Том 1 · Глава 87. Когда Небесный Путь становится Дорогой Демонов

Чтобы стать бессмертным, требовалось пройти три этапа: достичь вершины стадии Преодоления бедствий, выдержать Испытание Вознесения и преобразовать всю накопленную духовную энергию в бессмертную силу.

Испытание Вознесения невозможно пройти незаметно. Для него недостаточно укрыться в тайном царстве: статус такого мира слишком низок, и Испытание туда не снизойдёт.

Бессмертную силу, несомненно, получают путём переработки духовной энергии, однако как именно — не знал никто. Это была основополагающая тайна Мира бессмертных, которой Бессмертный старец Долгого Бытия знать не мог.

—Старый Будда, скажи мне: как ты стал бессмертным?

Старец-будда Сумеру сдерживал сияние Будды внутри тела; его плоть налились жизненной силой. Срок жизни культиватора стадии Преодоления бедствий составлял десять тысяч лет, и Старец-будда должен был выглядеть глубоким стариком, стоящим одной ногой в могиле. Теперь же он казался бодрым и полным сил, словно впереди у него оставалось ещё немало лет.

Цзян Ли прочёл множество древних книг с описаниями бессмертных и лично встречал двух истинных бессмертных — Бессмертного старца Долгого Бытия и Бессмертную Мирской суеты. Он сразу понял: Старец-будда Сумеру стал настоящим бессмертным.

Бессмертным, достигшим Вознесения здесь, в Девяти землях, так и не отправившись в Мир бессмертных.

Даже прежде, чем Цзян Ли лично убедился, что Старец-будда Сумеру стал бессмертным, он был на восемь десятых уверен: именно тот являлся тайным кукловодом.

Когда Цзян Ли впервые столкнулся с последователем Учения Сокровенного божества — тем стариком на стадии Преображения духа, — тайный кукловод, поняв, что дело принимает дурной оборот, отправился в Империю Небесного истока и убил генерала Чэ У.

Он мог наблюдать за всем, что происходило вокруг Цзян Ли, оставаясь при этом незамеченным. Значит, тайный кукловод в совершенстве владел Путём пространства.

Цзи Кункун рассказывала, что он внезапно появился за спиной верховного генерала Чэ У и убил культиватора стадии Единения одним ударом. Следовательно, тайный кукловод либо достиг вершины стадии Единения, либо уже находился на стадии Преодоления бедствий.

Позднее он выманил Цзян Ли и Цзи Кункун в тайное царство Учения Сокровенного божества, вынудив обрушить его. Расчёт был безошибочен. Подобное мог устроить лишь тот, кто хорошо знал Цзян Ли.

Старец-будда Сумеру был вторым по древности человеком в Девяти землях. Цзян Ли не раз обращался к нему за наставлениями в совершенствовании, расспрашивал о прежних Императорах человечества, просил помочь разыскать Мир бессмертных и изучить созданный Системой проход в другие миры…

Кроме того, Учение Сокровенного божества распространяло свою веру слишком умело. Тайный кукловод явно был сведущ во всех тонкостях проповедничества.

Цзян Ли видел Сунь Юаня и слышал от Юйин о сражении с генералом Божественной мощи. Ни один из них не применял пространственных техник, а значит, оба были незнакомы с Путём пространства. Тогда как им удалось создать для строя, отсекающего духовную энергию, пространство, идеально параллельное миру Девяти земель?

Всю эту череду событий можно было объяснить существованием некоего неизвестного Цзян Ли могущественного культиватора стадии Преодоления бедствий, в совершенстве постигшего Путь пространства, либо проникновением в Девять земель иномирного небесного демона. Поэтому Цзян Ли считал Старого Будду виновным лишь с вероятностью восемь из десяти.

Но теперь, увидев, что тот стал бессмертным, Цзян Ли обрёл полную уверенность.

Во время второго обряда Учения Сокровенного божества Цзян Ли видел, как несколько жрецов сообща убили культиватора стадии Преображения духа, а полученную силу заслуг поделили поровну.

Уже тогда он задумался: можно ли получить силу заслуг, помогая другим убивать? А если взглянуть на это иначе — не достаётся ли часть силы заслуг за каждого убитого последователями человека главе культа, основавшему Учение Сокровенного божества?

Прежде это было лишь догадкой. Но после встречи с Сунь Юанем и Старцем-буддой Сумеру всё встало на свои места.

Глава культа действительно получал часть силы заслуг своих последователей. Более того, им доставалась лишь малая доля — большая часть отходила главе.

Сила заслуг позволяла творить чудеса, а ещё — вопреки всякой логике превращать духовную энергию в бессмертную силу.

—Вы шутите, благодетель Цзян. Следуй воле Небес, твори добро, накапливай заслуги — и естественным образом станешь бессмертным, — с улыбкой произнёс Старый Будда, открыто признав, что уже достиг бессмертия.

Его ученики были потрясены. Изумился даже буддийский наследник У Чжи, которого Старый Будда ценил превыше остальных.

Цзян Ли шаг за шагом приближался к Старцу-будде Сумеру, и с каждым шагом его мощь неуклонно возрастала. Он уподобился копью, пронзающему небосвод, — неудержимому и беспощадно острому.

—Я знаю, что Старый Будда не раз отражал нападения небесных демонов и прославился ратными подвигами. Вы и вправду совершили немало добрых дел. Вот только снизошла ли за них хоть какая-нибудь сила заслуг?

Завидев приближающегося Цзян Ли, ученики буддийской общины поспешно расступились.

Они до сих пор не понимали, что происходит. Когда Старый Будда успел стать бессмертным? И почему Император человечества так разгневан?

—Убийствам нет числа — и силе заслуг нет предела. К чему спрашивать то, что вам и так известно? — Старый Будда сложил ладони перед грудью.

—Вы ведь тоже сведущи в буддийском учении. Так взгляните: есть ли на мне хоть крупица бремени кармы?

На лице Старого Будды застыло странное выражение — не то улыбка, не то гримаса плача.

Любой, кто разбирался в буддийском учении, знал: важнее всего творить добро и накапливать силу заслуг. Ни в коем случае нельзя убивать невинных, иначе непомерное бремя кармы испепелит тело, а Пламя кармы Красного лотоса опалит сердце, обрекая грешника на невыносимые муки. Чтобы избавиться от него, придётся совершить великое множество благих деяний.

Предыдущий избранник Будды ненароком погубил бессчётное количество людей. Его опутало такое бремя кармы, что целой жизни не хватило бы для искупления. Потому-то он и обратился из Будды в демона, ступив на Демонический путь.

—Благодетель, Небеса изменились. Небесный путь и есть Демонический путь.

Цзян Ли ненадолго умолк. Он хотел возразить Старцу-будде Сумеру, но не находил слов.

—Зачем тебе понадобилось становиться бессмертным?

Старец-будда Сумеру едва заметно улыбнулся — то ли безмолвно насмехаясь над Цзян Ли, то ли над самим собой.

—Благодетель Цзян, если бы я не стал бессмертным, мне оставалось бы жить всего три года. А я не хочу умирать.

—Разве буддийская община не учит причинно-следственному воздаянию нынешней и будущей жизней? Совершаешь добро сейчас — и в следующей жизни возрождаешься небожителем. Старый Будда, неужели вы так и не постигли жизнь и смерть?

Старец-будда Сумеру пришёл в ярость. Он больше не мог сохранять позу лотоса и резко вскочил. Высокий, крепко сложенный, ростом более двух метров, он навис над Цзян Ли.

—Следующая жизнь, следующая жизнь, следующая жизнь! Конечно, я не постиг жизнь и смерть!

—Если в следующей жизни я всё забуду, какой мне прок перерождаться на Пути небожителей? Что мне с уготованного блаженства?! Ведь в этой жизни я умру! Умру!

—Почему я должен творить добро ради следующей жизни? А как же я, нынешний? Неужели единственный смысл этой моей жизни — служить следующей?!

—Цзян Ли, ответь мне!

Ученики застыли с разинутыми ртами. Никто из них прежде не видел, чтобы Старый Будда настолько утратил самообладание. Нет, это уже можно было назвать безумием.

Буддийский наследник У Чжи сложил ладони перед грудью. Его губы едва заметно шевелились. Заинтересовавшись, старший собрат склонился к нему и прислушался — неужели тот читал заклинание упокоения?!

—Раз ты живёшь лишь ради этой жизни, значит, пришло время расплаты за девять миллионов загубленных жизней.

Цзян Ли наконец понял, почему Старый Будда во что бы то ни стало помог Сунь Юаню привести в действие строй, отсекающий духовную энергию. Ведь тот мог сменить место, отказаться от Учения Сокровенного божества и начать всё заново.

Но у него не осталось времени.

Продолжая говорить, Цзян Ли не замедлял шагов. Наконец он остановился перед Старцем-буддой Сумеру и поднял взгляд на старшего, которого когда-то почитал.

—Старый Будда, никто не хочет умирать. Ты не хочешь умирать, но и девять миллионов жителей Небесного истока тоже не хотели.

—Значит, всё-таки так, — беспомощно вздохнул Старец-будда Сумеру. — Цзян Ли, знаешь, почему я не рассказал тебе, как получил от иномирного небесного демона способ обретения силы заслуг? Потому что наши взгляды и вправду расходятся.

—Истинный Будда учит жертвовать собой ради спасения всех живых существ. Я на такое не способен. Это под силу лишь вам, Императорам человечества.

Под землями Государства Радостной добродетели ослепительно вспыхнул золотой знак буддийской свастики. [Прим. пер.: Буддийская свастика (卍) — древний благопожелательный символ, связанный с учением Будды, а не с нацистской эмблемой.]

Всё государство стремительно сжалось и оказалось на ладони Старца-будды Сумеру, а его жители бесследно исчезли.

Отшельнице Великого сна до самой смерти так и не удалось достичь подобного.

Государство Радостной добродетели никогда не существовало, а все его жители были порождениями иллюзии. Однако иллюзия оказалась настолько правдоподобной, что всё в ней ощущалось на ощупь, а любым предметом можно было воспользоваться. Она ничем не отличалась от реальности.

Её не распознал бы даже культиватор стадии Единения!

Это было великое сверхъестественное искусство буддийской общины, соединившее Путь иллюзий и Путь пространства, — Буддийская страна на ладони!