Глава 163. «Почему Томми не ходил налево»

Штаб-квартира KeyBank в Нью-Йорке.

В своем кабинете Джим Манци с нескрываемым воодушевлением представлял Томми и Стивену особо важных клиентов банка:

—Трое братьев «Большого Джека» чертовски заслужили звание лучших клиентов года в калифорнийском филиале KeyBank. Мы должны вставить их фотографии в рамы из черного ореха и повесить на самом видном месте, понимаете, о чем я? Скажите мне, когда вы в последний раз видели столь работящих и амбициозных черных? Лично я, с тех пор как Линкольн освободил рабов, не встречал ни одного трудолюбивого ниггера, пока не столкнулся с этой троицей!

—Тебе бы поосторожнее с выражениями, — Стивен, не отрываясь от изучения документов, предостерегающе поднял руку. — Юнус, Отилия и остальные члены совета директоров сейчас на заседании. Там есть несколько чернокожих директоров, и от тебя их отделяют всего две стены. Если они услышат твои излияния, Джим, тебе придется искать новую работу.

Джим понимающе закивал:

—Справедливо. Разумеется, нельзя допустить, чтобы кто-то усомнился в моем глубочайшем почтении к черным. И что же нам делать? Разумеется…

—Следить за языком, — Стивен поднял взгляд на Джима и недовольно процедил.

—Нет, следить за ремонтом, — Джим выдал ответ, в корне отличающийся от ожиданий Стивена. — Когда я обустраивал этот кабинет, я специально распорядился установить слой звукоизоляции. Эффект потрясающий. Если нужно, я дам вам номер дизайнера. Мы проводили испытания: я развлекался с одной роскошной дамой прямо здесь, у панорамного окна, а секретарше велел стоять по ту сторону стекла и слушать. И что вы думаете? Она не услышала ровным счетом ничего.

—Джим, каждый раз, когда мы садимся поговорить, я вынужден выслушивать твои похождения с очередными девицами, — Стивен устало закрыл лицо руками. — Если память мне не изменяет, это уже шестнадцатая серия. С тобой всё в порядке? Я не против твоих развлечений, но здесь это выглядит просто нелепо. Я могу сводить тебя в ночной клуб, но… в офисе? Неужели ты настолько изголодался?

Он перевел дух и добавил:

—Если бы ты в этом квартале не принес нашей финансовой компании еще тринадцать миллионов дохода, я бы лично отчитал тебя на совете директоров. Ты не мог бы брать пример с Томми? Он теперь — образец добродетели. Кроме тех редких случаев, когда он сопровождает Отилию в отпуске, рядом с ним не видели ни одной женщины.

—Брать пример с Томми? — Джим прикусил сигару и расплылся в широкой ухмылке, глядя на Хоука. — Мой дорогой акционер, с чего ты взял, что это добродетель? Есть всего три причины, по которым он стоек перед соблазном. Первая: дама настолько стара и уродлива, что его клюшка просто не способна подняться. Вторая: она готова к спариванию, но не предоставила справку о здоровье, и он боится вынимать инструмент из чехла. Третья: она красотка, но, увы, черная. Скажем так: даже если девушка божественно прекрасна, но в ее жилах течет хотя бы одна шестнадцатая негритянской крови, для него она автоматически приравнивается к понятию «уродство».

—И все же, за три года с университета до выпуска Томми ни разу не влип в интрижку, — серьезно возразил Стивен. — Честно говоря, такая преданность вызывает уважение.

Джим Манци с сомнением покосился на Томми:

—В самом деле?

—Совершенно верно, — Томми широко улыбнулся. — Я не из тех парней, что размениваются на случайные связи.

—В твоих устах это звучит так, будто ты просто сообщаешь миру, что не спишь с мужчинами, — Джим оживился. Он уселся за стол и, в упор глядя в глаза Томми, весело продолжил:

—Дай-ка угадаю причину твоей примерности. Либо у твоей клюшки технические неполадки — но Отилия до сих пор с тобой, значит, там все в норме, — либо есть что-то еще. Я обязательно выясню…

—Эй, эй, — Томми бесцеремонно прервал его догадки. — Я же просил: не дергайте меня по пустякам, я занят.

Он перешел к делу, вынуждая Джима объяснить причину вызова.

Джим посмотрел на Стивена:

—Как думаешь, кто из нас должен с ним поговорить — ты или я?

—Несомненно, ты, Джим, — Стивен поправил галстук. — Я нанял тебя и выделил долю в компании именно для того, чтобы ты решал подобные вопросы за меня.

Джим чертыхнулся и повернулся к Томми:

—Твой запрос на трехмиллионный бюджет для нового квартала отклонен.

Глаза Томми округлились. Он перевел взгляд со Стивена на Джима:

—Это шутка? Эти деньги критически важны.

Джим со злорадной ухмылкой закивал, не выпуская сигары изо рта:

—О да, критически важны, мы в курсе. Но вот в чем загвоздка: с какой стати компания должна оплачивать счета за баснословно дорогие подарки твоей подружке?

—Это было сделано ради имиджа компании! — Недовольно воскликнул Томми. — Мы рекламируем нашу благотворительную деятельность, это необходимые представительские расходы.

—Твою мать, Томми, ты вбухал в пиар Отилии больше, чем BBC тратит на съемки своих документалок! — Сорвался Джим. — Ты нанял съемочные группы из Штатов и Испании только ради того, чтобы запечатлеть, как Отилия в Габоне десять минут жмет руку негритенку и мило с ним беседует. И этот выезд стоит десять тысяч баксов! Три миллиона — это, мать его, всего три тысячи минут материала. А твой план рассчитан на три года! Ты хочешь, чтобы операторы три года бегали за твоим «ангелом», а счета оплачивал банк? KeyBank за два года потратил три миллиона на то, чтобы вырыть колодцы, обеспечить чистую воду и туалеты для этих бедолаг в Габоне!

—И мне, видимо, не стоит напоминать тебе, что кредит Габону в три миллиона превратился в тринадцать миллионов чистой прибыли только благодаря мне! — Проорал Томми в ответ. — Это я велел вам максимально усложнить структуру долга! Это я настоял на всех этих ловушках в контракте, чтобы у Габона, даже будь у них деньги, не было ни шанса расплатиться вовремя! В итоге мы получили права на добычу марганца и вырубку леса. И после этого я просто хочу снять фильм о «благородстве» KeyBank, без капли корысти, а вы заставляете меня лезть в собственный карман? Твою мать! Вы — кучка проклятых кровопийц!

Джим выплюнул окурок сигары и, не отступая, заорал в лицо Томми:

—Это моя заслуга, черт возьми! Твоя девчонка просто поехала поиграть в ангела — постояла у колодцев, поулыбалась в туалетах и только и делала, что тратила бабки. А разгребал всё я! Я улаживал все формальности! Знаешь, сколько раз мне пришлось танцевать с этими жирными и уродливыми старухами из какой-то африканской комиссии ООН ради этого долга? Это я всё провернул, чтобы из трех миллионов сделать тринадцать! Ты не ударил палец о палец, ты только и думаешь, как бы списать покупку презервативов на корпоративные расходы!

—Пошел ты, Джим Манци! Клянусь, я вышвырну тебя отсюда! Ты уволен!

—И ты пошел на хрен! Я никуда не уйду! Я подниму совет директоров и сам вышвырну тебя, жадный, невежественный и ленивый кусок идиота!

—Воу, воу… остыньте, парни, — видя, что дело пахнет дракой, Стивен поспешил встать между ними. Они замерли друг напротив друга, как два боевых петуха, готовых вцепиться в глотки. — Тише. Всего три миллиона, не стоит из-за такой мелочи портить нервы.

Стивен Бинн так и не окончил Стэнфорд – он ушел за год до выпуска. Разумеется, его суровый и упрямый отец не прибил его только потому, что Стивену больше не нужно было доказывать свою состоятельность каким-то дипломом.

Две его самые успешные университетские инвестиции: первая – двадцать миллионов в создание KeyBank вместе с Томми Хоуком, вторая – пять миллионов в создание компьютерной компании Dell вместе с Томми, Бенджамином Бансоном, Джейсоном Уайтом и другими инвесторами.

О Dell и говорить было нечего: к 1985 году они уже выпустили свой первый продукт, Dell PC. При тех же характеристиках он стоил дешевле конкурентов, к тому же покупатель мог сам выбирать комплектацию. В итоге человек мог получить отличный компьютер всего за 750 долларов, но обычно, поддавшись на уговоры продавцов и желание сэкономить в будущем, клиент докупал детали и пакеты программ. Благодаря гибкой системе продаж и бандлингу оборот Dell в первый же год достиг шестидесяти девяти миллионов. Нельзя сказать, что это стало сенсацией в индустрии, но почву под ногами они прощупали крепко.

Однако по сравнению с KeyBank доходы от Dell казались несущественными. Стивен Бинн впервые видел, чтобы благотворительность приносила такие плоды, как в схемах Томми Хоука.

Они выкупили банк профессора Юнуса, а затем фактически поглотили его, присвоив саму концепцию. Самого профессора оставили при почетном звании вице-председателя совета директоров и куратора по Азии – пусть себе дальше борется с бедностью в Бангладеш. Джим же, прикрываясь лозунгом филантропии, развернул «благотворительную» деятельность KeyBank в Африке и Европе.

Обычно всё начиналось с Отилии и группы различных американских фондов, аффилированных с ООН. Они являлись в страны, измученные нищетой, с видом небесных посланников. Отилия и ее свита демонстрировали святую простоту, предлагая беспроцентные займы голодающим регионам: на колодцы, канализацию и прочую инфраструктуру.

Видя таких наивных и денежных американцев, местные чиновники тут же решали, что грех не перекачать эти доллары в собственные карманы. Они сами бежали навстречу Отилии с предложениями о сотрудничестве: создать совместное предприятие с KeyBank, получить кредит и уже от имени местной фирмы «помогать» беднякам.

Коррупционеры предвкушали легкую наживу, но на этапе подписания документов Отилия исчезала. Вместо нее являлся Джим с целой армией американских юристов. Используя весь арсенал – от подкупа до банального давления – он добивался главного: государство признавало, что берет у KeyBank беспроцентный кредит от лица своих бедняков. Чиновники, которые умели брать взятки, но в глаза не видели сложных контрактов, ставили свои подписи.

В договоре прописывался якобы бесконечный срок возврата, такой долгий, что чиновники верили – отдавать не придется никогда. А в случае задержки выплат – о, сущие пустяки – права на разработку определенных ресурсов временно переходили банку. Чисто символически, пока долг не будет погашен.

Конечно, Отилия и Джим клятвенно заверяли, что у KeyBank нет мощностей для добычи и им это совершенно не интересно. Их сердце принадлежит только благотворительности.

А через год или два Джим находил массу поводов: плохие долги, проблемы с ликвидностью, угроза банкротства… И банк, скрепя сердце, продавал этот «безнадежный» долг какой-нибудь американской корпорации, у которой по чистой случайности были и мощности, и интерес к этим ресурсам.

Обычно такие корпорации, желая «поддержать благое дело», выкупали долги маленьких стран у KeyBank по очень приличной цене.

Затем новые кредиторы ставили эти нищие страны перед фактом: в контракте есть лазейки, даты выплат просрочены, и теперь они забирают ресурсы. Если кто-то против – до встречи в суде. Американские юристы готовы судиться годами по обвинению в мошенничестве местных властей. К тому времени штрафы, пени и неустойки вырастали до астрономических высот.

Могли ли американцы обмануть маленькую страну? Исключено! Объектив документальной камеры четко фиксировал: сострадательная мисс Отилия привезла деньги, хотела лично строить колодцы, но именно местные чиновники преградили ей путь, потребовав контроля над средствами. KeyBank лишь смиренно предоставил кредит, выполняя все пожелания партнеров.

Франция, как метрополия многих африканских стран, не могла выносить американского вторжения, но и открыто воевать с Штатами духу не хватало. В итоге французам приходилось мучительно платить по счетам, выкупая ресурсы своих бывших колоний у американцев по их же цене, лишь бы сохранить влияние.

Например, трехмиллионный долг Габона был продан американской горнодобывающей компании, за которой стояла семья одного сенатора. Цена была честной – тринадцать миллионов. Американская корпорация, даже не начиная работ, перепродала этот «благотворительный долг» французскому правительству за шестьдесят миллионов. Не заплати Франция – сенатор продал бы долг еще более крупным акулам, и те бы реально высадились в Габоне.

Бедняки Габона получили чистую воду и туалеты. KeyBank вернул свои три миллиона, не понес убытков и заработал репутацию святых.

А акционеры через стороннюю финансовую компанию получили десять миллионов «благодарности» от горнодобывающего гиганта.

Сенатор и корпорация, как профессиональные коллекторы, тоже остались с жирным кушем. Все были счастливы, кроме французов. Но кого, к черту, волновало мнение Франции? Мир больше не нуждался в голосе Пятой республики.

Вот каким был KeyBank, придуманный Томми Хоуком. Ключ к богатству, миссионер для американских акул, являющийся во имя Господа. Являющийся, но не приносящий спасения.

Стоило чиновнику проявить хоть каплю жадности, и он падал в ловушку Томми. С момента открытия банка Стивен еще не встречал по-настоящему бескорыстных людей. Каждый, глядя на Отилию и ее свиту, думал, что обобрать этих простаков – пара пустяков. Как только эта мысль рождалась в голове жертвы, сделка была считай завершена.

Идею подал Томми, реализовывал ее Джим, а Стивен, поразмыслив, понял, что он один просто спокойно ждет дивидендов. И вот сейчас два главных двигателя прогресса костили друг друга почем зря. Стивен развел руками:

—Томми, нет причин, по которым банк должен оплачивать твой пиар. Если хочешь славить Отилию — плати сам.

Заметив яростный взгляд Томми, Стивен тут же добавил:

—Миллион. Я лично помогу тебе с миллионом. Но заставлять банк платить все три — значит поставить Джима в крайне неловкое положение перед советом директоров. Подумай о нем, Джим сделал для нас очень много. Ты не можешь так с ним поступать. Тебе стоит извиниться, я серьезно.

—Слышал? Вот это я понимаю — брат! Джим! — Томми мгновенно переменился в лице и широко улыбнулся Манци. — Не думай, что все богачи — жлобы. Стивен точно не из таких. Ты проиграл мне пятьсот тысяч.

—Дерьмо! Стивен, неужели я так хреново играл, что ты не раскусил этот спектакль? — Джим с отчаянием посмотрел на Бинна. — Этот мерзавец Томми поспорил со мной, что ты впряжешься за него и оплатишь часть расходов. Я сказал, что это невозможно, ты же не идиот, швыряющий деньги на ветер…

—Я же могу забрать слова назад, верно? — Буркнул Стивен, осознав, что его обвели вокруг пальца.

Томми поднялся, подошел к Стивену со спины и дружески приобнял его за шею:

—Джим отдаст мне пятьсот тысяч — это его долг. Тебе не нужно платить за меня, Стивен. Твой жест тронул меня больше, чем миллион долларов. Снимая кино о своей девушке, я, конечно, не заставлю платить своего лучшего друга. За меня заплатят клиенты банка. Джим, не забудь оформить мне кредит. И если не случится ничего апокалиптического — не беспокойте меня.

—Ты же только окончил учебу, разве не собираешься взять управление в свои руки? — Спросил Стивен, глядя на собирающегося уходить друга.

—Джим, Юнус, Отилия, сенаторы — каждый на своем месте. Зачем мне ломать столь безупречный механизм? — Томми отпустил Стивена и направился к выходу. — Схожу с Отилией в оперу, провожу ее на самолет и вернусь к делам. Просьба в нерабочие дни не беспокоить.

Когда он скрылся за дверью, Стивен повернулся к Джиму:

—И чем же он таким занят?

—Понятия не имею, — Джим с абсолютно серьезным видом посмотрел на Стивена. — Я всё еще размышляю над тем вопросом: если его клюшка в порядке, почему он не ходит налево?