Том 1 · Глава 16. Рок убийцы
«Ваша светлость, вы намерены предотвратить несчастья этой девочки?»
«Нет. Я ж говорил, что её таким способом не спасти.»
«...Тогда как вы собираетесь предотвратить конец света?»
«Заставлю её признать, что она глубоко несчастна. Это будет довольно жестоко... но без этого никак.»
Если Чара станет слишком счастливой, мир рухнет.
Стоит ей лишь пожелать, чтобы этот миг длился вечно, и произнести: «Остановись, мгновенье, ты прекрасно!»— как наступит геймовер.
...Но, по правде говоря, Чара и без того глубоко несчастна. Сейчас она изо всех сил отрицает этот факт… но если просто заставить её посмотреть правде в глаза, конец света не наступит.
«Но разве вы не говорили, что эта девочка наделена врождённым талантом к убийству? Если она признает себя несчастной… то может самолично попытаться уничтожить этот мир.»
«Ну и пусть.»
«В смысле?»
«Я пробужу её талант к убийству. Видишь ли, Чара патологически невезучая. Как только она сама возжелает уничтожить мир, у неё ни за что это не выйдет.»
Пробудить „Звезду Небесной Кары“ и прикончить пару-тройку человек — это ещё куда ни шло. Пусть даже станет Королевой Демонов и объявит себя врагом всего человечества, это тоже не худший расклад. Ведь нынешняя Чара крайне нестабильна. Из-за своей врождённой судьбы она должна была бы ненавидеть этот мир, но… по какой-то неведомой причине она относится к нему с поразительным милосердием.
«…И вы называете это перевоспитанием?»
«Смотря как на это взглянуть.»
Нынешняя Чара явно больна. Она не злится, не грустит и не страдает. Она совершенно не умеет выражать свои истинные эмоции. Можно сказать, она страдает от своеобразного синдрома хорошей девочки. Пойдёт ли ей на пользу подобное „милосердное“ лечение — вопрос, конечно, спорный, но ради спасения мира это просто необходимо.
«…»
«Кана.»
«Да.»
«Мы можем спасти этот мир. Понимаешь?»
Лицо Каны исказилось. Крепко сжатые губы мелко задрожали. В её глазах застыло сомнение. Всем своим видом она показывала, что сомневается в правильности наших действий.
Наверное, она столкнулась с моральной дилеммой: «Стоит ли спасать мир, если для этого придётся принести в жертву невинную девочку?» На языке тегов это можно было бы назвать дилеммой жанра „секай-кей“.
«Кана.»
«Да.»
«Если не хочешь этого делать, можешь отказаться.»
«А?»
Обычно я бы просто кинул ей золотой для мотивации... но моральные дилеммы деньгами не решаются.
Я показал Канарии иллюзию: прямо в воздухе перед нами спроецировалась запись моего разговора с Присциллой. Это была запись нашего разговора времён перевоспитания Ведьмы Саморазрушения.
«Ну так что скажешь, Кана?»
«…»
«Тебе всё ещё не стыдно спасать этот мир?»
Ведьма Саморазрушения Присцилла — неоспоримая грешница. Она принесла в жертву множество людей ради собственного бессмертия. Но Чара — совсем другое дело. Она добра до самой глубины души. И именно эту её доброту мы обязаны растоптать.
Мысли Каны спутались в сложный клубок.
Я умею читать мысли, но далеко не все люди мыслят чётко. Порой они сами не понимают, что творится у них в голове, а иногда и вовсе говорят не думая. И именно это сейчас и происходило в голове Каны. Эмоции переплелись в такой тугой клубок, что она уже сама не понимала, что принимает, а что отвергает.
...Но среди всех моих знакомых Канария — одна из самых смелых и мудрых. Поэтому, вместо того чтобы распутывать этот клубок сомнений, она просто разрубила его.
«Собаке нужна не совесть, а преданность.»
«…»
«Каким бы ни был ваш выбор, ваша светлость, я последую за вами. В конце концов, я ваша верная собака.»
Хах! А вот тут она меня уела!
Каждую ночь Чара слышит голоса. С самого рождения скрытое глубоко внутри пламя неустанно нашептывало ей:
Уδєй ux, u тєδє cтαӈєт ʌєгчє.
Нєӈαϐuжɣ.
Пøчємɣ øӈu ӈє øт∂αют øδєщαӈӈыє ∂єӈьгu?
Я ӈu ϐ чєм ӈє ϐuӈøϐαтα. Я ӈє пʌøxαя. Этø ӈє я.
В такие моменты Чару посещали пугающие фантазии. Ей виделось, как она сжимает в руке клинок. Точно такой же восьмидесятисантиметровый одноручный меч, каким угрожал ей тот злобный наёмник. Она взмахивает им. И для этого даже не нужно сильно сжимать рукоять: стоит лишь слегка взмахнуть клинком, как с кончика лезвия срывается ледяной сапфировый вихрь и начисто сносит наёмнику голову. А затем небеса разражаются издевательским хохотом, и полчища монстров, прятавшихся в облаках, стоках, лесах и реках, вырываются наружу, чтобы вместе с ней устроить кровавую резню.
Город превращается в кромешный ад. За её головой является Герой, но и он погибает жалкой и ничтожной смертью. Она вырезает всех, кто когда-либо издевался над ней, и выжившие трясутся от страха, больше не смея причинить ей зла... А затем из глаз Чары текут кровавые слёзы. Она перехватывает залитый чужой кровью меч обратным хватом и вонзает его себе прямо в серд...
Вейк ап, Ча-пиппи!
«Эхе…»
Оглушительный окрик мгновенно разбудил её.
Кое-как стерев слюни в уголках губ, Чара уставилась на возникшее перед ней странное видение и радостно улыбнулась.
Какое прекрасное утро!
«Хех… Мне приснился страшный сон.»
***Сны
Чтø этø ℨα тɣпøй ӄαчøӄ? Уδєй єгø.
Нєт, этø гαʌʌюцuӈαцuя. Мӈє ϐcё этø чɣ∂uтcя, пøтøмɣ чтø я cʌαδαя u гʌɣпαя.
Дαϐαй пpøcтø ɣмpєм. Я ӈє ℨαcʌɣжuϐαю жuℨӈu.
Множество слуховых галлюцинаций слилось в привычный гул. Для Чары начиналось самое обычное утро, разве что к вечному хору голосов примешался странный мускулистый мачо, но в остальном всё шло своим чередом.
«Ах, сегодня же я обещала почистить дымоход дядюшке Гордону! Надо спешить. Если опоздаю, он будет злиться.»
Чара подхватила инструменты для чистки дымоходов и зашагала к дому Гордона. Только такую работу ей и доверяли. Чистка дымоходов, спуск в канализацию — всё то, от чего другие воротили нос. Самый грязный и опасный труд в городе был истинным призванием Чары.
«Здравствуйте, дядюшка Гордон! Я пришла почистить ваш дымоход!»
«Тц. Почему так долго? Живо приступай.»
«Да!»
Чаре не нужны были ни лестница, ни какая-либо страховка. Она с легкостью вскарабкалась на крышу и с инструментами скользнула внутрь. Пробираясь вверх-вниз по узкой, непроглядно-тёмной трубе, девочка усердно счищала налипшую на стенки сажу и копоть. Половину сажи она счищала щёткой, а остальную — собирала собственной одеждой и телом.
«Кхек!.. Кх-кх!..»
Стоило ей начать возиться в едкой золе, как снизу тут же потянуло дымом и жаром. Для неё это служило сигналом, что работу пора заканчивать.
Выбравшись из трубы на свежий воздух и постучав в дверь, она получила от недовольного хозяина дома горстку мелких монет.
«Чего так долго копалась? Забирай и проваливай.»
«Да!»
Сумма была смехотворно мала по сравнению с обещанной, но Гордон всё равно казался ей добряком: ведь он хотя бы заплатил.
«Сегодня мне и впрямь повезло… Целых четыре монеты!»
Ю Факинг Идиот!
Но стоило Чаре радостно улыбнуться, празднуя свою удачу, как мускулистая галлюцинация разразилась гневной тирадой.
Ча-пиппи, сколько тебе обещали заплатить?
«Ну-у… двадцать монет.»
Значит, ты должна вытрясти из этого лысого Факинг Эссхола все двадцать монет! Твоя работа стоит каждой из них. Идеально вычистить такую узкую трубу способна только ты.
«...Но ведь многие другие вообще не дают мне ни монетки?»
Ча-пиппи, ты обязана гневаться, когда с тобой поступают несправедливо. Не обесценивай себя.
В это мгновение в душе Чары что-то дрогнуло, и в образовавшуюся брешь тут же хлынул ядовитый шепот скверны.
Гpёδαӈый ʌыcый ɣδʌю∂øӄ! Дαϐαй пpøcтø ɣδьєм єгø! Пpuӄøӈчuм u ℨαδєpєм ϐcє ∂єӈьгu!
В тєδє ӈєт ӈuӄαӄøй цєӈӈøcтu. Нα тєδя жαʌӄø пøтpαтuть ∂αжє ø∂ӈɣ мøӈєтɣ, ӈє тø чтø чєтыpє.
Ты
Лɣчшє δы ты пpøcтø cøpϐαʌαcь c ӄpышu ϐ этøт ∂ымøxø∂ u cϐєpӈɣʌα cєδє шєю.
„Звезда Небесной Кары“
«Ведь сэкономив на мне, дядюшка сможет потратить больше монет на свою семью, верно? Мне всё равно не о ком заботиться… так что пусть лучше эти деньги останутся у дядюшки Гордона!»
Ю Факинг Эссхол, Ча-пиппи! Дело не в деньгах, дело в твоём труде! У тебя есть право… нет, обязанность злиться. Немедленно постучи в эту чёртову дверь. И потребуй все деньги, которые ты заработала. Ю Идиот.
«Но ведь…»
Не успела Чара договорить, как дверь дома резко распахнулась.
На пороге показался лысый Гордон. Заметив стоящую перед домом Чару, он недовольно цокнул языком.
«Какого чёрта эта оборванка всё ещё торчит у моего дома?»
«Ой, я уже ухожу!»
«Тц! Подавись и проваливай.»
Скривившись от явного раздражения, Гордон швырнул на землю шестнадцать монет. Чара широко распахнутыми глазами уставилась на валяющиеся в пыли монеты, а затем торопливо сгребла их и низко поклонилась Гордону.
«Спасибо вам огромное!»
«Проваливай, кому сказано!»
«Да! Хе-хе.»
Чара зашагала по улице, сияя от счастья, ведь она впервые в жизни держала в руках такое богатство.
«Сегодня мне и впрямь повезло...»
Дело не в везении. Ты продолжала стоять у двери, и именно это принесло результат. Если бы ты повела себя как Пусси, удовлетворилась жалкими четырьмя монетами и сразу ушла, ничего бы не вышло.
«Хе-хе, значит, это всё благодаря вам, Гигачад?»
Ча-пиппи, ты добилась этого сама.
День Чары выдался суматошным. Сегодня ей почему-то везло.
И хотя заработанные деньги у неё отняли, лачуга сгорела дотла, а нога оказалась сломана… хорошего сегодня тоже случилось предостаточно.
Чара лежала на пепелище своей лачуги, рассеянно глядя в ночное небо, которое вскоре заволокли тучи.
Шу-у-х!
Внезапно хлынул ливень. Оказавшись под ледяными струями, Чара задрожала от холода.
«…Я вся испачкалась после работы, так что хорошо, что пошёл дождь. Говорю же, мне очень везёт.»
Ча-пиппи. Хватит нести этот откровенный Буллщит.
«А?..»
Ты обманываешь саму себя. Ю Лайер. На самом деле ты вовсе не считаешь себя везучей. Ты ведь тоже радовалась, когда получила достойную оплату, а сейчас дрожишь тут, как мокрая золотая рыбка. Зачем ты врёшь?
«…Эхе-хе.»
Чара лучезарно улыбнулась. Её ясные глаза неотрывно смотрели на Гигачада.
«Всё-таки сегодня мне определённо повезло.»