Том 2 · Глава 28. Логика Копья | Искажённый сад
Было раннее утро. В холле у лифтов штаб-квартиры NERV JPN по пути в командный центр пересеклись двое.
Доброе утро, командующий Кацураги.
А, доброе утро, замкомандующего. И снова ни свет ни заря, Сузухара-кун?
С тех пор как мы отправили Сорью... и Сенк, я каждое утро выхожу с ними на связь,
Ты успел просмотреть отчёт от технического отдела?
Тодзи кивнул:
Вы про анализ копья Евро-II, которое приволок Синдзи? В мощевике наконечника — они нашли щепотку соли.
Мощевик служил вместилищем для чего-то особо значимого или дорогого сердцу.
Идея отдавала мистикой и звучала совершенно ненаучно, но, поместив памятную вещь в такой отсек, пилот Евы мог легче проецировать своё А.Т Поле прямо на кромку оружия, что колоссально повышало пробивную силу и урон.
В основном этот феномен списывали на эффект плацебо. Выяснилось, что эффект сохранялся, даже если реликвию тайком извлекали без ведома пилота, и пропадал, стоит пилоту подумать, что вещь утеряна — независимо от того, так ли это было на самом деле. Из-за непредсказуемости Майя терпеть не могла использование мощевиков в бою. И всё же после битвы в штаб-квартире NERV трехлетней давности практически всё оружие Ев (за исключением энергетического и общего боекомплекта) оснастили мощевиками, чтобы каждый пилот мог задействовать их по своему усмотрению.
В боекомплекте «Пауэрд-8», который Аска взяла с собой в лунную экспедицию, было запечатано несколько волосков Синдзи — она буквально силой заставила его подстричься и отдать их ей. Они вместе наблюдали за процессом изготовления снарядов. Личное присутствие, похоже, играло ключевую роль в эффективности мощевиков, хотя причины этого явления всё ещё оставались тайной.
Если пилотом Евро-II и вправду была...
Да?
Забудьте.
Тодзи вышел из лифта на этаже операторских кабинок командного центра. Но про себя подумал:
«Если за штурвалом Евро-II действительно сидела Хораки, как вы говорите, значит, кто-то из её близких — может, даже семья — попал под свет Копья в Европе и превратился в соляной столб».
Когда Мисато поднялась этажом выше и ступила на мостик командующего, её встретили бодрые, энергичные аккорды электрогитары.
Переняв традицию одной бывшей космической сверхдержавы, ровно в семь утра Синдзи навел ультракоротковолновую антенну из Токио-3 на Луну и пустил в эфир музыку — неважно, слушал ли его кто-то на том конце.
Говорит Токио-3, — Доброе утро, Аска. Ты проснулась?
Задав вопрос, он сделал небольшую паузу, и все голоса в командном центре затихли. Утренняя песня разносилась по каждому уровню просторного помещения. Прошла секунда, две — время, необходимое радиосигналу, чтобы преодолеть триста восемьдесят тысяч километров до Луны и вернуться обратно, — затем третья, четвертая, пятая... но ответа не последовало.
Не позволяя себе терять надежду, Синдзи продолжил: — Уверен, ты уже на ногах. У нас тут солнечно. Музыку на сегодняшнее утро выбирал Аоба-сан. Я предлагал «What a Wonderful World», но Тодзи сказал, что это плохая идея — будет звучать так, будто это наша последняя трансляция или вроде того. Ах да, у меня отличные новости насчет Первой.
На верхнем мостике Мисато одними губами прошептала: «Супер-Евы», но Синдзи её проигнорировал.
С нижнего яруса Тодзи помахал рукой, привлекая внимание командующей, и перенаправил на её терминал отдельный входящий сигнал, принятый в рубке Хьюги.
Синдзи продолжал говорить с Аской, хотя ответа так и не поступало: — Похоже, мы нашли способ заставить Первого летать. Я предложил запустить меня с Танэгасимы, как Евы серии 0.0, но, судя по тому, как мне намылили холку, без твёрдой почвы под ногами от меня толку мало. Так что все в один голос твердят: никакой открытой космонавтики, пока не получим нормальное снаряжение. И ещё...
Голос Мисато резко перебил Синдзи, заглушив его слова:
Кадзи-кун... Рёдзи! Что с тобой стряслось?!
Мисато сорвалась на крик прямо на глазах у всех присутствующих.
Ошеломлённый Синдзи обернулся к мостику командующего:
Что происходит?
Тодзи перехватил видеосигнал и вывел его на главный экран. Это была картинка низкого качества, передаваемая с Кипра. Выражение лица Кадзи казалось абсолютно мёртвым, лишённым каких-либо эмоций.
В шоке Тодзи выкрикнул в гарнитуру:
Кэнскэ, да что за чертовщина?!
Голос Кэнскэ в наушниках Тодзи срывался на панику:
<< Я же говорю! Мы нашли артефакт Seele, и он превратил Кадзи-сана в совершенно другого человека! Он утверждает, что он и есть Seele — вроде Кила, но это же сам Кадзи-сан! Я не понимаю, ломает он комедию или что, но... Слушай, я пытался достучаться до командующей Кацураги. Заставь её выслушать, чувак! Я никому не отдам Кадзи-сана! Нам нужна срочная эвакуация! >>
Да подожди ты, — Объясни нормально, толком же ничего не понятно!
<< Это не тот разговор, чтобы вести его по открытой связи. Но одно я скажу наверняка: он уверяет, будто унаследовал память прежних миров. И даже не спрашивай меня, что за „прежние миры“! Его задача — внести нужные коррективы, чтобы запустить Проект Совершенствования Человечества и гарантировать, что прошлые ошибки не повторятся. Похоже, он и сам не знает, сколько его воплощений существовало до этого, но приколись — знаешь, как звали самого первого члена Seele? Ной. >>