Том 1 · Глава 174. Сокрытая история

—Даже воин, едва ступивший на Посленебесную ступень, способен дожить до восьмидесяти! — уверенно заявил А-Бу. — И то большинство воинов умирают в этом возрасте лишь из-за накопившихся скрытых травм. Если разумно чередовать тренировки с отдыхом и в поединках не повредить основу тела, можно прожить и больше ста двадцати лет!

—А достигшие уровня мастера боевых искусств или вершины человеческого мира живут ещё дольше!

В отличие от Девяти земель, воины мира Кольцевого Неба часто сходились в смертельных схватках. Вдобавок знания о Пути боевых искусств распространялись плохо, и большинство воинов тренировались по несовершенным методикам. Поэтому в старости их нередко мучили скрытые травмы и всевозможные недуги.

Но даже такая жизнь была куда лучше нынешней, когда сорок пять лет считались глубокой старостью.

То, что при спокойной жизни человек мог дожить до ста двадцати лет, доказывало: Путь боевых искусств этого мира обладал немалыми достоинствами. Он позволял очистить тело от мутной посленебесной ци и приблизиться к прежденебесному телу младенца.

—Здесь есть трактир. Давайте поедим и заодно поговорим. Я угощаю, — предложил Бай Хунту.

Он никогда не отказывал себе в удовольствиях и считал, что знакомство с иным миром следует начинать с местной кухни.

—А деньги у тебя есть?

—Смешной вопрос. Если денег нет, кто мешает их наколдовать?

Бай Хунту подобрал с дороги камень и легонько коснулся его пальцем. Камень тут же превратился в кусок золота.

Это была не иллюзия, а настоящее превращение камня в золото — заклинание, изменявшее саму материю.

Разумеется, при желании можно было и золото превратить в камень.

Однако подобные заклинания нельзя было распространять, иначе они с лёгкостью нарушили бы экономическое равновесие.

Бай Хунту заметил, что местные жители тоже использовали золото и серебро в качестве денег.

Даже в Девяти землях духовные камни служили не единственным средством расчёта. Простые люди обычно расплачивались медными монетами, серебром и золотом, покупая предметы повседневного обихода и самые дешёвые ресурсы для совершенствования. Например, недорогие пилюли Школы духовных лекарств можно было приобрести за серебро.

Культиваторы с четвёртого по шестой уровень Закалки ци пользовались как золотом и серебром, так и духовными камнями, приобретая более ценные ресурсы. Лишь с седьмого уровня Закалки ци духовные камни становились для них основной валютой, которой они расплачивались между собой.

Едва путники вошли в трактир, как все посетители обратили на них внимание.

Вернее, главным образом на Юйин.

Где бы она ни появилась, её несравненная красота и благородная осанка неизменно приковывали взгляды.

—Выбирайте, что будете заказывать.

Меню в трактире заменяли деревянные таблички, висевшие на стене. А-Бу окинул их взглядом и растерянно замер: здешней письменности он не знал.

—Обязательно было бить человека по больному месту? — с укором передал Бай Хунту Цзян Ли.

Только теперь Бай Хунту вспомнил, что во Дворце Императора человечества Цзи Чжи рассказывал ему о великой перемене, пережитой этим миром. Даже нынешний язык совершенно не походил на тот, на котором говорил А-Бу.

—Виноват, виноват.

Бай Хунту подозвал слугу, протянул ему золото и произнёс на современном местном языке:

—Принеси нам по одной порции каждого блюда, какое у вас есть.

При виде увесистого куска золота глаза слуги загорелись.

—Сию минуту, почтенный господин!

Цзян Ли, Бай Хунту и Юйин обладали божественным чувством и могучим духовным средоточием, поэтому освоить новый язык для них не составляло труда. А-Бу же пришлось бы учить его понемногу.

—Прошу прощения.

Бай Хунту коснулся пальцем лба А-Бу. Тот сразу ощутил необыкновенную лёгкость во всём теле. Его шесть сознаний обострились настолько, что ни одно движение вокруг не могло от него укрыться. Он даже разглядел узор древесных волокон на колонне в десяти метрах от себя.

Его способности теперь далеко превосходили умение смотреть во все стороны и слышать всё вокруг. Даже с завязанными глазами А-Бу мог различать людей по запаху.

Его сознание тоже стало необычайно деятельным. Оно стремительно собирало сведения об окружающем мире, обрабатывало их и по чужим разговорам выстраивало логику незнакомого языка.

Вскоре А-Бу полностью освоил современную речь этого мира.

—Все шесть сознаний полностью раскрылись! Такое доступно лишь достигшему вершины человеческого мира! — потрясённо воскликнул он.

Обычно культиваторы начинали раскрывать духовное средоточие лишь на стадии Зарождения души. Желая загладить вину, Бай Хунту заранее раскрыл духовное средоточие А-Бу, а обострение шести сознаний стало всего лишь побочным результатом его расширения.

—Теперь боевыми искусствами владеют все. Расскажи, как обучались им в ваше время, — попросил Цзян Ли. Ему было интересно, насколько нынешние методы отличались от тех, что существовали в эпоху А-Бу.

—В наше время обучение боевым искусствам считалось чрезвычайно серьёзным делом. Прежде всего следовало закалить сердце и характер, а уже потом приступать к тренировкам. Иначе легко могло произойти отклонение ци, после которого воин начинал творить зло и приносить беды людям. Даже мой отец, достигший вершины человеческого мира, прежде чем обучать меня, заставил пройти через множество испытаний. Он хотел, чтобы я понял: в боевых искусствах нет коротких путей и спешка здесь недопустима.

—Кроме того, тренировки требовали огромных затрат. Чтобы укрепить тело, нужно было не только заниматься с утра до ночи, но и принимать лекарственные купания, усиливавшие эффект упражнений. Питание воину тоже требовалось особое. Даже новичок съедал столько же, сколько пятеро обычных людей, а на поздних этапах приходилось поглощать огромное количество мяса. Простая семья подобных расходов не вынесла бы. Отсюда и поговорка: учёность доступна бедным, а боевые искусства — лишь богатым.

—Мы не отказывались распространять Путь боевых искусств. Просто мало кто мог себе его позволить.

Производственные силы этого мира оставались крайне неразвитыми, и здесь часто случался голод. Уплатив зерновой налог, люди едва сводили концы с концами до следующего урожая. Ни о каких занятиях боевыми искусствами в таких условиях не могло быть и речи.

Техники совершенствования, распространённые Двенадцатью Небесными царями, действительно не требовали ни лекарственных купаний, ни усиленного питания. Люди напрямую обменивали годы жизни на развитие на Пути боевых искусств.

—А у воинов возникало желание убивать людей?

—Разумеется, нет, — без колебаний ответил А-Бу. — Какая связь между боевыми искусствами и убийством?

—Значит, воины и в войны по собственной воле не вступали?

—Не вступали. Сильному воину ничего не стоит преступить закон, поэтому Воинский союз запрещает своим членам участвовать в войнах. Мой отец был главой Воинского союза, так что я это прекрасно знаю.

—Воины вступают в войну лишь в двух случаях: когда нужно противостоять захватчикам — ведь такая война несправедлива и обрекает народ на страдания, — либо когда император оказывается бездарным тираном и Воинский союз поднимается против него.

Рассказ А-Бу разительно отличался от того, что говорил наставник Мэн.

—Похоже, Двенадцать Небесных царей переписали историю весьма основательно. Сначала они распространили руководства по боевым искусствам, сжигающие годы жизни, тем самым сократили людской век и ускорили смену поколений. Затем изменили язык, искоренив саму возможность докопаться до подлинной истории. Наконец, сочинили новую историю, выставили себя поборниками справедливости и заставили людей забыть прошлое.

Если бы в Девяти землях кому-нибудь заявили, что прежде люди жили всего по двадцать-тридцать лет, а благодаря боевым искусствам начали доживать до сорока пяти, любой счёл бы это полнейшим бредом.

Однако наставник Мэн, сам бывший учителем, верил в подобные утверждения. Значит, жители этого мира даже не сомневались в их истинности.

Они не знали ни подлинной истории, ни естественного предела жизни простого человека и верили всему, что говорили Двенадцать Небесных царей.

Теперь боевыми искусствами занимались поголовно, простых людей не осталось, а потому никто и не доживал до сорока пяти лет.

Иномирные небесные демоны прибегали к подобным уловкам и в Девяти землях, распространяя нелепые утверждения, будто небесные демоны несут справедливость и сопротивляться им не следует. Однако поверили в эту чушь немногие, и широкого распространения она не получила. После Совета Девяти земель все великие силы сообща устранили оставленные небесными демонами угрозы.

После этого ничего подобного больше не происходило.

По мнению Цзян Ли, Двенадцать Небесных царей, скорее всего, сами не были иномирными небесными демонами, однако наверняка имели с ними связь.

Он всё ещё помнил описание задания Системы.

Двенадцать Небесных царей уже появились. Но где находился тот незваный гость? Мог ли он оказаться иномирным небесным демоном?

Цзян Ли полагал, что именно так и есть.

Путешествуя по другим мирам, он постепенно начал понимать образ действий иномирных небесных демонов. Они стремились уничтожать миры, но почему-то не желали делать это напрямую, словно чего-то опасались.

В мире Девяти земель иномирные небесные демоны один за другим истощали силы мира. Если девять тысяч лет назад там насчитывалось больше двадцати культиваторов стадии Преодоления бедствий, то теперь осталось лишь пятеро. Если бы не появился сам Цзян Ли, неизвестно, сколько ещё продержались бы Девять земель.

В мире Минчжуна небесный демон превращал зверей-демонов в чудовищных зверей, и те постепенно захватывали владения людей.

В мире зомби небесный демон распространил вирус зомби и едва не добился успеха: если не считать планету Ло Ина, погибло всё.

И если Двенадцать Небесных царей в мире Кольцевого Неба действительно были посланы иномирным небесным демоном, то, переписав историю, они непременно сделают следующий шаг.

И шаг этот — уничтожение мира.