Глава 93. Командующий Легионом чудовищ 2
Свист! Грохот! Грохот!
Каждый раз, когда Леонос взмахивал когтями, стальная палуба проминалась от силы отражённого удара.
Если так пойдёт и дальше, корабль развалится. Иону приходилось без конца менять позицию и уводить бой с места на место.
Хаймлих наблюдал за ними, всё сильнее теряя терпение.
Чёрт... Да что с ним такое?!
Первоначальный план уже провалился. Всё раскрылось, выхода не осталось. Чтобы хотя бы не подвести своего господина, Хаймлих должен был убить третью имперскую принцессу здесь и сейчас.
Он не ожидал, что Зловещая Звезда встанет на её защиту, но считал: стоит устранить Элизабет, и даже Ион ничего не сможет исправить.
Тот мог отомстить Императорскому дому, однако тогда его объявили бы мятежником и врагом Империи. Изучив прежние поступки Зловещей Звезды, разведка решила, что он постарается избежать подобного исхода.
Поэтому Хаймлих уже не раз приказывал Леоносу лишь притворяться, будто тот сражается с Ионом, а при первой возможности убить принцессу. Но воскрешённый зверь не реагировал.
«Связь оборвалась? Он меня не слышит?»
Наконец Хаймлих не выдержал и заорал:
Убей принцессу! Не дерись со Зловещей Звездой! Убей её, ты слышишь?!
Леонос взревел от ярости:
Заткнись! Я сам выбираю, с кем мне сражаться!
Он резко полоснул когтями.
От взмаха когтей сорвался невидимый режущий удар и понёсся к Хаймлиху.
А?..
Израненный и обескровленный, тот уже не мог уклониться.
Хруст!
Удар рассёк ему шею, грудь и живот. Хаймлиха разрубило на четыре части; он умер на месте, не успев сказать ни слова.
Так погиб глава Имперского разведывательного управления, один из немногих в Империи бойцов ранга мастера. Не было ни великой миссии, ни жертвенного подвига, о которых он мечтал. Конец вышел жалким и пустым.
Ион и Леонос даже не посмотрели в его сторону. Они уже снова ринулись друг на друга, и копьё с когтями сшиблись с оглушительным звоном.
Тогда ты был зверем, обезумевшим от жажды крови! Не думал о себе, только убивал! А теперь что?! Теперь ты сражаешься, чтобы кого-то защитить! Осторожничаешь! Всё просчитываешь! Ты стал слабее!
Ион ударил копьём, Леонос рубанул сверху когтями. Взрывная волна прошла по палубе, и сталь покрылась сетью трещин, похожей на паутину.
Обоих отбросило назад. На миг бой стих.
Ион не бросился вперёд. Он перевёл дыхание и спокойно сказал:
Возможно.
Р-р-р... Что ты сказал?
Возможно, желание кого-то защитить и правда сделало меня слабее.
Он слегка повернул голову. Позади стояла Элизабет и напряжённо следила за ним.
Если говорить честно, Ион до сих пор не понимал её до конца. В душе оставалось недоверие.
Элизабет одинаково любезно обращалась со всеми, не глядя на титулы и положение. Но чем человек, одинаково добрый ко всем, в сущности отличается от того, кто ко всем одинаково холоден? Иногда Иону казалось, что она мерит людей какой-то своей, непонятной другим меркой.
И всё же инструктор обязан защищать студентку.
Он снова посмотрел на Леоноса.
Но мне это даже по душе.
Лицо Леоноса исказилось от злости.
Какая мерзость... Мой соперник стал таким жалким глупцом! Я хотел растянуть эту битву, но, видно, не судьба. Покончим с этим!
Гул...
Из пасти Леоноса вырвался тяжёлый жаркий выдох. Тёмная мана вскипела, откликаясь на его ярость. Белки глаз налились красным, воздух вокруг задрожал.
Ион сразу понял, что сейчас произойдёт.
Это был Воинский Предел Леоноса — Артиглио Темпеста (Artiglio Tempesta), буря ударов, разрывающая всё на части.
Когда-то Леонос применял его с мечом Бури «Штормкарг», но и голыми руками сила приёма почти не уменьшалась.
Стоило ему высвободить Воинский Предел, и от воздушного корабля осталась бы только груда железных обломков да кровавые клочья.
Ион до сих пор не прибегал к тёмной мане не только потому, что люди её боялись. Была и другая, куда более важная причина.
Он хотел обойтись без неё до самого конца. Но победить противника уровня командующего легионом быстро и без полной силы было невозможно.
Пришло время решать.
Ион глубоко вдохнул и развернул «Эзетус» остриём к собственной груди.
Элизабет широко распахнула глаза. Леонос оскалился и угрожающе зарычал.
В следующее мгновение копьё вошло Иону прямо в сердце.
Небо огласил страшный крик:
А-а-а-а-а-а-а!
Когда сердце разорвалось, наружу хлынула чудовищная мана. Чёрное пламя взметнулось, словно из распахнутой печи.
Пламя охватило Иона и превратилось в чёрные латы. Броня сомкнулась без единой щели, а в прорезях шлема вспыхнул золотой свет.
Ион раздвинул рукой клубы пламени и двинулся вперёд. Доспех тихо звенел, за каждым шагом по палубе стлались чёрные языки огня.
Исходившие от него тёмная мана и зловещая аура ничем не уступали силе командующего демоническим легионом. У Элизабет оборвалось сердце.
Кто, увидев его таким, назвал бы этого человека героем?
Теперь она наконец поняла, почему его прозвали Зловещей Звездой.
Вот теперь ты готов! Мой давний соперник!
Леонос разразился свирепым смехом и обрушил на Иона новый шквал ударов, будто приветствовал старого друга, вернувшегося из небытия. Рук у него было две, но Элизабет увидела сразу восемь.
В следующий миг их стало шестнадцать. Потом тридцать две, шестьдесят четыре... Удары множились без конца, закручивая над столицей бурю.
Всё, чего она касалась, превращалось в клочья.
Ион в чёрных латах чуть присел, устойчиво расставив ноги, и крепче сжал копьё. Затем коротко вдохнул.
Багровые вспышки сорвались с Эзетуса и врезались в бурю.
Столкнулись два внутренних образа: абсолютное разрушение, способное разорвать что угодно, и абсолютное отрицание, сводящее всё к ничто.
В прежние времена, когда грандмастеров считали почти легендой, мастера подолгу спорили, что произойдёт при столкновении двух противоположных Воинских Пределов.
Ответ был перед ними.
Воинский Предел — это внутренний образ непобедимой силы, которому великий воин придаёт форму приёма. Этот образ может стать и клинком, и щитом. Чем он точнее, крепче и чище, тем легче подавляет чужой.
Элизабет смотрела, забыв дышать.
Буря... утихает?
Ион встречал шквал широкими взмахами копья. Каждый багровый росчерк безошибочно находил одну-единственную точку в буре.
Стоило острию коснуться пустоты, как исчезал очередной центр вихря. Потоки сталкивались между собой и гасили друг друга. Буря, заполнившая небо над столицей, рассыпалась на глазах.
В основе Воинского Предела Иона — Ясное Зеркало, Тихая Вода — лежал внутренний образ безмятежной глади, на которой даже круги от брошенного валуна постепенно расходятся и исчезают.
В точности движений Иона было что-то почти прекрасное. Он не допускал ни одной ошибки, словно идеально отлаженный механизм.
Наконец копьё быстро описало круг и ударило в последнюю точку.
Свист!
Воздух словно разрезали надвое. На огромной высоте воцарилось полное безветрие.
В этой мёртвой тишине багровое остриё уже пронзало сердце Леоноса.
Тот захлебнулся кровью.
Твой Воинский Предел... совсем не такой, каким я его помню...
Ион ответил ровно:
Я изменился.
И поэтому... смог выучить новый? Разве это бывает так просто?..
Пасть Леоноса растянулась в усмешке — горькой, но вместе с тем облегчённой.
Я решил, что ты ослаб... А ты стал сильнее.
Ион промолчал.
Понятно... Значит, броня не защищает тебя... Она сдерживает твою силу... Носить в себе такое и всё ещё называть себя человеком... смешно...
«Эзетус», пронзивший его сердце, мог рассекать любую магию. Сила некромантии, державшая Леоноса в этом мире, начала таять.
Р-р-р... Поначалу я был намного сильнее тебя... Но ты рос слишком быстро... Невыносимо быстро...
Чувствуя близкий конец, Леонос поднял голову к небу.
В отличие от тусклого свода над Демоническим континентом, небо над столицей было ясным и синим.
Что ж... Всё было не так уж плохо...
С этими словами его тело рассыпалось в пепел.
Поднявшийся ветер подхватил серую пыль и унёс прочь.
Ион проводил её взглядом и тихо сказал:
Как тихо...
Над ним простиралось безоблачное небо.