Том 1. Глава 118
О праведные боги…
Безумное Копьё мертв!
Уа-а-а-а-а-а-а-а-ах!!
Смерть одного из имперских чудовищ…
И пусть его сразили исподтишка, когда тот уже истекал кровью и выбился из сил, армию Королевства подобные мелочи не волновали.
Главное — Мастер мертв!
Знаменитый имперский воитель, Безумное Копьё, испустил дух!
Боевой дух воинов взлетел до небес. Забыв о еще недавнем отчаянии, армия Королевства ринулась в контратаку, беспощадно выкашивая солдат Империи.
На этот раз в замешательстве застыли уже имперские Мастера.
Ха-а… Как один ублюдок смог так переломить ход битвы? Весь наш замысел коту под хвост.
Все планы — заставить принца Хлою впасть в безумие, убить королеву и сровнять с землей королевский замок — пошли прахом.
Они и в страшном сне не могли представить, что архиепископ сгинет настолько беспомощно.
Да и кто вообще способен был вообразить подобный исход?
Прославленный никчемыш, дурная слава о котором гремела даже в империи, —
Каллиус фон Зерван спас королевство!
«Какая колоссальная потеря...»
Империя лишилась сразу двоих Мастеров.
А что же королевство? Кого потеряли они?
Да никого стоящего.
Большинство убитых — лишь паразиты, пожиравшие страну изнутри. Разве ключевые опоры государства не остались в полном здравии?
Более того…
Кажется, прямо сейчас на их глазах закладывался фундамент для еще одного столпа.
Оставлять всё на самотек было нельзя.
Восходящая звезда может сиять сокрушительно ярко, но погасить её
Тяжелый шаг.
Призрачное Копьё принял решение.
Призрачное Копьё! Куда это ты навострился?!
Сражаться с тобой
Его копьё блеснуло холодной сталью, словно хищно облизнувшись.
Второй по силе копьеносец Империи.
Призрачное Копьё, Семка.
Его оружие, носившее имя «Десять Тысяч Возвращаются к Одному», обладало способностью запечатывать души сраженных им могучих воинов.
И чем больше благородных рыцарских душ покоилось внутри, тем сокрушительнее становилась его мощь.
Число плененных душ в копье Семки уже давно не поддавалось счету.
Каждая из них, когда-то сиявшая доблестью, —
была его гордостью, живым свидетельством славных побед.
И, разумеется, смертоносной силой, помогавшей в бою.
Взвой, Десять Тысяч!
А-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-ах!!
За спиной Призрачного Копья из небытия соткался тёмный дух.
Нацелив оружие точно в шею юного воина, —
Призрачное Копьё сделал молниеносный выпад.
Теневой дух с оглушительным воплем обратился в черное копьё и устремился вперед.
Сгусток чистой мощи, тяжелый, словно рухнувшая горная вершина!
Попробуй-ка отбей, новый меч Королевы!
Резкий поворот.
Новый меч королевы наконец вскинул голову.
Серые зрачки Каллиуса вновь преобразились, вспыхнув драконьим вертикальным разрезом.
Кр-р-р-р!
Пространство затопила первобытная волна ужаса.
Волоски на теле Семки встали дыбом.
«И как давно я не испытывал ничего подобного?»
Тень азарта скользнула по губам Призрачного Копья, но ровно в то же мгновение клинок Каллиуса рассек воздух.
Свист.
«!»
Он-то полагал, что юный рыцарь, хмельной от нечеловеческой мощи Светлого Дракона, попытается лоб в лоб пережать его грубой силой, но увы.
«Парировал?! Да как так-то?!»
Будто из его выпада до последней капли высосали всю силу!
Призрачное Копьё мгновенно отшатнулся назад, уклоняясь от опасной ближней дистанции.
Вот только отправленное в атаку копьё уже не могло сбежать вместе с хозяином.
Оружие, выкованное из души воина континентального масштаба...
От него невозможно было просто так отмахнуться!
И всё же его срубили единым росчерком.
… Что за?..
Словно рассекли обычный воздух!
Семка явственно ощущал свирепую драконью ауру, вплетенную в удар.
Однако даже её не хватило бы, чтобы так легко остановить Копьё Империи.
Семка предпочёл ретироваться вовсе не из страха.
«Душа… испепелена».
Оружие Семки полностью оправдывало прозвище хозяина.
Он на инстинктивном уровне контролировал каждую из плененных душ, а потому мгновенно ощутил, как их число сократилось.
Душа попросту исчезла! В голове это не укладывалось!
… Что это за меч?!
В ответ губы Каллиуса тронула хищная усмешка.
「Меч-Хищник — Духовный меч Внедренная душа — Пожирание Благородное пожирание
«Вот это куш».
Внезапная вылазка Призрачного Копья выглядела смертоносной, но при виде несущегося на него фантома в голове Каллиуса блеснула дерзкая мысль.
Ведь это копьё — лишь один из духов, заточенных в оружии «Десять Тысяч». А значит, оно соткано из чистой душевной энергии.
Так почему бы не скармливать её Мечу-Хищнику?
Безумная идея тут же превратилась в действие.
«Даже под действием [Драконьей Мощью] пришлось непросто… Копья Империи чертовски опасны».
Рука, сжимавшая эфес, едва заметно дрожала.
Из-за того, насколько спешно пришлось парировать выпад, кромка Меча-Хищника покрылась сколами.
Удар таил в себе чудовищную разрушительную силу.
Промедли Каллиус хоть на долю секунды — и с ним было бы кончено.
По-хорошему, отразить такую атаку ему было не под силу.
Лишь Меч Светлого Дракона, вонзенный в самое сердце, да бафф физических характеристик от [Драконьей Мощи] превратили невыполнимую задачу в просто чертовски сложную.
Ну что ты застыл, Призрачное Копьё? Выпускай остальных!
…
Семка находил происходящее полнейшим абсурдом.
Какой-то сосунок стоит перед ним и дерзит, требуя призывать новых духов?!
И всё же факт оставался фактом: плененная душа испарилась от одного взмаха клинка. И это заставляло проявлять крайнюю осторожность. С подобным он не сталкивался никогда в жизни.
Тем более этот Каллиус, похоже, искренне кайфовал и требовал добавки.
Призрачное Копьё мрачнел на глазах.
«С одного удара прикончить не вышло, а второго шанса они не дадут».
Виктор, опомнившись от замешательства, уже не спускал с него глаз, да и остальные рыцари взвели клинки.
Продолжать битву в одиночку — чистое самоубийство.
Что, всё? Больше никого не вызовешь?
Каллиус рассчитывал довести Меч-Хищник до ранга меча видений, но Призрачное Копьё явно не собирался играться по его правилам.
Поглотив душу, Меч-Хищник заметно налился мощью.
Внешне клинок остался прежним, но Каллиус буквально кожицей чувствовал, как внутри оружия пульсирует подскочившая сила.
И опять же, спасибо за такую обостренную чувствительность [Драконьей Мощи].
Тч! На сегодня закончим, щенок. Но я это запомню.
Мгновение — и имперец растворился в воздухе.
«Досадно...»
Всё-таки он настоящий Мастер Империи.
Чутья ему точно не занимать: моментально сообразил, что расклад не в его пользу, и предпочел отступить.
Впрочем, хоть это и было с его стороны чертовски здраво...
Мне же лучше.
По шее Каллиуса стекал холодный пот. Продолжи Призрачное Копьё бой, удержать текущий уровень силы вряд ли бы удалось. Ситуация балансировала на грани катастрофы.
Вспышка.
Зрачки Каллиуса приняли прежний вид, и нечеловеческая мощь стремительно хлынула из тела.
…!!
Отдача от [Драконьей Мощи].
На Каллиуса обрушился настоящий океан боли.
Угх-а-а!!
Казалось, тело рвут на мелкие части.
Невидимые клинки терзали плоть изнутри, укол за уколом.
Каждый нервный узел вспыхивал адским огнем.
Дикая агония сковала разум.
«Настолько... адски больно?!»
Вращаясь в водовороте мук, Каллиус больше не мог сдерживать крик.
А-а-а-а... а-а-а-а-а-а-а-а-а-ах!!
Слезы брызнули из глаз, и он кулем повалился на землю. По воздуху разошлась силовая волна.
[Ваша особенность «Закалка Костей» осваивает «Драконью Мощь».] [Освоение «Драконьей Мощи» — 3%.] [При следующей отдаче от «Драконьей Мощи» боль снизится на 3%.]
Сознание Каллиуса осколками разлетелось в темноту.
Вслед за Призрачным Копьем пришла в движение и вся Имперская армия, ударившись в бегство. Прочие Мастера тоже предпочли отступить.
Им откровенно не было дела до бившегося в конвульсиях Каллиуса. Зато войска Королевства, обязанные ринуться в погоню, в замешательстве застыли при виде этой картины.
Королева, подхватив пышную юбку обеими руками, бросилась вперед.
К лежащему без чувств рыцарю.
Но не успела она подбежать...
Каллиус! Очнись! Ты мне ещё долг не вернул!!
Рыжеволосая воительница оказалась там первой.
Паладин Хелена, Золотая Смерть, словно шагнув из тени, тут же припала к Каллиусу, проверяя его пульс.
Следом подоспела синеволосая женщина, а вокруг спешно плотным кольцом смыкались рыцари и солдаты, готовые отразить любой коварный удар.
Глядя на них, королева Клара перевела дух.
Ей удалось вернуть самообладание, глядя на лежащих без сознания Каллиуса и принца Хлою.
Живы. Оба живы.
Пусть при смерти, но дышат.
Да и Джеральд, Мастер королевства, тоже цел.
Истекает кровью, но выкарабкается.
Значит, сегодняшний бой завершен.
Пока они дышат, остаётся и надежда на реванш.
…
…
Над полем битвы воцарилась гробовая тишина.
Остатки Имперской армии в беспорядке отступали, а у разбитых мятежников не оставалось сил даже на сопротивление.
По всем правилам ведения войны следовало добить врага, но армия Королевства сама еле держалась на ногах.
Внезапный удар Империи оказался катастрофическим, а предательский нож мятежников в спину едва не стал роковым.
Половина дворца лежала в руинах, и хотя победа осталась за Королевством, воины смотрели вокруг стеклянными глазами, выжатые досуха страхом и дикой усталостью.
Каллиус являлся главным стержнем всей этой победы, но раз уж и он повалился без чувств, строй окончательно потерял уверенность. Людей накрыла липкая тревога.
Дальше так продолжаться не могло.
Королеве не требовалось подсказок — она мгновенно оценила обстановку. Тихо сглотнув, юная правительница шагнула вперед.
Прижав ладонь к бешено стучащей груди, она возвысила голос, обращаясь к людям, чьи взоры полнились отчаянием и пустотой:
Слушайте меня!
Голос королевы, принявшей тяжелый жребий, —
хоть и оставался еще по-детски звенящим, полнился несломимым величием монарха.
Изменившие присяге дворяне подняли мятеж, а архиепископ Ордена впустил в наш дом врага. Из-за их предательства Карпе сегодня лишилось многих великих воителей.
…
…
И среди них — Салливиан, что была непререкаемым авторитетом и наставницей для сотен из нас.
Но мы выстояли! Сегодня мы сокрушили гордую Империю!
Хотя в глубине души она понимала, что лично её заслуги в этой победе нет.
Раны, нанесенные королевству, глубоки, и шрамы от них останутся навсегда.
Вражеский напор был беспощаден — даже королевский замок превратился в груду обломков.
Она и представить не могла, сколько лет и трудов уйдет на восстановление.
И все же…
Карпе… победило!
Пусть победа пиррова — но это победа!
Карпе не сломать! Сегодняшняя боль станет лишь очередным шагом на нашем пути! Она закалит нас и сделает крепче!
На глазах королевы закипели слезы.
По щеке катилась одинокая прозрачная капля.
Но ни одна душа не смела упрекнуть её в слабости. Каждый присутствующий до боли в груди понимал, что кроется за этой слезой.
Правительница была в ярости.
И душа её разрывалась от скорби.
А потому слова её звучали и как поддержка, и как нерушимая клятва венценосца:
Карпе никогда этого не забудет!
Позор этого дня.
Гнев и печаль этого дня.
И…
…тех, кто привел нас к победе.
Она обвела взглядом неподвижное тело Каллиуса и израненный королевский замок.
Везде лежали павшие на обломках стен.
Кто-то встретил смерть, лишившись конечностей. Кого-то вражеские копья пригвоздили прямо к каменной кладке. Слишком многие ушли навечно...
Они отдали жизни за Карпе.
Не только выжившие —
Каждый, кто до конца стоял за родину, вписал свое имя в сегодняшнюю поминальную летопись героев.
Виктор.
Да, Ваше Величество.
Спасение принца Хлои и графа Зервана
Будет исполнено.
Королева продолжала вглядываться в очертания руин.
Кулаки её сжались до побеления костяшек.
И наконец она со звоном выхватила клинок из ножен:
Отныне Некомпетентной Королевы больше нет!
Бульк, бульк.
Первое, что вернуло Каллиуса к жизни, — мерный звук кипящего зелья.
Он замер, вслушиваясь.
Что-то до боли знакомое...
«Мастерская Беатрис?»
Похоже на то.
Но с какой стати?
До завершения подземной мастерской в особняке еще пахать и пахать.
Как он тут оказался?
Каллиус разомкнул веки.
… Чем занята?
Почувствовала, что ты пришел в себя.
Может, уберешь физиономию? Я встать не могу.
Это еще почему?
Носом в тебя уткнусь.
А я совсем не против, если ты уткнешься во что-нибудь еще...
??
Каллиус сдвинул брови, уставившись на её соблазнительные вишнево-алые губы.
Как я здесь оказался?
Посекло тебя знатно. Да и времени уйма прошло.
Игриво проведя языком по губам, Беатрис поднялась и налила бурлящее зелье из котла в глубокую пиалу.
Она слегка подула на снадобье, помешивая ложкой, чтобы остудить.
Сколько я провалялся?
Зима кончилась. Нынче весна.
!
Каллиус дернулся было подняться, но тело мгновенно пронзила дикая вспышка боли.
Угх!..
Осторожней ты. У тебя мышцы в труху, а кости в дребезги. Обычный смертный после такого из постели годами бы не вылезал.
Беатрис мягко уложила Каллиуса обратно на подушки, зачерпнула ложкой загадочную жижу и поднесла к его губам:
Ну-ка, открой ротик, скажи «а-а-а».
… Сам выпью, не маленький.
Ты что, отвергаешь мою заботу?
Это ты-то заботишься?
Ну разумеется. А что же это по-твоему? М-м?
… Ты вроде как злишься на меня.
О-о-о, еще как злилась!
Каллиус пытался сообразить, чем успел накосячить, но память напрочь отказывала.
Пока ты преспокойно дрых, Карпе потихоньку отходило от шока. Замок вон почти заново отстроили. И кстати, в курсе, как тебя теперь в народе кличут? Рыцарь Королевы. Ничего себе взлет для известного на весь свет умолишенного, а?
От зимы к весне...
Когда он добрался до замка, зимние дни уже подходили к концу. Стало быть, утекло месяца три, а то и все четыре.
… Это ещё что?
И вот это тебя заботит в первую очередь? Хм. Это зелье TD. Концентрация тут в сотню раз выше той бурдамаги, которой ты поишь Шестой отряд.
А как же испытания?
Все проверено, не бойся. Пей давай, оно безопасно. Тело быстро на ноги поставит.
Отказываться смысла не было.
Опорожнив пиалу в несколько больших глотков, Каллиус тут же почувствовал, как по жилам разливается животворное тепло.
Ну как?
Сойдет.
Похоже, благодаря присутствию Меча Светлого Дракона в груди, организму было куда проще усваивать драконью энергию.
Каллиус на собственной шкуре прочувствовал, насколько благотворно сработала даже микроскопическая капли драконьей крови в составе средства.
Очищенная кровь тролля тоже сделала свое дело — боль отступила на задний план.
По мышцам побежали приятные мурашки: тело латало повреждения буквально на глазах.
В Карпе нынче тишь да гладь. На каждом углу судачат, будто Империя с концами потеряла двух Мастеров, да еще и целую охапку реликвий в придачу. Император там рвет и мечет: грохнул столько сил и людей, а королеву так и не достал.
Имперцы на какое-то время притихнут. Что слышно про Крассион?
Да с ними всё то ж—
Беатрис хотела отвечать привычным тоном, но её взгляд внезапно стал острым как бритва.
Она осеклась и выдержала паузу, глубоко вздохнув.
Ты знал?
С самого начала.
Откуда?
Как только увидел, как ты обращаешься с Виви.
… Виви невозможная милашка! Запретить бы такую милоту.
И все же? Что с Крассионом?
Да ничего нового. Крассион
Судя по всему, монолитного единства в их рядах не наблюдалось.
Стало быть, в ближайшее время прямой угрозы для Карпе они не представляют.
«Всё как я и предполагал».
Расклад мало чем отличался от того, на который он рассчитывал.
Сейчас, когда имперская орда отброшена, пора выдохнуть, оправиться от ран и подкопить сил.
Чувствуя, как жизненные силы возвращаются в тело, Каллиус открыл зависшие перед глазами системные уведомления.
[Вторжение Империи] [Убить Мастера Империи] [Рыцарь Королевы] [Владыка Светлого Дракона] [Герой Спасения Нации]
Одно только число выполненных квестов перевалило за пяток.
Он решил первым делом изучить награды.
Чего это ты сам себе лыбишься? Головой при падении не ткнулся?
… Нет. Я хочу побыть один, выйдешь на пару минут?
Беатрис вытаращилась на него, будто он совсем свихнулся.
… Вообще-то это моя комната, к твоему сведению.
Каллиусу ничего не оставалось, кроме как прикусить язык и уткнуться в список наград.