Глава 84. Пролог (1)
Кан Чан собирался ехать на машине Сок Кан Хо. Оставалась одна проблема — раны.
Сок Кан Хо уже замотали бинтами весь торс, а у Кан Чана кровь всё ещё проступала через одежду.
Господин Кан, теперь давайте вас всё-таки обработаем,
Может быть, именно потому он и говорил так откровенно, что Кан Чан до самого конца сидел рядом и не давал заняться собой. Но кровь пора было остановить.
Хоть перевяжись, — В больнице «Панджи» родители. Здесь кое-как закроем раны, потом заедем в гипермаркет, купим по футболке и переоденемся.
Кан Чан недовольно цокнул языком, но поднялся.
Сначала все спустились к ресторану, затем на «Шифе» Сок Кан Хо выехали к большой дороге. Там ждали легковая машина и фургон. Ким Хён Джон подвёл Кан Чана к фургону, а один из агентов по его приказу осмотрел повреждения.
Надо накладывать швы.
Здесь всё равно нечем. Просто туго забинтуй.
После дезинфекции агент буквально стянул раны бинтами.
Спасибо.
Кан Чан вышел. К нему подошли Ким Хён Джон и Сок Кан Хо.
Я поеду с господином Сок.
Господин Кан...
Начальник словно хотел что-то добавить, но передумал.
Хорошо.
Они разъехались.
Может, всё-таки одежду купить?
Поехали ко мне. Дом пустой, там и переоденемся.
Точно. Я и забыл.
Он кивнул, а потом осторожно покосился на Кан Чана.
Что?
Глаза убери. Кто увидит
Представлю, как Ян Джин У сейчас сидит где-нибудь и посмеивается,
Человека, чьё имя знает вся страна, не пойдёшь просто так и не свернёшь ему шею. Да и доказательств у нас пока нет. Он именно потому так действует, что это понимает.
Ублюдок. Денег столько, что до конца жизни не потратить. Жил бы себе спокойно. Нахрена лезть в такое?
Из-за «Соджон Моторс», говорят.
Да к чёрту «Соджон Моторс»! Они сами позже влезли в чужую сделку. Сколько они там вообще потеряли? И главное
А в чём?
Он помог устроить покушения на Ланока и моего отца, чтобы остановить проект «Единорог». Вот этого я не понимаю. Если Корея станет богаче, Ян Джин У заработает больше большинства. Неужели из-за того, что ему не отдали право продавать машины «Гонт», можно вот так легко распоряжаться чужими жизнями?
Пробка раздражала. Кан Чан опустил стекло, и в салон сразу хлынул горячий воздух, особенно тяжёлый после кондиционера.
Значит, мы чего-то не знаем,
Значит, не знаем.
Увидев его взгляд, Сок Кан Хо больше не продолжал. ∗ ∗ ∗ Французский ресторан в отеле «Корея».
Ян Джин У сидел в отдельном кабинете. Перед ним остывали улитки, но к вилке он так и не притронулся. Из четырёх человек, которые встречались прежде в японском ресторане, отсутствовал только Хо Сан Су.
Что сказал депутат Хо?
Велел убедиться, что все материалы уничтожены.
Это уже сделано.
Ян Джин У повернул голову. Мужчина слева склонился.
И на этот раз всё испортил Кан Чан.
Начальник Квак, — Меня интересует не то, кто опять помешал. Я хочу услышать, что вы собираетесь делать с этим бешеным жеребёнком.
Квак До Ён был огромным человеком. Крупные глаза, тяжёлые кисти, массивные ступни — рядом с ним даже стол и посуда казались меньше обычного.
Пока мы не вернули влияние на Национальную разведывательную службу, действовать приходится осторожно. Мы проверяем прошлое самого Кан Чана, Кан Дэ Гёна и Ю Хе Сук. Но, кроме недавних событий, ничего подозрительного не нашли. Поэтому и медлим.
Начальник Квак.
Да, председатель.
Ян Джин У отпил воды из хрустального бокала.
Я считаю, что уже сделал для этой страны и народа достаточно.
Никто с этим не спорит.
И сейчас то же самое. Мне сказали, что это нужно для народа и государства, — мы даже его родителей тронуть не можем.
В этом вопросе лучше немного выждать.
Мне должно стать легче от ожидания?
Уголок рта Ян Джин У приподнялся.
Если наш народ продают Западу, а тех, кто всю жизнь его кормил и одевал, в ответ ещё и называют предателями, я лучше вообще выйду из этого дела.
Квак До Ён нахмурился. Ему явно не нравилось, куда идёт разговор.
Я обязательно передам депутату Хо, насколько твёрдо вы настроены.
Этому предателю нужен недвусмысленный урок. Он должен понять: безродный мальчишка не может делать что ему вздумается только потому, что ему однажды повезло. Иначе в следующем плане я не участвую.
Квак До Ён тяжело вздохнул.
Председатель, такие слова могут обидеть депутата.
Пусть обижается. Из его родителей достаточно наказать хотя бы одного. Эти ничтожества решили, что могут бросить мне вызов, потому что верят своему паршивому сынку. Не думаю, что смерть матери заставит Кан Чана хоть глазом моргнуть, но увидеть её труп
Передам дословно.
Поверю вашему слову. Завтра перечислю необходимые средства.
Ян Джин У перевёл взгляд. Начальник секретариата Чо Иль Гвон посмотрел на Квак До Ёна поверх очков. ∗ ∗ ∗ — Дорогой, а мы точно можем всё это принять? — Ю Хе Сук тревожно рассматривала конверты.
Успокойся. Как мы теперь их вернём? Да и деньги меня волнуют меньше всего. После сегодняшнего я хотя бы понял, что наш сын не занимается чем-то дурным.
Она не сразу уловила мысль.
Премьер ведь прямо сказал: дело тяжёлое, но сейчас без нашего Чана не обойтись. Я об этом.
А я уже решила, что ты знаешь что-то ещё.
Откуда? Да и Чан за тебя любого порвёт, это я точно понял.
Ю Хе Сук довольно улыбнулась.
Ты что будешь на обед?
Езжай домой. Поспи, позаботься о Чане и завтра возвращайся.
Нет.
Она отложила конверты и провела ладонью по руке мужа.
Сегодня останусь. Чану позвоню. А ты давай быстрее приходи в себя. Похоже, я свалила на тебя слишком много и даже не заметила. Прости.
Глупости.
Тяжело было? Я не понимала, что ты вымотался настолько, что свалился с температурой.
Что это с тобой сегодня? Если так виновата
Ну ты даёшь! А если кто-нибудь войдёт?
Она поджала губы и шлёпнула его по руке.
Мы одни.
А ты одним поцелуем ограничишься?
Неужели думаешь, я в больничной палате полезу дальше?
Ох, мужчина...
Ю Хе Сук сдалась, наклонилась и поцеловала мужа.
Теперь доволен?
Очень!
Она крепко сжала его ладонь.
Я всё время благодарна тебе, что встретила тебя. И всё время счастлива, правда.
Наша госпожа сегодня совсем не похожа на себя.
Наверное, просто слишком счастлива из-за тебя и Чана.
Они так и остались сидеть, держась за руки. ∗ ∗ ∗ По дороге домой Кан Чан созвонился с матерью и договорился, что сегодня останется в квартире.
Сразу после приезда он дал Сок Кан Хо чистую удобную одежду, сам быстро умылся и переоделся.
Кидай сюда. Выбросим по дороге.
Из-за ножевых ран он уже потерял столько вещей, что сбился со счёта.
Что с ужином?
Поесть надо.
Тогда поехали в тот ресторан домашней еды в Мисари. Потом кофе выпьем. Всё равно дома курить неудобно.
Давай.
Они снова вышли из квартиры.
Ян Джин У убить хочешь?
Да.
Похоже, он ожидал именно этого и просто кивнул.
Он уже покушался на наших. Какая бы причина ни стояла за этим, если не получит желаемого, не остановится. Так что решим по-нашему.
Способ придумал?
Пока нет. Сначала нужно собрать сведения. Без них дёргаться бессмысленно.
Легко не будет.
Конечно. Подумаем.
Кан Чан отвёл взгляд от окна и провёл рукой по лбу.
В Мисари они сперва съели обычный корейский ужин. Аппетита не было, но, когда принесли еду, Кан Чан неожиданно опустошил миску риса до последнего зерна.
Потом, как само собой разумеющееся, отправились в знакомую кофейню. Персонал уже узнавал их.
Заказали два холодных кофе и сели на открытой террасе с видом на реку.
Кофе принесли, пока они курили.
Завтра попрошу у начальника Ким данные по Ян Джин У. Даст — переживём. И ещё: заниматься этим будем только мы вдвоём. Больше никого.
Понял.
Решение было принято, и от этого стало спокойнее. ∗ ∗ ∗ Вернувшись в Сеул, Кан Чан расстался с Сок Кан Хо возле дома.
Ехать в больницу в таком состоянии было нельзя. Ярость так и сидела в глазах; родители сразу поймут, что что-то случилось.
Ощущение было мерзким: враг стоит буквально перед тобой, неизвестно, когда снова ударит, а тебе словно приказали не трогать его первым.
Почти двадцать бандитов мертвы.
Кан Чан всегда презирал их и саму такую жизнь не принимал, но это не значило, что они должны были погибнуть настолько бессмысленно.
Если бы он проявил хоть немного больше осторожности. Если бы не решил, что люди с места аварии были обычными бандитами. Если бы не расслабился только потому, что знакомый О Гван Тэка тоже оказался из той среды.
Гостиная давно утонула в темноте, а Кан Чан так и не включал свет.
«Холоднее. Думай холоднее».
Он медленно выпустил воздух и заставил себя успокоиться.
Телефон завибрировал. Экран на секунду осветил комнату.
«Это что, намёк наконец включить лампу?»
Кан Чан щёлкнул выключателем и посмотрел сообщение.
«Ты где?»
Ким Ми Ён.
Сразу вспомнился поцелуй с Мишель. Стало неловко. Но вместе с длинным выдохом ушла и часть злости.
Может, не звонить? Он всё ещё был на взводе и боялся наговорить лишнего.
Пришло второе сообщение.
«Я закончила занятия, иду домой».
Кан Чан представил, как она плетётся усталая и понурая, и невольно усмехнулся. Немного поколебался, затем нажал вызов.
Алло?
Только освободилась?
Ага!
Сегодня она снова казалась младшей сестрой. От одного голоса напряжение немного отпустило.
Увидимся ненадолго?
Правда можно?
«Ну как после такой радости сказать „нет“?»
Уже выхожу.
Хорошо!
Кан Чан спустился из квартиры. Ким Ми Ён заметила его у подъезда и сразу побежала навстречу.
Упадёшь!
Хе-хе-хе.
Ну и ребёнок.
Он огляделся. Было жарко и суббота, поэтому почти все скамейки занимали люди.
Пойдём за патбинсу?
Не могу. Сегодня надо рано домой.
Ким Ми Ён тоже оглянулась: похоже, чужие взгляды её смущали.
Тогда просто пройдёмся?
Давай.
Кан Чан забрал её сумку, повесил на плечо, и они неторопливо вышли за пределы комплекса.
Ким Ми Ён широко зевнула.
Спать хочешь?
Немного. Я сейчас отдельно французским занимаюсь, поэтому сплю часа по три.
Зачем себя так мучить? Сначала нормально сдай вступительные, а потом уже налегай на язык.
Я готовлюсь сдать DELF до конца года.
Уже?
«Это вообще реально?»
Не начальный DILF, а DELF — экзамен как минимум на самостоятельное владение языком. И она взялась за него буквально за несколько дней?
До конца года ещё время есть. Я решила закончить первый семестр здесь, а потом уехать учиться во Францию. Молодец ведь?
Это серьёзно. Очень.
И сказал он это без всякой иронии.
Если она сдаст DELF за шесть месяцев, то ещё через год, пожалуй, сможет говорить почти как местная.
Мне сейчас ужасно нравится учиться. Я распланировала всё так, что французским можно заниматься только после того, как закончу основную программу, поэтому и остальные предметы идут лучше. Как подумаю, что в следующем году мы будем жить во Франции, сразу силы появляются!
Кан Чан рассмеялся. Ким Ми Ён ответила своим характерным хихиканьем.
На следующий день рождения я уже буду во Франции. Ты обещание не забудь.
Не забуду.
Хе-хе-хе.
На секунду показалось, что за последние дни она повзрослела, но стоило услышать этот смех — снова обычная старшеклассница. «Скумбрия», как он про себя её называл.
А фигура у неё, пожалуй, даже пышнее, чем у Мишель. При тонкой талии грудь и бёдра...
«Ты совсем охренел? Кого с кем сравниваешь?»
Кан Чан встряхнул головой, выкидывая лишнее.
Пока они шли, злость почти совсем выветрилась.
Я буду стараться.
Хорошо.
Ким Ми Ён повернула к нему лицо, и сердце у Кан Чана вдруг тяжело ударило. Она умела работать до изнеможения; такой взгляд не ломается от первой трудности.
Ми Ён, ты ведь сначала поступаешь в сеульский университет, правильно?
Да. Говорят, потом так проще оформить учёбу во Франции.
Он спросил на всякий случай и успокоился.
Они обошли примерно половину жилого комплекса и по короткой дороге вернулись к подъезду.
Сегодня выспись. Завтра воскресенье, если захочешь
Что? Я поэтому тебе не нравлюсь?
Вот сейчас — типичная ученица средней школы.
Не выдумывай. Я просто беспокоюсь.
Ладно. Тогда сегодня лягу пораньше. Пока!
Пока.
Кан Чан помахал ей. Ким Ми Ён быстро убежала к дому — будто уже снова спешила к собственной цели.
Он бы ещё посидел на скамейке, но вокруг по-прежнему было полно семей. Пришлось идти домой.
Чуть позже позвонила Ю Хе Сук: проверила, поел ли он, всё ли в порядке, а потом передала телефон мужу. Кан Дэ Гён говорил спокойно, и это радовало.
«А вот О Гван Тэк молчит почему?»
Какими бы бандитами ни были погибшие, смерть у них вышла пустой и бессмысленной. После полицейского госпиталя тела должны были отправить в морг или похоронный дом. То, что О Гван Тэк не позвонил, тревожило.
«Может, самому набрать?»
Кан Чан некоторое время смотрел на телефон, затем всё-таки ушёл в спальню и лёг, не раздеваясь.
Раны слегка ныли. С этим ощущением он и уснул. ∗ ∗ ∗ Утром Кан Чан собрался в душ, но ограничился тем, что вымыл голову и умылся. Бинты на боку и плече промокли гораздо сильнее, чем он ожидал.
На завтрак — разумеется, омлет.
Проклятая еда. С родителями ещё ничего, а одному есть её совсем тошно.
Он переоделся, собираясь в больницу. Вчерашняя одежда задубела от засохшей крови — опять на выброс.
Ян Джин У, сукин ты сын.
Надо было хотя бы посмотреть его рожу в интернете.
Кан Чан спустился, выбросил испорченные вещи в контейнер для раздельного сбора и поймал такси.
Если в «Панджи» его теперь кто-то не узнавал, вот это уже было бы странно.
Дежурный врач, куда спокойнее Ю Хон У, осмотрел раны, промыл их, наложил швы и свежие повязки.
Первая помощь была хорошая, так что серьёзных проблем не ожидаю. Сделаем укол, получите рецепт и можете идти.
Спасибо.
После инъекции Кан Чан сунул рецепт в задний карман и поднялся к отцу.
Дверь отъехала.
Ой, сынок!
Как вы сегодня?
Намного лучше. Ты завтракал?
Да. Омлет сделал.
Кан Чан сначала посмотрел на Кан Дэ Гёна, затем на мать.
А вы ели?
Здесь больница какая-то странная. Мне тоже принесли огромный завтрак, будто спецпитание. Они потом не выставят нам бешеный счёт?
Отец и сын рассмеялись одновременно.
Больше ничего не случилось?
Нет. Всё спокойно.
Рядом с матерью становилось тепло и тихо.
Чан, ты можешь немного посидеть здесь?
Конечно. А что?
Хочу отправить маму домой отдохнуть. У меня обычное переутомление, а она всё повторяет, что одного меня оставить нельзя. Эй, дорогая, Чан теперь здесь. Съезди домой, поспи и потом возвращайся.
Вот и правильно, — Я побуду с папой, а вы отдохните.
Хорошо, сынок. Тогда мама примет душ, переоденется и вернётся. Присмотри за папой.
Ю Хе Сук погладила его по плечу и вышла.
Чай пили?
Мама делала. Захочешь
Не надо.
Пакетированный кофе только разбудит желание закурить.
Кан Дэ Гён неожиданно спросил:
Ты ведь всё ещё переживаешь за меня?
Он смотрел сыну прямо в лицо.
Когда ты успел так вырасти?
Отец, полусидевший на поднятой кровати, растрепал ему волосы.
Не тревожься обо мне. Если ты считаешь своё дело правильным, значит, делай. Я видел глаза людей и школьников, которые приходили сюда. Там была искренняя благодарность. Для меня этого достаточно. Поэтому не трать силы на лишние страхи за отца. Если понадобится помощь
Кан Чан только моргал, не зная, что ответить.
Кажется взрослым, а иногда посмотришь
Отцовская ладонь на голове была удивительно приятной.
Чан.
Да, пап.
Я не стану спрашивать, почему те люди напали на меня и откуда ты это выяснил. Только одно: постарайся, чтобы мама больше не пугалась и не пострадала.
Обязательно.
В тот момент Кан Чан решил, что Ян Джин У надо убить как можно быстрее.