Том 1 · Глава 78. Смена фамилии — дело привычное

Учитывая, что Цзи Чжи и без того был завален государственными делами, заставлять его разбирать доклады ещё и во время лечения было бы попросту бесчеловечно. Поэтому Цзян Ли решил пока записать этот должок, а счёты свести позднее.

Он вкратце объяснил Цзи Кункун, что от неё требуется. Обрадовавшись возможности помочь, девочка с готовностью согласилась.

—Насколько далеко в прошлое ты можешь заглянуть?

—На целых двенадцать часов! — гордо ответила Цзи Кункун.

Государь-отец рассказывал ей, что, согласно всем сохранившимся летописям, по своему дарованию она бесспорно занимала первое место за всю историю клана Цзи.

На третьем уровне Закалки ци она уже могла прикоснуться к Пути и свободно пользоваться его силой. Подобное казалось немыслимым!

—М-м, очень неплохо, — сдержанно похвалил её Цзян Ли.

Цзи Кункун втайне возликовала, даже не подозревая, какие мысли в тот миг занимали Цзян Ли: «Чужой ребёнок уже на третьем уровне Закалки ци способен заглянуть на двенадцать часов в прошлое, а я на стадии Великой колесницы не могу отмотать время даже на секунду».

Зажав Цзи Кункун под мышкой, Цзян Ли полетел в Империю Небесного истока. Две маленькие белые ножки девочки беспокойно болтались в воздухе.

—Ты когда-нибудь видела мёртвых?

Цзян Ли вдруг вспомнил, что ей всего семь-восемь лет. Не слишком ли жестоко заставлять ребёнка возвращаться в прошлое и смотреть на место убийства? Как бы это не оставило у неё душевной травмы.

Цзи Кункун ненадолго умолкла и, заметно погрустнев, ответила:

—Одна из старших сестёр позавидовала моему таланту и хотела меня убить. Мама заслонила меня собой… Я стараюсь постичь Путь времени, чтобы вернуться назад и снова увидеть маму…

Цзян Ли не стал расспрашивать, что именно тогда произошло и чем всё закончилось. Он лишь с жалостью погладил Цзи Кункун по голове.

Прибыв в столичный город Небесного истока, Цзян Ли не сразу направился в усадьбу верховного генерала. Сначала он повёл Цзи Кункун гулять по городу: они пили чай и ели сладости в чайной, слушали не имевшее с действительностью ровным счётом ничего общего сказание «Предание об Императоре человечества», а потом он даже позволил ей поиграть с Тыквой исполнения желаний… Всю дорогу девочка не переставала смеяться.

Убедившись, что настроение Цзи Кункун улучшилось, Цзян Ли всё же с беспокойством спросил:

—Ты точно справишься? Не нужно себя заставлять. У меня есть и другие способы.

Под другими способами он, разумеется, подразумевал обращение к другим членам императорского дома Великой Чжоу, но говорить об этом Цзи Кункун напрямую было нельзя.

Теперь Цзян Ли уже немного жалел, что привёл её сюда. По всему выходило, что мерзавец Цзи Чжи хотел закалить состояние духа ребёнка, но сам на это не решался и потому переложил дело на Цзян Ли, прикрывшись красивыми словами о том, что Цзи Кункун ему поможет.

«Видать, государственные дела недостаточно изматывают ему голову, раз ещё остаются силы строить козни против меня».

—Я справлюсь! — Цзи Кункун решительно взмахнула маленьким кулачком.

В усадьбе верховного генерала она исчезла прямо на глазах у Цзян Ли, а затем появилась вновь, тяжело дыша.

—Убийца внезапно возник за спиной верховного генерала. Тот не успел отреагировать и был убит на месте. Я не смогла разглядеть лицо убийцы, но видела, что он направился в ту сторону, а потом скрылся в тайном царстве.

Следуя увиденному Цзи Кункун, Цзян Ли добрался до места в глухих горах за городом. Оно находилось на склоне, но всё вокруг окутывал густой туман. Невооружённым глазом можно было различить что-либо лишь на расстоянии двадцати метров — идеальное место, чтобы что-нибудь спрятать.

В тумане Цзян Ли заметил культиватора стадии Зарождения души, который вёл культиватора Золотого ядра ко входу в тайное царство.

—Посмотри, выходил ли убийца из тайного царства, — попросил он Цзи Кункун вновь проследить течение времени.

Вскоре она дала ответ:

—За последние несколько часов люди только входили туда. Никто не выходил.

Вокруг убийцы было слишком много неясного, а Учение Сокровенного божества оставалось настоящей загадкой. Не желая вспугнуть врага, Цзян Ли решил пока отложить эту зацепку в сторону.

—Позвольте спросить, вы двое собираетесь отсюда пройти в организацию? — вежливо осведомился Цзян Ли, взяв Цзи Кункун за руку и подойдя к двум культиваторам.

Культиватор Золотого ядра сразу насторожился, но его спутник жестом велел ему не беспокоиться. Разглядев, что незнакомец тоже находится на стадии Зарождения души, он столь же учтиво ответил:

—Собрат по Пути, должно быть, ошибся. Сейчас в столице неспокойно, и мы, братья, всего лишь хотим уйти подальше и переждать опасность. О какой ещё организации ты говоришь?

—Тогда, собрат по Пути, взгляни сперва на это.

На кончике пальца Цзян Ли появилась струйка сияющей золотой энергии. От неё веяло покоем и умиротворением, а сама она казалась то ли сном, то ли наваждением.

Это была сила заслуг, которую он извлёк из тела старика.

Лицо культиватора стадии Зарождения души резко переменилось. Он поспешно накрыл ладонь Цзян Ли своей, произнёс заклинание, открыл тайное царство и втянул внутрь Цзян Ли, Цзи Кункун и культиватора Золотого ядра.

—Как же ты опрометчив, собрат по Пути! Разве можно выставлять силу Сокровенного божества напоказ где попало?!

Оказавшись в тайном царстве, культиватор стадии Зарождения души принялся отчитывать Цзян Ли. Раз у того имелась сила Сокровенного божества, значит, кое-что об Учении он знал. Враг он или друг — после проверки у здешних мастеров всё непременно выяснится.

В методах Учения Сокровенного божества культиватор не сомневался. Под взором статуи Почтенного Сокровенного божества он не опасался, что Цзян Ли сумеет поднять какую-нибудь бурю.

—Тогда всё произошло слишком внезапно. Предок нашего рода давал наставления в спешке и не успел ничего толком объяснить. Прошу простить меня, собрат по Пути, — ответил Цзян Ли.

—Мы с сестрой — последние представители клана Лун из Города Драконьего пения. Меня зовут Лун Ли, а это моя младшая сестра Лун Кункун, — сквозь зубы продолжил он. — Не знаю, откуда тот мерзавец градоправитель обо всём прознал, но ему стало известно, что наш предок лечит Лун Саньшуя и в это время его нельзя тревожить. Градоправитель воспользовался случаем и исподтишка ранил предка. Тому пришлось вступить с ним в бой, несмотря на рану, и в конце концов он всё же уступил противнику на один шаг.

—Мы с сестрой — последние потомки клана Лун. Перед смертью предок велел нам отыскать самую высокую гору в окрестностях императорской столицы. На её склоне должны клубиться облака и туман, а на южной стороне — обнаружиться следы людей. Те, кого мы там встретим, и будут людьми из организации.

—Ещё предок передал мне это золотое сияние. Он сказал, что стоит показать его людям из организации — и они сразу всё поймут.

В рассказе Цзян Ли на девять частей лжи приходилась одна часть правды, поэтому последователь Учения стадии Зарождения души слушал его с немалой долей сомнения.

Он слышал лишь, что старого главу клана Лун из Города Драконьего пения кто-то убил. Ему также было известно, что тот не вступал в Учение, однако поддерживал связь со жрецом Ли и часто поставлял ему человеческих проводников. [Прим. пер.: 引子 — вспомогательный компонент, запускающий ритуал или действие; здесь этим словом называют людей, используемых в таком качестве.] Неужели жрец Ли рассказал главе клана Лун, где находится Учение?

К несчастью, жрец Ли куда-то уехал, и никто не знал, через сколько дней он вернётся.

Цзи Кункун лишь моргнула и промолчала. Она вспомнила историю, которую рассказывал государь-отец: отправишься куда-нибудь с Цзян Ли — запросто можешь лишиться собственной фамилии. Но волноваться не стоит, такое случается сплошь и рядом.

—Позволь спросить, собрат по Пути, что это за сила? Почему я не могу её впитать? — осведомился Цзян Ли, но последователь Учения стадии Зарождения души не удостоил его ответом.

—Раз уж вы вошли в это тайное царство, вам остаётся лишь присоединиться к нашему Учению. Как раз наберётся десять человек, и можно будет провести обряд вступления. Церемонию буду вести я. Можете называть меня Истинным человеком Фэном.

—Меня зовут Чэн Цзыци, — представился культиватор Золотого ядра, однако никого его имя не заинтересовало.

Цзян Ли охватил божественным чувством всё тайное царство и обнаружил, что сильнейший культиватор здесь достиг лишь стадии Преображения духа. Убийцы среди них точно не было.

Как мог культиватор стадии Преображения духа убить закалённого бесчисленными сражениями мастера стадии Единения?

Но у тайного царства имелся лишь один выход. Куда же тогда делся убийца?

Цзян Ли не сомневался: никто не сумел бы скрыть от его божественного чувства свою истинную сущность — если только этот человек не был бессмертным.

Раз убийцу найти не удалось, стоило сперва выяснить, что собой представляет обряд вступления в Учение. Цзян Ли передал Цзи Кункун Тыкву исполнения желаний и велел артефакту быть начеку и как следует её оберегать.