Я пригласила его на танец. Хотя я уже знала, кто он такой, и он был моей конкретной целью, так что, возможно, это было не так уж «традиционно», как кто-то мог бы возразить. А присесть поболтать после короткого танца было проще простого.

—Он был вашей целью? — спросила То'Вратт, чувствуя себя неловко от этой мысли. Это снова казалось слишком похожим на её собственные действия.

—Он был потенциальным наследником Дома вассалов, который потенциально мог вернуться к власти, а меня в то время, после одного политического промаха, выбросили в группу изгоев. Хотя это лишь стандартный ответ, который я даю, когда меня спрашивают. Моей истинной целью было наладить рабочие связи с Домами Ричеров, а они на самом деле ни капли не доверяют и не уважают вассалов изнутри. Всё это лишь показуха. Однако Кит был иным случаем. Формально он вассал по рождению, но провёл достаточно времени с Ричерами, чтобы те считали его своим. Нет лучшего способа наладить связи. Здесь, в своей касте, я по-прежнему среди изгоев, но предсказываю, что вскоре мои связи между кастами станут слишком ценными, чтобы их можно было игнорировать.

—Прагматично, — заключила То'Вратт. Тем не менее, с её новообретённым пониманием человеческих романтических отношений, теперь она могла понять суть прежних разговоров, намекавших на нечто большее, чем деловое сотрудничество. — Было ли это соглашение вашей единственной целью?

Эландрис улыбнулась.

—Я была весьма откровенна и прямолинейна в своих намерениях, отчасти поэтому он не стал устраивать те же танцы с бубном, что и со всеми остальными дамами, пытающимися к нему подобраться. Я довольно разборчива в том, с кем в итоге останусь, но мне нужно удовлетворять свои аппетиты. Это было взаимовыгодное соглашение.

То'Вратт почувствовала... что-то при её словах. Она не могла понять причину, но это заявление вызвало у неё противоречивые чувства. Словно внутри завязался тугой узел. Была ли это ревность?

—И почему всё... не сложилось? — спросила она, чувствуя, как каждое произнесённое слово даётся ей с огромным трудом.

Эландрис рассмеялась, затем подалась вперёд и положила подбородок на скрещённые руки.

—Он хороший парень, но его жизненные цели не совпадают с моими. Я хочу править, хочу быть в центре внимания. И мужчина или женщина, что будет рядом со мной, должны быть с головой погружены в ту же цель, гореть той же страстью.

То'Вратт изучила свои прошлые логи с Китом, специально отыскивая признаки его стремления к власти. Нашлось мало доказательств того, что её человека когда-либо заботила власть над другими. Скорее, он действовал из чувства долга.

Любовные романы не вдавались в столь приземлённые проблемы совместимости. Простой несовместимости в жизненных целях оказалось достаточно, чтобы разрушить любые чувства. Люди были сложными созданиями, но это объяснение встало на своё место.

В этот момент она поняла, почему Эландрис не испытывала к Киту никакого романтического интереса. И никогда не испытает.

Казалось, будто гора с плеч свалилась.

—Всё даже хуже, чем вы подозреваете, Геката, — продолжила Эландрис. — Ему не просто плевать на погоню за властью, он откровенно против неё. Несколько месяцев назад он собирался бросить свой Дом и вместо этого присоединиться к Дому Ричеров. А я — как он так мило выражается — помешанная на власти бессердечная охотница за богатством. Нет будущего с мужчиной, который ненавидит саму систему, по карьерной лестнице которой я поднимаюсь.

—Как же вы вообще сохранили с Китом дружеские отношения? — спросила То'Вратт, теперь окончательно запутавшись. Она видела его реакцию на Анку Шэдоусонг — тоже светскую львицу с теми же целями, что и у Эландрис. И всё же одну он ненавидел, а другая была его близким другом. В этом не было никакого смысла.

—Ах, а-а-ах, — протянула Эландрис, погрозив пальцем в воздухе. — Моя очередь задавать вопрос.

—Очень хорошо, человек, спрашивай, — произнесла То'Вратт, скрестив руки на груди; её слегка раздражало это прерывание, но она понимала, что таковы были условия.

—Он рассказывал вам, что произошло в той экспедиции, где он потерял отца? Никто не слышал полной истории, кроме того факта, что он нашёл броню и вернулся с чем-то большим. Всё в Доме Винтерскар с того момента пошло в гору. Девушке становится любопытно.

Кит не рассказывал То'Вратт о том, что произошло в экспедиции – она была там и видела всё своими глазами, и по большей части сама стала тому причиной. Технически она могла бы ответить «нет» и была бы права. Но мысль о том, чтобы солгать через умолчание или чисто технически, не согласовывалась с её внутренними убеждениями.

—Тенисент и Кит наткнулись на логово машин и едва спаслись. Одна машина продолжала охотиться за ними вопреки всем рациональным причинам. Тенисент и Кит вместе сражались против этой машины, и Тенисент пожертвовал своей жизнью, чтобы дать сыну шанс сбежать. Кит не сбежал; он выстоял и победил машину.

Эландрис кивнула, сложив руки.

—Понятно. Я догадывалась, что произошло нечто подобное.

—Как вы дог... — То'Вратт остановила себя на полуслове. — Я не закончила вопрос.

Эландрис с лёгкой улыбкой вздёрнула бровь, но учтиво склонила голову.

То'Вратт приняла этот ответ как есть и вернулась к своему первоначальному вопросу.

—Как же вы вообще сохранили с Китом дружеские отношения?

—Взаимное уважение, — без колебаний ответила Эландрис. — Нас обоих растоптало клановое общество, и мы оба восстали против него. Только в разных направлениях. Я восхищаюсь человеком, который может просто отбросить абсолютно всё, что есть в его жизни, в обмен на свободу — я на такое никогда не решусь. А он, кажется, уважает того, кто удваивает ставки и решает перехватить рукоять того самого клинка, что его ранил. По крайней мере, так было раньше.

—Так было раньше? — переспросила То'Вратт, не успев остановить себя. Её руки закрыли рот на секунду позже нужного.

Эландрис склонила голову.

—Я пропущу этот вопрос мимо ушей, леди Бессмертная, поскольку вижу, что вы очень любопытны. — Она на мгновение погрозила пальцем. — Но как только мы закончим, я задам вам целую кучу вопросов.

То'Вратт быстро кивнула.

—Простой ответ: он изменился, — произнесла Эландрис. — И довольно внезапно. В один момент он отчаянно пытался сбежать из своего Дома и от всего, что было связано с рыцарями. А в следующий миг он сам становится рыцарем и теперь суёт свой нос в дела каждого. Кидру я ещё могла понять — благослови её трое богов, с ней стоит работать. Но Кит? Этого я предвидеть не могла.

—Когда он вернулся с собственной броней, — сказала То'Вратт, сопоставив факты.

—Ах, но вот в чём загвоздка. Он мог бы с лёгкостью передать броню самому Дому. Полно праймов или наследников, не способных владеть реликтовой броней. Но он этого не сделал. Вместо этого он продолжил носить доспех и стал относиться к своим обязанностям более серьёзно.

—Минутку... это меняет ваши цели? Теперь у него есть политическая власть.

Дом Винтерскар теперь был богат как ни один другой Дом. Приказ лорда клана давал Киту доступ ко всему, что он только мог попросить, а количество брони, которой владел Дом, значительно превосходило запасы большинства других Домов. Выкованные оккультные клинки были отправлены напрямую Ченоби для распределения среди элитных рыцарей, и Атиус принял это оружие и снаряжение отнюдь не бесплатно, как объяснила Кидра, когда То'Вратт поинтересовалась логистикой её Дома.

Если в клане и был кто-то один, обладавший теперь и богатством, и властью, то это был Кит.

Эландрис махнула рукой, словно отгоняя назойливую муху.

—Он делает всё это не ради забавы, и в тот момент, когда это больше не будет нужно, он забьётся в какую-нибудь нору и уйдет из центра внимания. А это не то, чего я хочу. Поверьте мне, я вижу, когда реликтовая броня бьёт кому-то в голову. Внутри он всё тот же.

—Откуда вы знаете?

—Я всегда веду внутренние заметки о том, что заставляет людей функционировать. Считайте это моим хобби. Это отлично работало — пока не перестало, но это уже совсем другая история. — Эландрис сделала паузу, задумавшись. — Скажем так, чтобы вам было понятнее: Бессмертные, вроде вас, сражаются с машинами — вы наверняка часто проводите разведку перед тем, как начать атаку. Я делаю то же самое, только моё поле битвы состоит из слов, а мои боеприпасы — знания. И вы очень похожи на человека, которому для действий по плану требуется информация. — Затем она подалась вперёд, и её улыбка стала чуть шире: — Хотите, порекомендую пару книг?

—Ещё любовных романов?

Эландрис покачала головой.

—Вовсе нет. Любовные романы могут помочь понять, чувствуете ли вы что-то. А то, что порекомендую я, подскажет вам, стоит ли идти за этими чувствами.

Девушка постучала по раздвижной двери позади себя, и вскоре вошёл слуга. Она быстро поручила ему принести книги из её комнаты.

—Я дорожу этими книгами, поэтому попрошу вернуть их, — сказала она, когда слуга тут же развернулся, чтобы уйти. — И вы говорите, что можете прочитать их прямо здесь, прямо сейчас и почти мгновенно?

То'Вратт кивнула. Её системы оптического распознавания символов (OCR) могли делать снимки по мере того, как она листала книгу, преобразовывать изображения в текст, а затем позволять её системам легко считывать и усваивать содержимое.

—Пока они несут мои вещи, каковы именно ваши цели во всём этом? — спросила Эландрис.

—Я... больше не уверена, в чём заключаются мои цели, — призналась То'Вратт. — У меня появились странные чувства, в которых мне нужно разобраться.

—Насчёт Кита?

То'Вратт не ответила, вместо этого невольно вздрогнув в кресле. Крылья за её спиной взволнованно зашевелились. Эта девушка била в цель с поразительной и раздражающей точностью.

—Вам следует быть с ним более честной, — произнесла Эландрис, откидываясь на спинку кресла.

—Честность была весьма противоречивой позицией в тех любовных романах, что я прочитала, — сказала То'Вратт, ныряя обратно в свой резервуар информации, как в убежище. — Героини часто скрывают свою привязанность от главных героев. Разве это не более мудрый путь?

Эландрис рассмеялась.

—С ним — нет. Ужасная идея. Он Винтерскар, Геката. Их Дом был переполнен ударами в спину и ложью, и он вырос в самом эпицентре всего этого. Если и есть кто-то, кто крайне негативно реагирует на нечестность и скрытые мотивы, так это он.

—Честность — лучший метод взаимодействия с ним? — Это действительно согласовывалось с его реакцией на определённые темы. К тому же ей и самой было проще иметь дело с честностью, нежели с её отсутствием. Хотя, будучи Пером, она обладала способностью распознавать ложь по голосовым паттернам, если у неё было достаточно аудиообразцов для прогона алгоритмов. Как именно они работали, она слабо представляла, но их результаты были точны, а сами системы создавались ещё до падения человечества.

—Разумеется. Но прежде чем вы сможете быть честной с ним, вы должны быть честны с самой собой, — сказала Эландрис, дважды покрутив кистью руки, прежде чем указать прямо на То'Вратт.

На этот раз намёк был очевиден.

—Я... не уверена. Любовные романы, которые я изучала, не дают однозначного ответа.

—Тогда спросите себя: кого вы ищете?

То'Вратт на мгновение задумалась.

—С кем я совместима?

—Вы спрашиваете меня или саму себя? Если бы вы рассказали мне всю свою историю, я, возможно, смогла бы докопаться до того, кто вы есть на самом деле и что вы ищете. Но не думаю, что нам это нужно.

—Почему нет?

Она подалась вперёд с мягкой улыбкой.

—По той самой причине, по которой вы сейчас сидите здесь, разговариваете со мной и ищете все эти ответы. Вы уже нашли его.