Том 1. Глава 209
Леннокс Карлайл был безжалостным прагматиком.
«Хн...»
Под дрожащими веками Джульетты лениво скользили солнечные тени. Полуденное солнце мягко ложилось на её ресницы.
Леннокс, вместо того чтобы наслаждаться видом её голубых глаз, держал её за подбородок и нетерпеливо искал её губы.
Он чуть прикусил её нижнюю губу, а затем языком скользнул по краю её зубов, едва коснувшись её языка.
Но это длилось недолго.
«Мне...не хватает воздуха.»
Он задумался: [А была ли когда-нибудь моя внешность по-настоящему эффективной?]
С Джульеттой он был неуклюж и потерян.
Он знал, что стоит надавить сильнее, и она может испугаться и исчезнуть. Поэтому он клялся себе, что на этот раз не будет торопиться.
Но каждый раз, как только она оказывалась рядом, он забывал обо всём.
Он сходил с ума.
После её возвращения врач сказал ему:
Он запомнил эти слова.
Он кормил её, следил за сном, помогал с лёгкими упражнениями, развлекал, лишь бы она не скучала.
Для человека, который никогда в жизни не подстраивался под других, эти несколько дней были настоящим испытанием.
Только вот силы не восстанавливаются по щелчку пальцев. Это он упустил.
«Опять...»
«Что?»
Раньше его интриговало её равнодушие.
Но с ней всё было иначе.
Но теперь он даже не решался спросить, чувствует ли она то же самое.
«Хм?»
Из его объятий Джульетта потянулась рукой к столу.
«Виноград...»
На серебряном блюде лежали пёстрые, почти драгоценные гроздья: зелёные, фиолетовые, иссиня-чёрные ягоды.
Леннокс с недовольным прищуром перевёл взгляд на фрукты.
Он, пылающий от желания, и виноград, отвлёкший её внимание.
Это было почти оскорбительно.
«Они ещё остались...»
Джульетта пересела, поставив миску себе на колени. Она смотрела на виноград с неподдельным интересом.
«Уже почти конец лета.»
Леннокс молча смотрел, как она берёт ягоду и с удовольствием кладёт её в рот.
Ему и в голову не приходило, что он может проиграть вниманию к фруктам.
Смотрители виллы хвастались, что это особый сорт из центрального региона.
Так называемый «драгоценный виноград», ягоды разных оттенков, глянцевые, плотные, как настоящие камни.
«Я так хотела попробовать их раньше...»
Леннокс тут ни при чём. И это злило.
Она зажмурилась от кислоты, но тут же широко улыбнулась.
С этим виноградом у неё была связана одна память.
Когда-то, в далёком северном поместье, один добрый привратник, увидев, как она ничего не ест, принёс ей эти ягоды.
«Даже воду пить не могла от запаха, а вот этот виноград, хотелось до боли.»
Сейчас, когда она наконец его попробовала, вкус оказался не таким уж волшебным.
Обычно ей больше нравились мандарины и клубника.
«Даже не знаю, почему тогда так тянуло именно на него...»
Она подняла взгляд, и встретилась с внимательными глазами Леннокса.
Он всё понял.
Она оговорилась.
С лёгкой, неуверенной улыбкой она протянула ему тёмную ягоду.
«Сладкий.»
Он молча взял её, и вдруг притянул её руку, медленно облизав её пальцы, а потом коснулся губами внутренней стороны ладони.
«Джульетта...»
«Мм?»
«А давай поженимся?»
Она засмеялась.
«Ты же знаешь, что, когда предложение звучит так часто. Оно перестаёт быть особенным.»
Она ещё немного посмеялась и коснулась его щеки.
«Хочу, чтобы ты был в порядке…даже если меня рядом не будет.»
«Это невозможно.»
Леннокс улыбался, глядя ей в глаза, но внутри всё сжималось. Джульетта говорила это не в первый раз.
«Это был ты. Ты повернул время назад.»
С тех пор как она вернулась к нему, Джульетта всё чаще заводила один и тот же разговор.
Просила, нет, умоляла:
Она говорила сквозь слёзы, напуганная до глубины души.
Говорила, что цена, которую он заплатил, чтобы повернуть время, была слишком страшной. Почти нечеловеческой.
Леннокс не был шокирован.
«Я же с тобой.»
«Вот именно.»
«Ты просто...заставил всё произойти по-своему.»
Он обнял её, сдерживая нарастающее отчаяние.
Он уже понял: то, что она называла «теми временами», это то прошлое, которого он больше не помнил.
Она говорила об этом легко, будто обсуждала что-то бытовое.
Её голос был спокоен. Почти беззаботен.
Леннокс не сказал этого вслух, чтобы не тревожить её, но внутри разгорался вопрос, не дававший покоя.
(Это вопрос, на который у меня нет ответа.) — даже древний дух, к которому он однажды обращался, лишь покачал головой в ответ.
Каждый раз, когда она вспоминала то, чего он не знал, внутри всё сжималось.
Он будто смотрел на чью-то чужую память. И в этих воспоминаниях он сам - был чужим.
«Джульетта...»
«Ммм?»
«Я...когда-нибудь говорил тебе, что люблю?»
Он больше никогда не собирался её терять.
На рассвете Джульетта тихо выбралась из постели.
Выспавшись и немного придя в себя, она с досадой поняла, что снова провела полдня в спальне, не заметив, как пролетело время.
«Ай, да...»
Она вдруг вспомнила: у неё было одно важное дело.
«Ну и черт с ним. Просто отдых...»
На первом этаже было пусто. Босиком, на цыпочках, она спустилась по мраморной лестнице.
Из гостиной пробивался свет.
«Я же говорил.»
Осторожно заглянув в щель приоткрытой двери, Джульетта увидела Леннокса у окна.
Он говорил с человеком, стоящим напротив.
Это был Хадин, его доверенное лицо.
«Пришла срочная весть из столицы.»
«Второй принц...мёртв.»
Леннокс не удивился.
Да и Джульетта - тоже.
После того, как его преступления всплыли, судьба второго принца была предрешена.
«Он покончил с собой. До начала суда.»
Леннокс усмехнулся, не отрывая взгляда от окна.
«Сам? Или кто-то помог?»
«Скорее всего, вмешался сам Император.»
Похороны, наследный принц, церемония престолонаследия...
Не дожидаясь продолжения, Джульетта тихо отступила от двери и, не издав ни звука, вышла через заднюю дверь.
Свежий воздух окутал её, как тонкая вуаль.
Медленно, с удовольствием, она пошла вдоль ручья.
Трава была влажной, шуршащей.
Капли росы оставляли зелёные разводы на подоле, но она не обращала на это внимания, утро слишком радовало.
Когда она убедилась, что вокруг никого нет, остановилась у воды. Коснулась кулона на своей шее - серебряного ключа.
«Выходите.»
Из кустов вылетели крошечные огоньки.
К счастью, в этот раз это была не форма ребёнка, как раньше.
(Мы сдержали обещание!)
Маленькие световые существа заговорили хором, перебивая друг друга.
(Плохая змея ушла! Мы её прогнали!)
(Больше не вернётся!)
(Проклятия нет!)
(Теперь всё по-настоящему безопасно!)
Джульетта улыбнулась.
«Я знаю.»