Том 1 · Глава 174. Змей-врач (1)
Религиозная фанатичность сумасшедшего первого принца была столь же глубока, как у того из двенадцати учеников, что отрезал ухо неверующему.
Конечно, принц не размахивал мечом с намерением отрезать ухо Нарину, но его сопротивление гипнозу и внушению оказалось невероятно стойким. Он так и не выкрикнул «Богохульство – сукин сын», предпочитая просто упасть без чувств, что говорило само за себя.
Однако, как гласит Священное Писание, даже тот верный сорд-мастер трижды отрекался от своего Бога.
Если уж исторические личности совершали ошибки, то что говорить о душевнобольном первом принце?
После того как он трижды терял сознание и снова приходил в себя, из его уст вместо бредней про Осквернённую Луну наконец полились иные речи:
Именем живого Богохульства повелеваю тебе! Изыди, нечестивый змей! Мой Бог
Кян-кян!
Охо-хо, теперь ты отрекаешься от своего владыки! Говорящий лживыми устами, ты — всего лишь бессердечная Ночь! Твоё туловище, ползающее по прохладной земле
Кин-кян-кян-кян! Ш-ш-ша-а-а!
Кянъянъи, которого обозвали шестёркой Ведьмы Ночи, пришёл в неистовое бешенство.
Он запрыгал на месте и давай хлестать первого принца хвостом по щекам.
Первый принц, словно возведя боль в ранг высшего наслаждения, каркнул вороном и захохотал:
О-о, луна, отражённая в водной глади, рассыпает вопли души и тела! Пришёл час, и в плаче возносят имя Богохульства! О Господин, как же прекрасна твоя плоть и кровь, рассеянная по миру! Жалкие смертные возвышают голоса, воспевая твою славу и бесконечную красоту! Осквернённая Луна
Кян, кян, кян!
Сильный противник,
Он успокоил тяжело дышащего Кянъянъи.
Если тот в гневе превратится в Бессмертного Змея, их тут же отправят на виселицу за покушение на члена императорской семьи.
Нарин пристально посмотрел на первого принца, вдохновенно декламирующего молитвы:
По-моему, ему получше, чем раньше?
…Кян?
Смотри, Кянъянъи. Парень, который сутки напролёт твердил одно и то же, теперь зачитывает целые молитвы. Прямо как Доранъи, когда тот от агуканья перешёл к человеческой речи.
Хотя, конечно, наш малыш куда умнее.
Первый принц всё ещё оставался верующим Богохульства, но разум, похоже, немного вернулся к нему по сравнению с тем, что было раньше.
Его мутные, остекленевшие глаза теперь блестели безумной фанатичностью.
«Да и то, как он беседовал с Кянъянъи…»
Хоть это и бред чистой воды, первый принц явно понимал слова Кянъянъи. Кажется, он даже догадался, что перед ним апостол Ночи.
Возможно, сейчас первый принц находится в положении, близком к апостолу Богохульства.
Он всё ещё безумен, но теперь хотя бы способен мыслить, — Кянъянъи, неужели у твоих демонических глаз есть функция лечить психику?
Кян,
Загадку разрешил Доранъи:
Кин-кян-кян!
Задетый словом «шестёрка», Кянъянъи подпрыгнул на месте. Нарин тем временем осмысливал гипотезу Доранъи.
«Звучит правдоподобно».
Ох, так вот оно что?
Сердце Бессмертного Змея.
Нарин думал, что совладал с демонической энергией исключительно благодаря Искусству Небесной Звезды и Тысячи Превращений, но, как оказалось, за этим стояла невидимая поддержка Доранъи.
Доранъи задрал нос.
Значит, с Богохульством можно справиться с помощью Ночи, а с Ночью
Проще говоря, клин клином вышибают. Что-то вроде того, как раковые клетки погибают от самого рака.
«В самом деле».
Искажение ци, разрушившее разум первого принца… Нарин считал, что причиной тому были пилюли, производимые в Башне магов.
Он просил Бэкяна провести анализ состава этих пилюль, но особых результатов это не принесло.
То, что они вызывают искажение ци, было бесспорно, но ни один из существующих ядов не имел сходства с компонентами пилюль. И поскольку это сказал старейшина клана Сычуань Дан, сомнений быть не могло.
И вот сегодня удалось получить решающую зацепку.
«Ведьма Богохульства».
Её истинное тело спит в Подземелье Башни магов.
Сила, которой повелевает Богохульство, – это безумие. Если пилюли изготовлены из частички ведьмы, то вполне естественно, что они вызывают искажение ци. Впрочем, в данном случае искажение ци – лишь побочный эффект.
Главное действие пилюль – это само безумие.
«Если повезёт… это можно исцелить?»
Насколько знал Нарин, некоторые ученики специального отделения уже приняли пилюли.
Если в будущем проявится безумие Богохульства, все они окажутся обречены.
Однако, за исключением облысения, в мире нет неизлечимых болезней.
Безумие? Да это не опаснее обычной простуды, от которой можно полностью избавиться за пару чарующих взглядов Кянъянъи.
Нарин содрогнулся от этой мысли.
Чудодейственное лекарство уровня пенициллина было прямо перед ним.
Кянъянъи.
Кян?
Ты единственный змей, способный стать настоящим врачом… нет, змеем-врачом. Не хочешь ли ступить вместе со мной на путь Швейцера?
Кя-ан!
Кянъянъи понятия не имел, кто такой Швейцер, но его бойкий и уверенный ответ выглядел весьма мило.
К тому же к стулу как раз привязана отличная подопытная свинка.
Первое клиническое испытание: старт.
Господин речёт вам! Понеже все люди согрешили, час Богохульства нагрянет, подобно Разбойнику…
Гипноз.
Кян.
Хлоп! Первый принц упал без сознания.
Пробуждение.
Кян!
Кха!
Шлёп! Получив плетью из хвоста, он снова пришёл в себя.
Нарин повторял этот процесс бесчисленное количество раз, встряхивая разум первого принца.
Поскольку безумие укоренилось давно, на быстрое выздоровление он не рассчитывал. Нарин намеревался продолжать испытания до тех пор, пока не появится хоть какой-то прогресс.
И вот, на шестой попытке…
Г-где это я?
Первый принц впервые вымолвил что-то человеческое.
Первый принц. Ты пришёл в себя?
К-к-кто…
Спрашиваешь, кто я такой? Я всё расскажу по порядку, так что сначала успокойся.
Настал Его час, и да трепещут порочные неверующие! Смотрите, эпоха Богохульства поглощает вас, подобно бурлящей волне!
Эх.
До полного излечения было ещё очень далеко.
Нарин пробыл в Столице два дня, взяв на себя роль личного врача первого принца. Из-за протестов Ирин, оставшейся в гостинице в одиночестве, на второй день они отправились в Императорский дворец вместе.
Опыт самоучки-йосона не прошёл даром: техника скрытного перемещения с использованием магии бессмертных у Ирин ничуть не уступала мастерству Нарина.
Гипноз!
Кян!
Х-х-х…
Пробуждение!
Кян!
…Кха!
Судя по всему, ей пришлась по вкусу игра в психиатра.
То есть таким способом можно предотвратить искажение ци? — Когда сестра Кянъянъи вернётся на остров, у неё добавится работы.
Кян-кян!
А? Что ещё за Швейцер?
Кян.
Если уж ты не знаешь, то кто ответит?
Нарин раскрыл Ирин опасность знамений беды, именуемых ведьмами. Начиная с Каи, он планировал постепенно делиться этой информацией с близкими.
«Я-я верю учитель!»
Хотя в моменте про возвращение мира избежать недоверчивого взгляда не удалось.
Продолжим. Пациент первый принц, как вы себя чувствуете сегодня?
…
Первый принц плотно сжал губы.
Это означало, что его разум прояснился настолько, чтобы воспользоваться правом на молчание. Он лично доказал превосходство гипнотического метода лечения.
Однако обет молчания мало чем помогал лечению.
Нарин решил задействовать главный кошмар первого принца:
Доранъи.
О-о-о!
Как только в воздухе появилось сообщение, первый принц восхищённо воскликнул:
Вы… Это вы? О Богохульство! Вы ответили на мою страстную молитву! Этот слуга ни на миг не забывал вас! Всем сердцем я уповаю на своего Господина и вверяюсь его мудрости!
Первый принц, являвшийся кем-то вроде апостола Богохульства, мог видеть сообщения Доранъи.
Ирин, державшая на руках Кянъянъи, недоумённо склонила голову:
Что он делает?
Разговаривает с Доранъи.
Но там же ничего нет?
Нам с ним видно.
Кян!
Ах да. И Кянъянъи тоже.
Доранъи начал допрос:
Что? Как вы можете спрашивать о своём часе у такого ничтожного слуги…
О-о, вы Святая! Простите меня за грех неразумия!
Святая Богохульства. Первый принц назвал Доранъи этим именем.
Приближается час второго пришествия. Луна понесла новую жизнь. Вскоре взойдёт полнолуние, склонится над водой и отправится на поиски матери. Да, Святая Матерь… Скоро Богохульство откроет очи.
Первый принц заулыбался с выражением полного экстаза. Доранъи, словно испытывая отвращение, хранил молчание.
И вы, Святая, вскоре встретитесь с матерью! Сколько же страданий вам пришлось перенести, облекшись в тело этого грешного неверующего! Разве вы не ждёте этой встречи?
Я понимаю вашу скорбь, Святая! Сколько же этот глупый слуга молил о Его пришествии, не ведая срока!
[…]
О Богохульство, моё Богохульство! Зачем ты оставило меня? Я исповедуюсь в грехе сомнения! Но вопли этого слуги и Святой
Кян!
Хлоп! Первый принц упал без сознания со счастливым лицом.
Как и следовало ожидать, двух дней было катастрофически мало, чтобы избавиться от застарелого безумия. Корни сумасшествия, въевшиеся в мозг первого принца, были слишком глубоки и прочны.
Но кое-что новое им всё же удалось узнать.
«Нужно подготовиться».
Вскоре Ведьма Богохульства проснется.
Вернувшись на остров Ириан, Нарин сразу же приступил ко второму этапу клинических испытаний.
Всё готово. Кянъянъи, давай.
Кя-ан!
З-з-зин-н…
Нарин уставился прямо в алые глаза Кянъянъи.
Вспыхнула острая головная боль. Сила демонического глаза пыталась подчинить его разум, но терпимо. По сравнению с болью при понижении Рассудка это пустяки.
А вот Доранъи, судя по всему, пришлось несладко.
Кя, кян!
Кянъянъи торопливо сменил демонический глаз. Его пять демонических глаз снова стали привычными золотистыми очами.
«Так дело не пойдёт».
Бедный мой Доранъи, тебе было очень больно? Твой хозяин виноват, извини. Я-то думал, что можно выборочно убрать только безумие.
Весь мир знает, как Доранъи старается. Я больше никогда так делать не буду.
На словах бурчит, что ненавидит, а сам восстанавливает Рассудок – золотой души существо.
Не найти в целом свете более заботливого дитя, чем Доранъи.
…Чем вы вообще занимаетесь?
Четвёртое регулярное собрание Альянса проходило под покровом строгой секретности.
На этот раз присутствовал даже инсайдер со стороны Владыки Меча – Джамаль.
Брат, вы в курсе, какие дурные слухи ходят о вас в последнее время? Собрать учеников специального отделения и заявить: «Друзья, посмотрите внимательно в глаза этому новейшему голему модели „Кянъянъи“». Вы что, планируете массовое промывание мозгов? И почему господин Кянъянъи участвует в подобном блудняке?
Кин-кян!
Что он говорит?
Он вкратце выразил своё стремление стать Швейцером нашего континента.
…Что вы бредите?
Вот почему бесполезно разговаривать с теми, кто не понимает змеиного языка.
Змей-врач, Кянъянъи вознамерился стать величайшим лекарем в мире, прямо как ты. Как ты можешь вставлять палки в колёса и рушить мечту своего соратника вместо того, чтобы поддержать его?
Не выводите меня из себя и говорите толком.
Нарин рассказал.
Пилюли, вызывающие искажение ци… Да, о существовании подобного мне было известно. Однако поверить в то, что противоядие поддельное, а пилюли
Нарин рассказал ещё.
…Ведьма Богохульства? Это ещё что такое? Нет, постойте. Вы только что признались, что тайно проникли в Императорский дворец? У вас что, несколько жизней в запасе?
Нарин рассказал и всё остальное.
На этот раз – обо всём, что произошло в Священной Ночи, о тайне возвращения и прочем, выложив всё до единой мелочи.
Присутствующие погрузились в молчание.
…Мне нужно проветрить голову. Нет, сначала надо всё разложить по полочкам. Возвращение, ведьмы… что за несусветный бред…
Великий маг — Подал голос Хассель.
Брат, мне тоже… трудно в это поверить,
Охо-хо…
Требовалось ещё немного времени, чтобы убедить их.
История была слишком проработанной для вымысла и слишком невероятной для реальности.
Даже сам Нарин вряд ли поверил бы, не увидь он всё своими глазами.
То, что вся его жизнь – лишь миниатюрный сад, созданный ведьмами.
…Короче говоря, брат, вы хотите сказать, что в прошлых циклах вас раз за разом убивали?
Именно. Как я слышал от Богохульства, каждый раз я получал от этого гада меч в брюхо и натыкался на бэд-эндинг.
Я… я не ранил тебя!
Вот уж действительно: преступник никогда ничего не помнит. Раз ведьма сказала, что уколол, чего ты отнекиваешься? Кстати, меня пронзили Слезой Луны. Это же вроде твой меч был? Хочешь забрать обратно?
…Даже если дашь, не возьму.
Словом, витала атмосфера полного сомнения.
Разум вопил о неверии, но сердце откликалось тяжестью доверия – атмосфера стояла весьма двоякая.
Впрочем, и сомнения уже были неплохим результатом.
Хорошо хоть, это говорил Нарин, чья искренность в стремлении свергнуть Владыку Меча была проверена временем; будь на его месте кто другой, его бы давно признали шизофреником и заперли в психбольнице.
…А ведь вы тоже к этому причастны, — Вы ведь сами просили Башню магов приготовить пилюли. Знамение беды, спящее под Башней магов… Ведьма Богохульства, так вы её назвали?
Что, сам хочешь разузнать?
Придётся.
В отличие от Хасселя, впадавшего в панику от одного упоминания Слезы Луны, Джамаль проявил истинно мужественный дух:
Астезия. Командир Черного Клинка. Когда ещё использовать своё имя и должность, если не сейчас? Не беспокойтесь. Предлог я найду без труда.
Действуй осторожно, командир. В твоих руках судьба всего Альянса.
Знаю.
Джамаль кивнул:
Если меня схватят, я тут же покончу с собой.
Это было уже не мужество, а чистое безумие.