Том 1. Глава 194
Долгая и изнурительная ночная битва наконец подошла к концу.
Едва передвигая ноги от усталости, участники вернулись в Храм в Промежутке, чтобы хоть немного перевести дух.
Вид у них был плачевный.
Проведя всю ночь под проливным дождем и сражаясь по колено в грязи, люди полностью исчерпали запас сил. Почти каждый был тяжело ранен.
Однако рассчитывать на «Полное исцеление выживших» не приходилось. Пускай они и одержали великую победу, подняли уровни и даже получили щедрую добычу, это сражение не было официальной зачисткой подземелья.
Сброс крыши.
Первым делом, едва переступив порог, Чон Да Вун восстановил пробитый потолок.
Шуууу...
Шум дождя мгновенно отдалился и стих, а вместо сырости пространство заполнилось ласковым теплом Солнечного камня.
Ха-а...
У людей вырвался вздох, похожий на благоговейный стон. Ощущение было таким, словно ты только что чудом укрылся от ледяного ливня в уютном доме с работающим отоплением. Всего одна стена разделила ад и рай.
Не сговариваясь, выжившие принялись стаскивать промокшую насквозь одежду, чтобы развесить ее под согревающими лучами.
Хлюп!
Стоило скрутить изодранное в лохмотья тряпье, словно половую тряпку, как на пол хлынула жижа — наполовину дождевая вода, наполовину кровь. Все ночные кошмары выжимались из ткани мутным водопадом.
Поможешь?
Да, давай вместе.
Тяжелые куртки приходилось выкручивать вдвоем, взявшись с двух концов, точно отжимая толстые одеяла.
И вот, когда они наконец вытрясли остатки влаги и собирались разложить вещи на сухой земле, их окликнул Да Вун:
Эй-эй, вы чего? Если сушить прямо так, вонять же будет. Вот, держите.
А?..
Не успев ничего сообразить, люди с ошарашенным видом обнаружили у себя в руках по кусочку мыла в форме аккуратных сердечек.
...Что это?
Да, это было самое настоящее мыло. Сколько ни три глаза — мыло. Симпатичные пухлые сердечки с вкраплениями цветочных лепестков, источавшие нежный, пьянящий аромат.
Мыло ручной работы. Я его от нечего делать варю, так что скопилось прилично.
...?
В этих словах крылось нечто совершенно не укладывающееся в голове.
«От нечего делать?..»
Разумеется, в обычном мире хватало чудаков, варивших мыло от скуки. Но ведь они находились в Подземелье! Тут каждый день шел бой за выживание, откуда здесь взяться времени на скуку?!
Тем временем парень продолжил раздавать указания самым будничным тоном:
Там, где протекала крыша, набрались лужи, постирайте в них. А сушить спускайтесь вниз: на нижнем ярусе есть сушилка с тепловыми кактусами, там всё мигом просохнет.
...Что?
Ах да, чуть не забыл. Если захотите помыться, рядом с сушилкой есть сауна. Погрейтесь в горячей воде, смойте грязь.
...Сауна?!
Дальше всё завертелось само собой.
Следуя указаниям Да Вуна, ошеломленные участники постирали вещи и как следует отмокли в горячей воде. За считаные часы из ободранных доходяг они превратились в чистых, благоухающих и посвежевших людей.
А когда они вышли, перед ними уже стоял накрытый стол: пышущий паром белый рис, густой твендян-ччигэ и острая жареная свинина — чеюк поккым.
Раз уж я приготовил свежий кочхуджан, то заодно сделал чеюк поккым из мяса однорогого кабана,
...Чеюк?..
«Мы же в Подземелье... Мы ведь точно в Подземелье?..»
...?
Даже на хвастливое заявление Кролика, который вел себя точь-в-точь как хлопотливая матушка, наготовившая еды на всю семью, никто не нашелся что ответить.
Разумеется, это было вкусно. Невероятно, безумно вкусно!
Кусочки нежной свинины, утопающие в густом пряном соусе из кочхуджана и сладкой патоки, маняще блестели от острого масла. Зачерпнув щедрую порцию, положив ее на горку лоснящегося белого риса и отправив всё это великолепие в рот...
Хьа-а-а!..
Горячо! Но выплюнуть не поднялась бы рука. Стоило сжать зубы, как из сочного мяса брызнул обжигающий, сладко-острый сок. Слюнные железы просто взорвались.
Вкусно... До безумия вкусно...
И в тот же миг — то ли от жара острой приправы, то ли от пережитого холода — у людей брызнули слезы.
Всхлип...
Ы-ы-ых!..
Не сговариваясь, набивая рты рисом, участники принялись безудержно рыдать.
Сидя здесь, в тепле и сытости, они вдруг почувствовали, будто всё произошедшее этой ночью было дурным сном. Нет, кошмарным сном казался весь минувший год, проведенный в этом проклятом Подземелье.
[— Тьфу ты! Чего реветь над вкусной едой? Только блюдо слезами пересолите. Нате вот, запейте,] — ворчливо цокнул языком Кролик, разливая по стаканам газировку.
Люди долго не могли успокоиться.
Они просто... отчаянно хотели вернуться домой.
Пока одежда сохла, участники буквально засыпали Кролика вопросами.
Господин Кролик, если мы пройдем Подземелье до конца, мы правда вернемся домой?
Господин Кролик, а сколько всего этапов?
Я слышал от другого Помощника, что мы всего лишь жертвы для Дракона Конца... Значит, даже если мы всё пройдем, нас в итоге просто убьют?
Господин Кролик, ответьте нам!
Образовавшуюся паузу люди использовали, чтобы устроить Кролику форменный допрос. Казалось, они вот-вот сунут ему под нос воображаемые микрофоны.
Все эти выжившие когда-то начинали свой путь на Этапе-1 под его началом. Сменив за год немало Помощников, они слишком поздно осознали, что Кролик, при всей своей вредности, был среди них едва ли не самым доброжелательным. А теперь, узнав, что он каким-то чудом уволился со службы, они сочли этот момент идеальным, чтобы выведать ответы на терзавшие их страхи.
Вы уверены? Нас точно не принесут в жертву Дракону Конца на последнем рубеже?
А на каком этапе всё заканчивается?
Вы правда не знаете?
[— Да чтоб вас! Вас что, кругом одни обманщики окружали?!] — вскипел было Кролик.
Впрочем, за время странствий с Да Вуном он привык к подобным расспросам. Все новички всегда интересовались одним и тем же, и ответы отскакивали у бывшего Помощника от зубов.
Сам Да Вун, воспринимая их разговор как приятный белый шум, сладко клевал носом по соседству. Живот был набит до отвала, вокруг разливалось приятное тепло, и веки слипались сами собой.
Голоса постепенно угасали, удаляясь куда-то в туман.
Так начался его сон.
«...Где это я?»
Да Вун растерянно огляделся по сторонам.
Процветающий, величественный город. Оживленная рыночная площадь. И он сам, стоящий прямо посреди этой людской суеты.
Подходи, честной народ! Отличный товар, только привезли!
Свежие фрукты! Самые сладкие!
Почтенный господин, взгляните на эту ленту! Вашей прелестной внучке она будет к лицу!
Торговцы наперебой зазывали покупателей. Однако никто из них не обращал на Да Вуна ни малейшего внимания. Ни единого взгляда, ни слова. Словно его здесь вовсе не существовало.
«Неужели осознанное сновидение?..»
Приглядевшись, он заметил, что очертания домов подернуты зыбким маревом, создавая странное ощущение нереальности. Все люди вокруг двигались с неестественной быстротой, и лишь он один застыл посреди улицы. Возникло странное чувство, будто он шагнул прямо внутрь киноленты и наблюдал за происходящим изнутри кадра.
Нечто подобное Да Вун уже испытывал недавно.
«Мини-карта».
Точно. Ощущение было точь-в-точь как тогда, когда он наблюдал за О Дон Мином с высоты птичьего полета через интерфейс карты.
«То-то мне показалось, что люди какие-то крошечные...»
Впрочем, дело было не в людях. Опустив взгляд на собственные ладони, Да Вун опешил.
Огромные, тяжелые кисти рук явно принадлежали не ему. Ступни тоже стали гигантскими.
«Ого...»
До него наконец дошло: по какой-то неведомой причине он стал великаном.
Окончательно убедившись, что всё это лишь сон, Да Вун с беззаботным любопытством зашагал по мостовой, разглядывая незнакомый город. Пейзаж напоминал кадры из высокобюджетного исторического фэнтези. В тонкостях мировой архитектуры парень не разбирался, но здания, сочетавшие черты готики и Ренессанса, поражали своим величием.
«Красивое место. Жизнь так и кипит».
У исполинского роста нашлись свои плюсы: Да Вун мог без труда заглядывать в окна верхних этажей.
И тут — случайно ли, по воле судьбы — его взгляд зацепился за самое высокое здание в округе.
Из крошечного слухового окна под самой крышей робко выглянула маленькая девочка и встретилась с ним глазами.
Здравствуйте, сэр Вандайк!
«А?!»
Да Вун вздрогнул от неожиданности: его впервые кто-то заметил.
Миловидная кроха с тонкими чертами лица радостно махала ему крошечной ладошкой.
Сэр Вандайк, вы и сегодня такой огромный!
Это вы крохотная, юная госпожа. Когда же вы наконец подрастете?
«Постойте, это же не я сказал?!»
Помимо воли Да Вуна, из его груди вырвался низкий, сдержанный, но исполненный глубокой теплоты голос.
Хе-хе! А вот и неправда, между прочим, я в этот раз подросла!
Неужели? И насколько же?
Ну... самую капельку, хи-хи!
Смущенно переминаясь с ноги на ногу, девочка выглядела невероятно трогательно. Ее лицо озаряла лучезарная, открытая улыбка. Она щебетала без умолку, словно весенняя пташка, сияя чистой детской радостью.
«Аристократка? Или принцесса?.. Хотя странно...»
Да Вун обратил внимание на то, что на фоне роскошного особняка платьице на девочке было старым и застиранным. Да и комната, едва различимая за окном, казалась мрачной и серой.
«Прямо Золушка какая-то».
Складывалось впечатление, будто ребенка насильно заперли в этой каморке под крышей.
Вам не тяжело?
Малышка лишь беззаботно улыбнулась в ответ:
Со мной всё хорошо.
...Простите, что ничем не могу вам помочь.
Ну что вы, не корите себя! Правда, я в полном порядке!
От этой слабой, кроткой улыбки веяло щемящей грустью.
«Где-то я ее уже видел... Лицо кажется до боли знакомым...»
Пока Да Вун озадаченно перебирал воспоминания, мир вокруг внезапно окрасился в цвет тлена и праха.
Грохот!
«...?!»
Да Вун в панике завертел головой.
Прекрасный город лежал в руинах. Обрушенные крепостные стены. Пылающие дома. И горы изувеченных трупов на мостовых.
Процветающая цивилизация пала в единое мгновение.
И великан, в чьем теле он находился, тоже умирал. Да Вун отчетливо ощущал, как стынет исполинская плоть, но в то же время отстраненно наблюдал за агонией со стороны. Это двойственное чувство выбивало из колеи.
И в этот миг...
«Кто это?..»
В сознание Да Вуна хлынул чужой, полный нестерпимой муки голос.
Угасающий взор великана с трудом обратился к далекой лесной чащобе на горизонте.
Очертания леса показались Да Вуну смутно знакомыми.
«Погодите... Это же Звериный лес?!»
Вспышка!
Пламя, пожиравшее руины города, перекинулось на исполинское тело рыцаря. Адский огонь принялся сжигать великана заживо.
Но тот не сломился.
Исполин нашел в себе силы вновь подняться на ноги.
Однако...
Из клубов пепла перед ним соткалась черная, зловещая тень.
Увидев ее, Вандайк затрепетал от ярости и смертельного отчаяния. Буря его эмоций накрыла Да Вуна с головой.
На этом сон оборвался.
Дзынь!
«...?!»
Словно выброшенный мощным толчком из чужого тела, Да Вун рывком пришел в себя.
И в его голове гулким эхом отозвался глубокий, исполненный благородства голос:
Вжух!
«...?!»
Тело Чон Да Вуна озарилось ослепительным сиянием.