Глава 158. «Ты достиг совершенства, Томми»

Джим Манци сидел за обеденным столом на вилле Томми. Закурив, он обратился к хозяину дома, который увлеченно листал какие-то бумаги:

—Насчет профессора Юнуса и его банка для бедных — вкратце всё. Там был еще проект с арендой ферм, который я не успел проверить, но он к банковскому делу относится опосредованно. А тут твой звонок — в общем, я решил возвращаться.

—Я тут прикинул по твоему курсу… Получается, банк профессора Юнуса выдает каждому бенгальскому бедняку кредит в пятьдесят центов, а на следующей неделе тот должен вернуть пятьдесят два? — Томми оторвался от отчетов. — Пятьдесят центов в неделю… Какой бизнес на это можно открыть? В Штатах на любой подработке платят три доллара в час. Я ума не приложу, что можно сделать на полдоллара. И при базе в двадцать восемь тысяч клиентов… это значит, что на выдачу каждому по баксу банку нужно меньше тридцать тысяч капитала.

—В основном это производство мебели. Они плетут красивые вещи из бамбука и продают скупщикам. Те формируют партии и гонят в Европу, Гонконг или Японию. Пятьдесят центов — это деньги на сырье, бамбук там не бесплатный. Из бамбука за пятьдесят центов получается мебели на семьдесят. Минус пятьдесят два цента банку — остается восемнадцать. Если работают муж с женой, за неделю выходит тридцать шесть центов. После вычета расходов на еду остается центов десять накоплений. То есть, чтобы продолжать работать, им нужно брать новый кредит. И так по кругу. Юнус вообще хотел сделать беспроцентные займы, но банку нужно на что-то существовать. — Джим покосился на уставленный яствами стол:

—Эту еду можно есть? Ты что, один собрался так шикарно ужинать?

—Конечно, угощайся. Паста, лобстеры, рыба, виски, вино… всё в твоем распоряжении, — не поднимая головы, бросил Томми. — Это как раз для торжественного приема готовили.

Джим намотал на вилку порцию пасты в густом соусе:

—Спасибо. Не ожидал, что ты закатишь такой пир в честь моего возвращения.

—Вообще-то я не знал, что ты прилетаешь сегодня. Это было для тех двоих, Денниса и Пама. Они внезапно нагрянули сегодня. Я велел повару накрыть стол, но Стивен и Джейсон уже укатили с ними в Лос-Анджелес.

—Ну, стол и впрямь королевский. Глянь-ка, какие милые устрицы… объедение! — Джим проглотил кусок и довольно зажмурился. — Значит, в Лос-Анджелесе устрицы вкуснее?

—Стивен снял там ночной клуб и выписал сто двадцать красоток, чтобы встретить Денниса и Пама, — буднично сообщил Томми.

Джим замер с вилкой в руке:

—Погоди… Тоже «встреча», и при этом ты кормишь меня этой горой объедков, на которые нормальный человек и не взглянет? Где уважение?

—Ты только что хвалил устриц.

—Я это из вежливости сказал, ясно? На лице восторг, а в душе — слезы. — Джим налил себе вина. — Так что ты там говорил по телефону про свою подружку и банковское дело?

Томми закрыл папку:

—Она хочет заняться чем-то стоящим. А что может быть более стоящим, чем наше дело?

—Твоя девушка тоже считает, что выкачивание денег из черномазых наполнит ее жизнь смыслом? — Джим продолжал уплетать ужин.

Томми отправил в рот немного пасты, но, услышав это, едва не поперхнулся и замахал руками:

—Нет-нет-нет, моя девушка — ангел, понимаешь? Она помогает людям, дарит им надежду, ведет их за собой к свету. А когда они заходят по этой дороге так далеко, что назад пути нет, она идет спасать других овечек, а ты занимаешь ее место и продолжаешь направлять этих путников.

—Религиозная схема. Сначала приходят миссионеры с их милосердием, а когда промывка мозгов закончена и паства обрела веру, лицо меняется. Им говорят: «Бог любит вас, но и вы должны любить Бога. А сейчас нашему Господу не хватает деньжат, так что извольте пожертвовать всё, что у вас есть». — Джим усмехнулся. — А я-то думал, ты и дальше будешь строить из себя американского идола и праведника. Теперь, значит, решил создать женскую версию мессии? У ваших детей при рождении, небось, должны быть какие-то знамения? Или ты сделаешь ей операцию перед родами, чтобы младенец появился на свет с Библией и крестом в руках?

Томми вздохнул:

—В тебе нет ни капли почтения к Господу, Джим. Это печально.

—То, что ты до сих пор жив, сделало из меня законченного атеиста. Если бы Бог существовал, он бы давно отправил тебя в негритянское чистилище на вечную порку, — парировал Джим. — Так что, твоя подружка будет самоотверженно смешиваться с толпой в гетто?

—Нет, она будет помогать нуждающимся беднякам, в том числе и черным, но «смешиваться» ей ни к чему, — возразил Томми.

Отилии не стоило слишком близко сходиться с ними. С ее характером эти ленивые и наглые обитатели трущоб быстро примут ее благотворительность как должное, а она, чего доброго, и сама в это поверит.

—Ей бы сейчас самое время применить свою доброту и поехать в Бангладеш, чтобы очаровать профессора Юнуса. У нее есть капитал, она хочет творить добро — он не учует подвоха. Нам нужно влить туда деньги, прибрать этот маленький банк к рукам и заставить Юнуса работать на нас. Мы заберем все его гениальные идеи и превратим их в международный бизнес. В Африке, в Азии полно нищих стран и миллионы бедняков. С помощью мозгов Юнуса мы разработаем кучу способов «помощи». А помощь — это тоже товар. Мы будем пить кровь калифорнийских черных, чтобы подпитывать филиалы в других странах, а когда придет время… — Томми выразительно посмотрел на собеседника.

Джим вытер губы салфеткой, приложился к бокалу и глубоко затянулся:

—Это, блядь, вообще не похоже на бизнес, Томми. То есть это бизнес, но… не в обычном понимании. Разве что ты работаешь на какого-то крупного политика. Но это вряд ли. Расследование, которое мы проводили для Lotus, показало, что ты деревенщина без каких-либо серьезных связей.

—Сначала я хотел работать на себя, но теперь решил работать на брата, — честно ответил Томми.

Джим, не желая слушать эту чепуху, выругался и бросил:

—Если автомеханик теперь считается политической фигурой, тогда ладно.

—Я собираюсь отправить его и Денниса в Военно-морскую академию США. Они вступят в местное отделение SSD и после выпуска станут офицерами флота. Так что бизнес в тех странах — это просто разменная монета для их продвижения по службе. Всё продается, — добавил Томми, видя, что Джим не воспринимает его слова всерьез.

Джим внимательно всмотрелся в лицо Томми и, убедившись, что тот не шутит, осторожно спросил:

—Ты хоть понимаешь: если в ближайшее время начнется война между нами и Советами, ты своими руками отправишь брата и друга на убой? И что, твое сердце даже не ектнет?

—А давай поставим на то, что войны не будет, — предложил Томми. — Беднякам, чтобы выбиться в люди, всегда приходится рисковать. Без вложений не бывает прибыли. Если бы не эти советские учения, которые до смерти напугали всех так, что в академии недобор, разве у парней из низов был бы шанс туда пролезть?

Видя молчание Джима, Томми продолжил трапезу:

—Они рискнут и получат награду. Мой брат однажды может стать командиром крейсера или возглавить какое-нибудь подразделение. И Деннис тоже. А иначе что? Тони так и будет всю жизнь гайки крутить в захолустье, а Деннис — мусором заведовать?

Глядя на это невозмутимое лицо, Джим не выдержал:

—Томми, есть хоть кто-то, кого ты не готов использовать в своих интересах? У тебя вообще есть настоящие друзья? Настоящая семья? Я имею в виду… хоть один человек в мире, которому ты мог бы доверять без остатка?

—Нет. Ни одного. — Томми ответил без секундного колебания, прямо глядя Джиму в глаза.

—Исчерпывающе, — буркнул Джим, возвращаясь к еде. — Ты достиг совершенства, Томми Хоук.

Когда тарелки опустели, Томми прервал тишину:

—Помимо того, что тебе нужно обучить мою девушку искусству благотворительности, есть еще кое-что. Стэнфордское отделение SSD устраивает благотворительный вечер для Ассоциации ветеранов. Мне нужно, чтобы там появились влиятельные люди. Остальные гости не важны, главное — привлечь ребят из SSD Вест-Пойнта и Военно-морской академии.

—Зачем? — Джим недоуменно вскинул брови. — Что тебе с этих придурков? У тебя же с ними нет ничего общего. Черт, даже мне за твоими мыслями не всегда удается уследить, а уж им-то и подавно.

—Из них получатся отличные агенты по кредитам. А в перспективе — и акционеры нашего маленького предприятия. Я устрою для них вечер с развлечениями, пущу пыль в глаза своими связями и предложу сотрудничество. — Томми похлопал по толстой папке с досье на выпускников SSD из военных вузов. — Эти ребята могут выдавать займы в своих частях или училищах. На первых порах мы даже можем не брать проценты, только возврат долга. Хотят — пусть сами накручивают сверху, хотят — пусть делают себе репутацию на беспроцентных кассах взаимопомощи. Нам плевать, лишь бы база клиентов росла. Очень скоро они сами не заметят, как попадут в зависимость от нас. Деньги — это лучший крючок.

Джим лишь привычно кивнул:

—Ну да, классика. Самая большая ошибка SSD — это то, что они тебя приняли. Ты используешь их бренд, чтобы сколотить свою банду из парней, которые куда глупее тебя. Ты молод, богат, всегда готов помочь братьям по ордену… конечно, они будут тебя обожать.

—Ближе к делу, Джим. Используй свои таланты сводника из «Национального обозрения», помоги мне выудить нужных людей.

Джим затушил сигарету:

—Чтобы поймать рыбу, нужна наживка. Покажи, на что ты собираешься ловить этих «акул», и тогда я скажу, смогу ли я тебе помочь.

Томми бросил ему папку:

—Я тут на досуге изучал военную прессу и журналы, пытался понять их проблемы. В этой папке — мои мысли о том, как я, будучи богатым человеком, мог бы им пособить.

—Ну, в вопросах подбора наживки я толк знаю, — Джим быстро просмотрел содержимое. — Обычно всякие недоумки-конгрессмены пытаются заигрывать с военными или ветеранами через статьи в нашем журнале, но они вечно забывают, что министерство по делам ветеранов или управление здравоохранения — это тоже часть системы. В итоге их попытки понравиться выходят боком. Ты, к счастью, на эти грабли не наступил.

Будучи ассистентом главреда, Джим видел сотни таких «наживок». То, что набросал Томми, нельзя было назвать полноценной статьей, идеи были довольно приземленными, но дельными: планы социальной помощи военным, ветеранам и их семьям. Такие предложения вполне могли приглянуться какому-нибудь политику, ищущему расположения армейских чинов.

Однако по сравнению с обычными коварными планами Томми Хоука, этот проект выглядел слишком уж искренним и оттого пресным.

Джим закрыл папку:

—Это тебе кто-то другой писал? Уровень гораздо ниже твоих обычных схем. Как-то неискренне.

—Я родного брата в армию отдаю родину защищать, тебе мало искренности? Если считаешь, что не дотягивает — исправь сам, я сделал всё, что мог, — Томми отпил вина.

Джим лениво потянулся:

—Чтобы я помог тебе пропихнуть эту писанину, мне нужно увидеть твою искренность. Одним ужином ты не отделаешься.

—И чего ты хочешь? — Спросил Томми.

—Ты задолжал мне вечеринку со ста двадцатью красотками. — Джим похлопал по папке. — По рукам?

—По рукам. С тебя результат, а с меня — двести девчонок в Лас-Вегасе. И я приставлю к тебе своего нового охранника, мистера Пейджа, чтобы он вел строгий учет. Пока со всеми не справишься — из номера не выйдешь.