Том 1. Глава 169
У Альфы имелась веская причина наречь эти земли Подземельем Кролика:
Полностью согласен. Ты этим веками занимался, так что дело привычное, верно?
Впрочем, в глубине души Кролик был только рад.
С напускной томностью окинув руины взглядом, он с пафосом продекламировал:
Ага, упал-отжался.
Поворчав, Кролик послушно плюхнулся пузом на каменные плиты.
Что-то я не вижу раскаяния в твоей позе. Одну лапу оторвал от пола. Вторую. Стойка на ушах, пошел.
Отчаянно оправдываясь, ушастый тем не менее послушно встал на голову, мелко подрагивая задранными кверху лапками.
Да Вун тем временем посерьезнел:
Заруби себе на носу. Теперь хозяин этого этапа
Вот я и говорю: пусть хотя бы монстры их не жрут.
Это ты жизни не знаешь. Пока человек жив, у него всегда есть шанс стать сильнее. По мне не видно?
[…]
Когда Да Вун ткнул пальцем в собственную грудь, Кролик прикусил язык.
Живое доказательство стояло прямо перед ним.
Парень, призванный самым жалким слабаком, сумел выгрызть право на жизнь, цеплялся зубами за каждый шанс — и вымахал в чудовищную силу, способную ставить на колени боссов.
Когда такие слова произносил Чон Да Вун, спорить с ними было невозможно.
[…И все же монстры не станут плясать под дудку администратора,] — тихо буркнул Кролик.
[Он прав,] — подал голос Лугал, внимательно слушавший перепалку. — [Как ты собираешься управлять чудовищами, которые подчиняются исключительно первобытным инстинктам?]
Каким бы высоким статусом ни обладал администратор, прямой власти над фауной подземелья у него не было.
Обычно монстры вели себя нейтрально — не трогай их, и они пройдут мимо. В терминологии ролевых игр это называлось «неагрессивными мобами».
Для обитателей Подземелья смотрители были чем-то вроде призраков или пустого места.
Разумеется, Да Вун прекрасно это понимал:
Зверей не переделать, тут ничего не попишешь. Но с растениями-то мы совладать можем?
Альфа мгновенно уловил ход мыслей хозяина:
В яблочко. Мы превратим все хищные растения в официальные ловушки этапа и настроим их так, чтобы они пугали и калечили, но не убивали намертво. Разве это не снизит сложность в разы?
Кролик вытаращил глаза:
Не страшно. Да, на первоначальный ремонт придется раскошелиться, зато потом они будут обновляться автоматически во время Сброса.
Альфа, вопреки ожиданиям, идею поддержал:
А разве раньше система не выкачивала ману из самих участников для поддержания работы этапа? Будем действовать по накатанной колее.
Да Вун хитро прищурился. В его голове уже выстраивался масштабный план.
Дракон Конца требовал крови и мучительных смертей.
Дракон Жизни жаждал совершенно иного:
Альфа, уточни еще раз: какие подношения котируются выше всего?
А кровь-то чем не угодила? В ней же полно жизненной силы.
Для Да Вуна это стало откровением.
Прежде Альфа помалкивал об этих тонкостях лишь потому, что Храм влачил нищенское существование, и дух был готов хватать любые крохи без разбора.
Но теперь, когда регенерация тела Эртеа началась полным ходом, требовалось позаботиться о качестве «топлива».
[Ой-ой, стою-стою!] — ушастый, попытавшийся было вставить едкое словечко, поспешно уткнулся носом в пол.
Отлично, подведем итог. Свежие овощи и правильно разделанное мясо
Юноша довольно усмехнулся.
Похоже, в ближайшем будущем у выживших ремесленников появится очень много работы.
Слова Лугала о царящем на Этапе-1 хаосе подтвердились в полной мере.
Оставшись без инструктажа помощника, новички в панике метались по лесу, окончательно сбившись с пути.
Со временем у них наверняка выработалось бы чутье на руины, но пока зеленые новички были на это не способны.
В итоге лимит времени исчерпался, и с горных вершин черной лавиной хлынули крысы-монстры. Перепуганные насмерть люди побросали товарищей и разбежались кто куда, становясь легкой добычей для хищников.
За работу.
Ситуация требовала немедленного вмешательства, однако со стороны Да Вун и Кролик выглядели предельно расслабленными.
Они неспешно прогуливались в самой гуще крысиного потока, на ходу превращая опасные растения в ловушки.
Каждому ростку отдавался строгий приказ: угрожать, пугать, нападать, но ни в коем случае не наносить смертельных увечий.
Картошка подземелья, Сиропные цветы…
Лес кишел плотоядной флорой, на которую Да Вун раньше не обращал внимания лишь потому, что она была непригодна в пищу.
Те же Сиропные цветы теперь вели себя как гигантские крокодильи пасти: они исправно хватали неосторожных бедолаг, но желудочный сок не выделяли — просто держали людей внутри живых бутонов.
Красота да и только!
<Установка ловушки>, <Установка ловушки>…
Хищным растениям было глубоко плевать на приближение смотрителя.
Крысы-монстры и вовсе обтекали фигуру Да Вуна стороной, старательно меняя траекторию, лишь бы случайно не задеть его шерстинкой.
Парень даже немного погрустнел:
М-да… Как-то даже обидно. Будто со мной никто водиться не хочет.
Теперь я понимаю, почему ты такой болтливый стал. Одиночество доконало?
Но Лугал тут же разрушил иллюзию:
Ты все еще здесь?
А на работу когда?
Пока Лугал шел следом, Да Вун продолжал методично зачаровывать заросли.
Вот только со стороны его кипучая деятельность выглядела как праздная прогулка скучающего барина, любующегося клумбами в городском парке.
Вокруг люди захлебывались собственной кровью в отчаянной борьбе за каждый вздох, а этот тип фланировал среди монстров так, словно вышел подышать свежим воздухом.
Вполне естественно, что столь сюрреалистичная картина не укрылась от глаз удирающих участников:
Глядите! Т-там безопасно!
Монстры не подходят к той поляне! Сюда! Бегите все к тому парню!
Топот!
Толпа выживших с воплями отчаяния рванула прямиком к Да Вуну.
Юноша опешил и принялся яростно размахивать руками:
Эй! Стойте! Не вздумайте сюда бежать! Здесь не убежище! Назад!
Он зовет нас!
Точно, там спасение!
Да стойте же вы, идиоты!
Куда там!
Издали его панические взмахи руками выглядели как призывные жесты: «Скорее, все сюда!».
В следующий миг наперерез толпе выскочила стая монстров-волков, разинув зубастые пасти:
Р-р-а-а-а!
А-а-а! Здесь тоже засада!
Люди в ужасе шарахнулись в сторону, бросая на Да Вуна полные жгучей ненависти взгляды.
Парню стало даже неловко:
Ну я же предупреждал, что сюда нельзя…
Увы, этот дурацкий фарс повторялся раз за разом.
Вон там чисто! Бежим к нему!
Да нет же!
За тем парнем! Там безопасная зона!
Топот!
Да оглохли вы, что ли?! Стойте на месте!
Р-р-а-а-а!
Проклятье, это ловушка! Удираем!
Топот!
…Да что б вас.
И снова:
Вон спаситель!
Да чтоб вы провалились!
Снова и снова:
Бегом к нему!
Пошли вон!
Этот бег по кругу грозил стать бесконечным.
Не выдержав, Лугал и Кролик разделились и побежали указывать заблудшим дорогу к руинам, но новые группы беженцев натыкались на Да Вуна с завидным постоянством.
Откуда их тут столько вообще набралось?!
Ну Бабун, ну криворукий придурок!
Впрочем, поносить мертвого помощника было бессмысленно — если бы Да Вун сам его не прикончил, такого бардака бы не случилось.
Хуже было то, что непрерывная раздача навыка «Установка ловушки» досуха выпила всю жизненную энергию.
Тратить домашние припасы жалко, придется добывать сырье на месте.
Превращать зачарованные растения в жертву было глупо, поэтому взгляд Да Вуна невольно упал на снующих неподалеку чудовищ:
А ну, наловите мне зверья.
Мяу-у-у!
Дабы не доводить и без того перепуганных людей до инфаркта видом каменных исполинов, парень отправил на охоту юрких теневых слуг.
Вжик! Хрусь!
Поскольку слуги являлись прямым продолжением навыка смотрителя, монстры не воспринимали их как угрозу до первого удара.
Пользуясь этим преимуществом, тени принялись с легкостью выкашивать тварей направо и налево.
И надо же было очередной толпе беглецов увидеть именно эту сцену!
Сюда! Здесь монстры слабее!
Точно! Они даже защищаться не могут, с одного удара дохнут!
Топот!
Р-р-а-а-а!
Назад, назад! Ложная тревога!
Спасайся кто может!
Очередная волна беженцев с визгом брызнула врассыпную…
Со стороны ситуация выглядела до колик комичной, вот только самим участникам было не до смеха. Они разыгрывали смертельную комедию, рискуя собственными жизнями.
Да Вун даже улыбнуться не мог — ему было искренне совестно.
Бросаться на выручку каждому встречному было верхом неэффективности. Тем, кто попадался на пути, он помогал, но в целом его блуждания по лесу лишь привлекали лишнее внимание, подвергая людей еще большей опасности.
Куда полезнее было как можно скорее нейтрализовать ядовитую флору по всему периметру, чем гоняться за отдельными одиночками.
Вот только… благие намерения не всегда приводили к хеппи-энду.
Хлюп!
А-а-а-а-а!
Спокойно. Цветок просто держит его в пасти, выбраться оттуда плевое дело.
Треск!
Бутон треснул по шву, и перепачканный в вязкой патоке участник вывалился на траву:
Фух… жив…
На лице парня читалось непередаваемое облегчение.
Липкий сироп сковывал движения, превратив одежду в сладкую броню, зато на теле не было ни единой царапины.
Вот только в следующий миг чащу прорезал зловещий, нарастающий гул.
Бз-з-з-з-з-з!
…!
Пчелы-монстры.
Целый рой, исчисляемый десятками гигантских полосатых бестий!
А-а-а-а-а-а!
Сахарная патока Сиропного цветка являлась для этих тварей главным деликатесом в подземелье. В обычной жизни пчелы нередко сами гибли внутри цветка, пытаясь полакомиться нектаром.
А тут перед ними возник ходячий, обмазанный сиропом леденец!
Помогите! Спасите!
Не беги к нам, придурок! Ты же их на нас наведешь!
Поляна мгновенно превратилась в хаос: участники с воплями удирали от пикирующих пчел, а в самом эпицентре этого безумия в гордом одиночестве стоял в безопасности Чон Да Вун.
Вид у него был предельно виноватый:
Я… я вообще-то не это планировал…
[…]
Настройка игрового баланса оказалась задачей куда более заковыристой, чем представлялось на первый взгляд.
В конце концов, чтобы остановить побоище, Да Вуну пришлось призвать на помощь Бахамута.
Окинув взором поле брани, снеговик-лич благоговейно всплеснул ручками:
Да не ад это! Заткнись и заморозь их!