Том 1 · Глава 24. Смута в Чистой земле
В последнее время даоску Сокровенной Скорби без всякой причины одолевала тревога. А узнав, что Император человечества Цзян посетил Чистую землю Мирской суеты, она и вовсе места себе не находила: как бы он чего-нибудь не обнаружил.
«Нет, нет. Ученицы секты почти не общаются с Императором человечества. Встречать его будут только Святая дева и настоятельница, а в них паразитов гу нет».
«А если Император человечества просканирует учениц божественным чувством? Нет, нет. Он человек порядочный. Просканировать учениц
«Но что, если всё же… От Императора человечества Цзяна всегда можно ждать неожиданного. Кто поручится, что в нём вдруг не взыграет похоть?»
Даоска Сокровенной Скорби пряталась в тайном уголке Чистой земли Мирской суеты. Она дрожала всем телом, зубы её стучали, и, едва успев себя успокоить, она тут же снова начинала себя запугивать.
Страх и впрямь был велик. Если бы Святая дева и настоятельница раскрыли её замысел, даоска Сокровенной Скорби ещё надеялась дать им отпор или хотя бы сбежать. Но перед нынешним Императором человечества она не посмела бы даже двинуться с места. Уж лучше сразу покончить с собой и отправиться в преисподнюю на перерождение, чем попасть в руки Императора человечества Цзяна и лишиться самой души.
«Да откуда в мире взялся настолько страшный человек?»
Кто в Девяти землях не слышал преданий о Цзян Ли? Будучи на стадии Золотого ядра, он убивал культиваторов с Зарождающейся душой, а на стадии Единения — мастеров стадии Преодоления бедствий. Все прежние Императоры человечества славились невероятной боевой мощью, но даже среди них не было никого настолько чудовищного.
Теперь же он достиг стадии Великой колесницы и сравнялся силой с земным бессмертным. Пожалуй, ему было по силам убить даже небесного бессмертного.
Подобный человек стал бы властителем целой области даже в Мире бессмертных, не говоря уже о Девяти землях.
Даоска Сокровенной Скорби выросла при императорском дворе и повидала немало интриг и коварных заговоров. Однако она видела и то, как перед абсолютной силой любые ухищрения обращались в прах. Поэтому она свято верила: сила превыше всего, а сильному дозволено жить в своё удовольствие.
Позднее она вступила в Чистую землю Мирской суеты, одну из шести великих сект. Усердно совершенствуясь, она достигла чрезвычайно редкой стадии Единения и стала старейшиной секты. С таким положением её повсюду должны были встречать с почётом.
Но ей этого было мало. Старейшина не обладала решающим голосом, а даоска Сокровенной Скорби хотела стать настоятельницей.
Вот только никто не желал за неё голосовать.
Ещё чего! Остальные ведь не были слепыми. Стоило даоске Сокровенной Скорби стать настоятельницей, как она первым делом набрала бы побольше учениц, попыталась покорить мир и предалась необузданным наслаждениям. Всё это в корне противоречило заветам Чистой земли Мирской суеты.
Само название Чистой земли Мирской суеты раскрывало её предназначение: быть тихой обителью среди мирской суеты, где можно обрести душевный покой.
В сердце же даоски Сокровенной Скорби была лишь мирская суета, а чистой земли не осталось и следа. Неудивительно, что остальные старейшины выступили против неё.
Не сумев стать настоятельницей, даоска Сокровенной Скорби принялась помыкать ученицами. Покорные ей процветали, непокорные погибали, а сама она всласть упивалась властью сильной.
Вскоре ученицы донесли на неё. Даоска Чистого Желания созвала совет старейшин, и те постановили изгнать даоску Сокровенной Скорби из секты.
Покинув секту, та долго скиталась и однажды случайно обнаружила тайное убежище народа гу.
Сильнейшие представители народа гу достигли лишь стадии Зарождения души, и перед даоской Сокровенной Скорби, находившейся на стадии Единения, они были совершенно бессильны. Она расхаживала по их землям словно у себя дома, изучала любые приглянувшиеся искусства гу и забирала любых паразитов гу, каких только хотела.
В конце концов, тайком овладев всем необходимым, она составила план и вернулась в Чистую землю Мирской суеты.
Она была совершенно уверена в успехе. В Чистой земле Мирской суеты не знали ни коварных интриг, ни кровавых расправ внешнего мира. Её обитательницы были стадом безобидных овечек. С её методами и искусством гу подчинить секту не представляло труда.
Чтобы внедрить гу в духовный рис, следовало действовать у самого источника. Если бы она попыталась сделать это уже внутри Чистой земли Мирской суеты, её неизбежно обнаружили бы старейшины.
Поначалу даоска Сокровенной Скорби собиралась уничтожить жителей одного посёлка и подчинить их с помощью трупных гу. Однако ещё до её прихода Юань Лин перебила население сразу двух посёлков и вселила в тела примитивных трупных гу.
Обрадованная даоска Сокровенной Скорби убила Юань Лин и подчинила все трупы с помощью собственных трупных гу. Каждую осень, во время жатвы, она приказывала Юань Лин и Ду Синьэр подмешивать гу в рис, а сама пряталась в тайном убежище на территории секты, следила за последними событиями и при необходимости меняла свой план.
Так она тайком внедряла гу в учениц и успешно подчинила нескольких культиваторов стадии Преображения духа.
Спустя пятьдесят лет все ученицы стадии Зарождения души оказались под её контролем. Немало культиваторов стадии Преображения духа постигла та же участь, а две из них даже прорвались на стадию Единения.
Даоска Сокровенной Скорби собиралась выждать ещё пятьдесят лет, чтобы больше подконтрольных ей учениц достигли стадии Единения, и лишь тогда начать действовать.
Однако неожиданная новость вынудила её ускорить свой замысел.
Она услышала, что Прародительница Мирской суеты воскресла.
Даоска Сокровенной Скорби знала о Прародительнице лишь из легенд и никогда не видела даже её портрета. Прежде она считала эти истории обычным самовосхвалением Чистой земли Мирской суеты, призванным возвысить секту в глазах окружающих. Однако любопытство всё же взяло верх: ей захотелось выяснить, действительно ли красота Прародительницы способна заставить склониться даже бессмертных и богов.
Даоска Чистого Желания не могла сама неотлучно дежурить у Прародительницы и боялась, что та проснётся в одиночестве. Поэтому она поручила одной из потомков Прародительницы оставаться рядом. Вот только настоятельница не знала, что этой ученице уже давно подсадили гу контроля разума.
Даоска Сокровенной Скорби вызвала её к себе и приказала написать портрет Прародительницы Мирской суеты.
Увидев рисунок, она словно пережила удар молнии. Её дыхание стало тяжёлым.
«Неужели и правда существует человек, чьё очарование не щадит ни мужчин, ни женщин? Разве такой небесный лик дозволено видеть простой смертной вроде меня? Сила превыше всего… а красавица достанется мне…»
Мысли даоски Сокровенной Скорби метались во все стороны, одна нелепее другой, пока наконец не слились в одно неистовое желание:
«Завладеть ею! Завладеть ею! Завладеть ею!»
В тот же миг даоска Сокровенной Скорби решилась поднять мятеж и захватить власть!
Она хотела из жизни в жизнь оставаться рядом с Прародительницей!
Сокровенная Скорбь, что ты здесь делаешь?!
Остальные старейшины тоже приготовились к битве, хотя ещё не успели осознать, что происходит.
Пусть все они достигли стадии Единения, их помыслы оставались чисты и просты. В коварстве им было далеко до даоски Сокровенной Скорби.
«Захват власти? Но такое бывает только в лубочных повестях! Как это могло случиться в Чистой земле Мирской суеты?»
Даже младшей сестрой меня не назовёшь? Как же больно, старшая сестра Чистое Желание,
Жаль лишь, что тогда я проявила мягкосердечие! Надо было прикончить тебя одним ударом ладони!
Даоска Чистого Желания была вне себя от ярости, однако противницы не боялась. Она не сомневалась, что одолеет её не более чем за тридцать приёмов.
Нрав даоски Сокровенной Скорби не соответствовал техникам совершенствования Чистой земли Мирской суеты, поэтому среди культиваторов стадии Единения она была слабейшей. Каждая из присутствующих старейшин верила, что способна с ней справиться.
Пять старейшин и одна настоятельница — в общей сложности шесть культиваторов стадии Единения. У противников же вместе с даоской Сокровенной Скорби их насчитывалось лишь три. Перевес был подавляющим.
Как грозна старшая сестра Чистое Желание! В простом поединке мне, младшей сестре, остаётся лишь признать поражение. Но все эти ученицы находятся под властью моего гу контроля разума. Их жизнь и смерть зависят от одной моей мысли. Посмеешь хоть пальцем меня тронуть
Даоска Сокровенной Скорби произнесла это так небрежно, что даоска Чистого Желания, уже начавшая наносить удар, застыла на полпути. Пятеро старейшин тоже оказались связаны по рукам и ногам и не посмели напасть.
Увидев, что они всё ещё сомневаются, даоска Сокровенной Скорби продолжила:
Не верите? Тогда я вам покажу.
Одна из стоявших позади учениц вышла вперёд, без малейших колебаний вырвала себе сердце и в тот же миг замертво рухнула!
Сокровенная Скорбь!
Даоска Чистого Желания пришла в такую ярость, что её глаза едва не лопнули, а из глазниц потекла кровь. Гнев её взметнулся к самым небесам. Над головой загрохотал гром, словно сами Небеса являли своё грозное величие. Это было предвестием вступления на стадию Преодоления бедствий!
Она ненавидела себя за прежнее милосердие. Ненавидела за то, что не заметила гу контроля разума. Ненавидела за то, что не была так же сильна, как Цзян Ли.
Она ненавидела!