Том 1 · Глава 160. Мужские и женские дела

У меня есть одна проблема, над которой я размышляю уже давно.

—Скажи, разве мне, как Владыке демонов, не недостает величия?

Это серьезная проблема. Мои показатели силы и обаяния оставляют желать лучшего. У меня напрочь отсутствует так называемая харизма — то, что должно быть присуще любому правителю, заставляющее людей невольно трепетать перед ним. Пожалуй, не будь у меня на затылке рогов, люди бы даже не догадались, что я Владыка демонов.

Конечно, по сравнению с тем зеленым юнцом, каким я был год назад, я поднабрался опыта. Привык к зрелищу массовой гибели людей. Примерно понял, как работает политика. Но харизма так и не появилась.

—Вот поэтому, это настоящая проблема. Разве нет?

Я издал задумчивое «хм-м» и продолжил с серьезным видом:

—Появляются те, кто забывает о том, что я Владыка демонов, или намеренно игнорирует этот факт. Ха. Я никогда не понимал, зачем правители строят столь вычурные дворцы, но теперь до меня дошло. Ведь если сидеть на золотом троне в зале из мрамора, то даже несуществующее величие проявится само собой. В этом мире всё имеет глубокий смысл, даже если на первый взгляд кажется бесполезным. Ты тоже так считаешь?

—Д-да, Ваше Величество!

Седовласый мужчина склонился у моих ног, распластавшись ниц. Его роскошные красные шелковые одежды были густо пропитаны пылью и кровью.

—С-соин тоже так считает!

—Рад, что мы друг друга понимаем.

Я лучезарно улыбнулся.

—К сожалению, у меня нет ни малейшего желания строить бесполезно роскошный дворец. У меня и так полно статей расходов. Ха, это большая проблема. Да, самая настоящая проблема. У меня нет врожденного величия, а значит, остается лишь создать его искусственно. Как же мне обрести это искусственное величие?

—Ваше Величество… у-у вас уже полно величия.

—О. Спасибо за комплимент.

Я поднял правую ногу и ласково погладил мужчину по голове. Медленно, словно поглаживая ладонью. Его тело мелко дрожало.

—Но величия у меня все же нет. Если бы оно было, разве стал бы я жертвой нападения каких-то негодяев? Они напали, прекрасно зная, что в случае неудачи их род будет полностью истреблен. Иными словами, они посчитали меня легкой добычей.

—В-Ваше Величество.

Голос мужчины срывался от ужаса. Я с силой надавил на его голову, и дрожь его тела передавалась прямо через подошву моего ботинка. Мой собеседник был во власти животного страха. И это доставляло мне определенное удовольствие.

Мужчина рыдал, уткнувшись носом в землю.

—Пощадите… о, сохраните мне жизнь!

—Так вот, я решил создать некий символ.

Я убрал ногу и кивнул стоявшему рядом рыцарю смерти. Тот схватил мужчину за пояс и рывком поставил на ноги.

—И-и-и-ик!

Мужчина беспомощно болтался в воздухе, как ребенок. По его штанинам потекла желтая жидкость. Потянуло кислым зловонием.

Я поднял левую руку и показал ее мужчине.

—Смотри внимательно. Видишь, что у меня нет указательного и среднего пальцев?

—Да! Да! Хны-ы-ык, вижу……

—Твои верные подчиненные отрезали их у меня. Работа выполнена мастерски. Я даже не успел почувствовать боли. Ха-ха.

Лицо мужчины из синего стало мертвенно-бледным.

—В-Ваше Величество…… простите…… умоляю, п-простите……

Я рассмеялся.

—Ну что ты. Прошлое есть прошлое, а настоящее есть настоящее. Я человек на редкость великодушный. Не стану же я убивать тебя или вести себя как варвар только из-за того, что твои подчиненные совершили пару ошибок.

—Спасибо…… хны-ы-ык, Ваше Величество…… спасибо!

Мужчина судорожно складывал руки в мольбе, кланяясь десятки раз. Впервые видел, чтобы кто-то молил о пощаде подобным образом. Зрелище оказалось куда более жалким, чем я представлял. Впрочем, возможно, всё дело было в его переломанных пальцах, из-за чего руки выглядели особенно уродливо.

—Кстати, что это за кольцо у тебя на среднем пальце правой руки?

—А? Да, да. Это кольцо, символизирующее титул великого герцога.

—Сними и отдай мне.

Мужчину икнул.

—Э-это кольцо, которое невозможно снять……

—Отрезать.

Как только я произнес это, рыцарь смерти вывернул мужчине палец.

—А-а-а-а-а!

Раздался крик. Средний палец правой руки мужчины выскочил, как редиска из грядки. Рыцарь смерти снял кольцо и преподнес его мне. Я удовлетворенно кивнул.

Мужчина был вне себя от боли и стонов. Я обратился к нему:

—Тебе эта вещь больше не нужна, верно?

—Да…… хны-ы-ык.

Я встал и похлопал его по щеке. Из его рта непроизвольно текла слюна, и моя рука намокла. Было немного противно, но ничего страшного.

—Я не планирую лечить эту рану. Подумай сам. Оставить повреждение, которое можно исцелить в любой момент, да еще и такое заметное — каждый, кто встретит меня, будет обращать на него внимание. И вспоминать о том, какая участь ждет тех, кто мне сопротивляется.

—Что……?

—Пожалеешь об этом на том свете, идиот.

Я вытащил из-за пазухи кинжал и вонзил его прямо в подбородок мерзавца. Острое лезвие вошло в место соединения шеи и челюсти.

Раздался короткий хрип, и его вырвало кровью. Алая жижа брызнула мне на лицо. Я не закрыл глаз, спокойно наблюдая за концом несчастного. Он судорожно забился в коротких конвульсиях, после чего обмяк.

Я вытер кинжал о тряпку. Это был клинок, подаренный Барбатос. Стоило обращаться с ним бережно. Если вовремя очищать оружие от крови и прочих загрязнений, оно прослужит дольше. Хотя она вручила его со словами «на случай, если решишь покончить с собой»… ну что ж. У Барбатос вечно поганый язык, я давно привык и не обращал внимания.

Я невозмутимо произнес:

—Выставить его голову на вершине дворца.

Рыцари смерти кивнули.

В тот день один из двадцати шести великих герцогов, правящих Миром демонов, великий герцог ада Алчалта, погиб.

Покои великого герцога были разрушены до основания, а двести его придворных — жестоко убиты. На шпилях дворца выстроились ряды отрубленных голов. Я приказал прибить там табличку со специальной надписью.

—Познай самого себя.

Я вернулся в замок Владыки демонов, чувствуя сильную усталость.

Если бы мы следовали первоначальному плану, мне предстояло встретиться еще с несколькими великими герцогами. Но в этом отпала необходимость. Я наглядно продемонстрировал последствия, так что если в их головах осталась хоть капля мозгов, они сами принесут мне дань.

Более того, возникла необходимость полностью пересмотреть мою стратегию.

Выяснилось, что Паймон — республиканка, а республиканцы скрываются по всему континенту. И я стал их союзником. Как это использовать? Требовалось разработать совершенно новую стратегию.

Я немного отдохнул, погрузившись в теплый подземный пруд. Но не успел я закончить отдых, как пришло ошеломляющее известие.

—Барбатос потерпела поражение?

В магическом кристалле отражалась Ситри. Она кивнула.

—Ага. Хотя поражение — это громко сказано, потери не такие уж и огромные.

Что это еще значит? Я в недоумении переспросил:

—Погоди, как она могла проиграть, если ее, кажется, и убить-то невозможно?

—Ну, в общем……

Ситри поведала следующее: чтобы поставить точку в кампании против Габсбургов, Барбатос двинулась к столице, но та по какой-то причине оказалась совершенно пуста. Империя бросила свой собственный город и бежала.

Барбатос потребовала немедленно броситься в погоню и уничтожить имперскую армию. Другие Владыки демонов отказались ей помогать, и план сорвался. Тогда она в одиночку ринулась преследовать врага.

Однако Империя только того и ждала, что армия Владык демонов пустится в погоню.

Преследуя неприятеля, отряд угодил в засаду в узком ущелье. Пути вперед и назад были наглухо отрезаны. По словам Ситри, на них напало целых двадцать меченосцев — причем не только из Габсбургов, но и из других человеческих армий.

Стремясь не упустить противника, Барбатос не стала брать с собой крупные силы. Даже те крохи, что шли с ней, едва прибыли в столицу и, толком не переведя дух, снова отправились в поход. У них не оставалось ни единого шанса против человеческой армии, которая заранее подготовила ловушку и терпеливо ждала.

Барбатос потерпела поражение. Ей едва удалось выбраться из ущелья в одиночку. Пятеро меченосцев преследовали ее до самого конца, и в итоге она лишилась левой руки.

Для Владыки демонов уровня Барбатос отрастить потерянную конечность не составляло труда, но, с другой стороны, сам факт того, что столь могущественная правительница лишилась руки… Поражение — это мягко сказано, это был полный разгром.

—Ха-а. Хоть она та еще стерва, но видеть, как она, растеряв всех подчиненных и оставшись без руки, плетется обратно… Не знаю, мне стало как-то не по себе.

Ситри тяжело вздохнула.

—Знала бы, сама за ней увязалась. Все-таки она пахала больше всех в этой кампании. Обидно, когда больше всех страдает тот, кто больше всех старался. И ведь не скажешь ей прямо, что мне жаль! У-у-у.

«Что же делать, что же делать», — бормотала Ситри. Похоже, она действительно переживала.

Выслушав все, что рассказала Ситри, я подумал лишь об одном:

«……И что она опять задумала?»

Ситри этого совсем не понимает, но Барбатос — та еще штучка, у нее на уме часто совсем не то, что на языке.

Даже в постели это проявлялось. Кто бы что ни говорил, она садистка. Но когда мы занимались любовью, она часто становилась мазохисткой.

Когда великие герцоги увидели запись Мемории, на которой Барбатос, уткнувшись в мой пах, хрюкала, словно свиноматка, они были шокированы. Настолько это шло вразрез с ее привычным образом.

Из-за ее грубых манер все вокруг думали: «Ох, какая же у этой бабы свирепая натура», но… как бы не так. Барбатос оказалась удивительно ранимой. Попав в ловушку Паймон и очутившись в безвыходном положении, она рыдала перед подчиненными точь-в-точь как ребенок.

Короче говоря, она двуличная особа.

Судя по тону и поведению, более вспыльчивого создания не сыскать. Но чтобы Барбатос, дорожившая своими людьми больше собственной жизни, зная о вражеской ловушке, полезла на рожон? Концы с концами не сходились. Понадобилось бы много времени, чтобы понять, какой именно коварный умысел за этим скрывался.

Я немного подумал и спросил:

—Ситри. Сколько примерно человек было в отряде преследования Барбатос?

—А?

Ситри, проецируемая магическим кристаллом, нахмурилась и склонила голову набок.

—Э-э-э… наверное, полторы тысячи? Кажется, чуть больше тысячи.

Под началом Барбатос находилось около пяти тысяч солдат, а если брать всю фракцию равнин — порядка пятнадцати тысяч. Выделить из них в отряд преследования всего тысячу… Во всем этом определенно таился какой-то подвох. От этой истории разило за версту.

—Рыцари смерти среди них были?

—Ага. Несколько сотен точно было.

Ага.

Ситри спросила:

—А почему ты спрашиваешь?

—Да так, просто интересно.

Намерения Барбатос стали мне немного понятны.

Вместо триумфа от разгаданного замысла меня охчалило легкое недоумение. Ну и хитрая же она бестия. Хотелось бы, чтобы она хоть немного поучилась чистосердечию у Ситри, которая в эту минуту искренне переживала за нее.

«Ах ты ж. Наврала, значит».