Том 1. Глава 119
Бам! Бам! Бам!
Мастера империи были истинными кумирами для каждого ее гражданина.
И все же эти Копья Империи, от чьих шагов дрожала земля, синхронно преклонили колени и опустили головы.
Я вернулся с позором.
«Копье-Призрак» Семка.
Мужчина с глубоким шрамом, тянувшимся от щеки до самого уха.
Даже он — воин, чьей покорности не мог вообразить никто в мире, — склонился вместе с остальными.
Ибо даже его гордые колени не могли не преклониться перед самой империей.
Не думал, что ты потерпишь провал.
Голос звучал непринужденно, будто говорящий отмечал какую-то пустяковую мелочь.
Но за этим легким тоном скрывалось давление столь давящей ауры, что ее невозможно было проигнорировать.
«Неужели его мощь возросла еще сильнее?»
Владыка, перед которым в страхе и трепете пали сильнейшие мастера, когда-то превратил нищую разрозненную страну Лактус в сегодняшнюю великую империю.
Мордред.
Мордред ов Глори Лактус восседал на троне.
Верно. Учитывая, сколько сил мы вложили в это нападение, я тоже не ждала поражения.
Стоявшая подле императора с копьем в руке Имперская святая Лактуса поддержала его слова.
Хоть Карпе и катится к гибели, похоже, они таили куда более серьезный потенциал.
Перед ними стоял принц империи.
Болдри ов Лактус.
Даже в голосе этого расчетливого и въедливого юноши проскальзывало удивление перед внезапно проявившейся силой Карпе. Рядом с ним, свирепо хмурясь, замерла принцесса.
Лавиан ов Лактус.
Юные гении, которым со временем предстояло унаследовать империю.
Будь там я, голова этой трусливой курицы-королевы уже давным-давно лежала бы в мешке!
«Копье-Призрак» и остальные молча сносили ее слова.
Даже имей они по десятку ртов, возразить в текущем положении было нечего.
И хотя все понимали, что гордыня принцессы пуста, никто не посмел вымолвить и слова.
Пойди поразмысли над своим поведением, Учитель.
...Слушаюсь.
Когда «Копье-Призрак» удалился вместе со своей свитой, принцесса дерзнула спросить владыку напрямик:
Неужели ты не накажешь его?
Они проиграли не из-за глупости. Им лишь не хватило мощи.
Именно. К тому же реликвия так и не заработала в полную силу. Из-за этого мы не смогли переправить остальных Мастеров из резерва. Задним числом понятно, что это была ошибка, но империя считала ставку верной.
Карпе оказало куда более яростное сопротивление, чем рассчитывали.
И это стало первым ударом.
Вторым же оказалась принудительная активация реликвии, сработавшей лишь вполсилы.
Сложившись вместе, эти две причины и привели империю к поражению.
Нам стоило действовать осмотрительнее.
Верно. Нынешний провал
Так за что в таком случае карать «Копье-Призрак»?
Когда принц опустил взгляд, признавая свою правоту, у принцессы от досады дернулась переносица. Святая, на мгновение умильнувшись их немому спору, вновь обратилась к восседающему на троне монарху:
Слухи о поражении империи уже разлетелись по всему континенту. «Бешеное Копье» и «Искусное Копье» сгинули. Чтобы восполнить потери в строю и восстановить мощь копий, потребуется немало времени. А тут еще и мелкие королевства вместе с племенами дикарей начинают проявлять недовольство.
Мелкие государства, до сих пор цеплявшиеся за независимость, сплотились против империи, и волна их недовольства нарастала день от дня.
Империя хотела устроить над Карпе показательный разгром, чтобы усмирить остальных, но потерпела крах.
И этот провал ударил по ней рикошетом.
Я не опасаюсь Союзных держав, однако прямое столкновение с ними сейчас лишь истощит ресурсы империи.
Продолжай, Святая.
Туго заплетенные розовые волосы девушки легкой волной качнулись от сквозняка.
Добавить здесь особо нечего. Империя лишилась двух Мастеров, тогда как Карпе лишь укрепило свои позиции. Если во время затяжного конфликта с Союзом нам нанесут удар во фланг, последствия окажутся фатальными. А уж если изнутри вспыхнет измена, будет еще хуже.
Кто дерзнет предать Великую Священную Империю?
Мир полон глупцов, готовых швырнуть благополучие родины в топку личной наживы. История этого континента пёстро расписана именами тех, кто раскрывал свои низменные амбиции в эпохи великих потрясений.
И из-за подобных ничтожеств...
Государства рушатся в прах или взлетают к вершинам.
К тому же, Ваше Величество, вы ведь стремитесь покорить Падшие Земли? Единственный способ добиться этого
Именно. Даже дикарям с палицами — рано или поздно придется склониться перед копьем. Когда Лактус воцарится единым Божеством, все войны на земле прекратятся.
И даже оскверненные... демоны...
Их грязь будет выжжена из этого мира острым копьем Лактуса.
На руинах останется лишь утопия вечного покоя и гармонии.
И тогда перед вами откроется совершенно иной путь, Ваше Величество.
Мордред Завоеватель.
Его взор стремился за горизонт — к новым, неизведанным мирам.
В таком случае мне остается лишь запастись терпением.
Услышав о столь великом замысле, император вынужден был умерить свой пыл. Придется смирить гордыню и дождаться нужного часа.
Но это означало, что стремительный марш империи замрет на месте.
Разумом Мордред понимал необходимость этого шага, но сердце его пылало от нетерпения. Заметив, как во владыке закипает раздражение, святая отчеканила:
Три года.
Она разжала пальцы.
За следующие три года...
Я заменю двух павших Мастеров и возрожу их копья. Я приведу к вашей стопе новых воинов и рыцарей, что превзойдут своих предшественников, Ваше Величество.
Империи останется лишь затаиться и копить силы.
Разве такое вообще осуществимо?
Вполне.
Хм. Если за дело берешься ты, то да.
Принц прищурился.
Девушка, обладающая в глазах императора куда большим весом, чем он сам или его сестра.
Имперская святая, Айли.
Поймав ее взгляд, принц поспешно отвернулся.
Титул наследника не шел ни в какое сравнение с её положением. По крайней мере...
«Пока что».
Пройдет пару лет, и расклад сил может измениться.
Империя затаится на три года.
И что же случится по истечении этого срока?
Я брошу весь мир к вашим ногам, Ваше Величество.
Она имела в виду каждое королевство на этом континенте.
Губы монарха тронула довольная усмешка.
Великолепно.
Его тихий смех эхом раскатился по залу, заставив содрогнуться сам дворец.
『Имперское вторжение』
• Внезапное вторжение империи.
• Для этого нападения империя пожертвовала бесценными священными реликвиями и святынями, а также мобилизовала огромное количество солдат, рискуя всем.
• Карпе — не единственная страна, враждебная империи. После провала вторжения империи придется пересмотреть многие свои планы, поскольку она потеряла множество войск, предназначавшихся для сдерживания различных малых стран и этнических меньшинств.
<Награда> 「Плащ Обращения」
『Повелитель Светлого Дракона』
• Вы стали хозяином нового Светлого Дракона.
• Вы стали целью для гнева всех драконов.
<Награда> 「Драконья кость」
『Убийство Мастера Империи』
• Вы убили имперского Мастера.
• Сила Лактуса незначительно ослабевает.
• Лактус в ярости.
<Награда> 「Вера +10」
『Рыцарь Королевы』
• Вы защитили Некомпетентную королеву Карпе.
• Она больше не будет некомпетентной.
<Награда> 「Королева」 вручит награду лично.
『Герой спасения нации』
• Вы стали национальным героем.
• Вы больше не безумный псих.
<Награда> Характеристика — 「Герой спасения нации」
Удалить характеристику — 「Позор графского рода」
«!!»
Вот это куш!
Каллиус азартно сжал кулаки.
Ха-а-а...
Из его груди вырвался дрожащий выдох.
Волосы на руках встали дыбом.
Проклятая особенность «сумасшедшего» была его главным кошмаром.
Каллиус оказался настолько ошеломлен, что на остальные награды сил для радости почти не осталось.
Боги, сколько же дряни он натерпелся из-за этой паршивой черты!
Когда не хватает сил бороться со всем миром, разумнее снискать расположение окружающих. Но именно эта особенность, доставшаяся ему в наследство от прежнего хозяина тела, заставляла его влезать в одну кровавую бойню за другой на протяжении всего паломничества.
И не раз, и не два он оказывался на волосок от гибели.
Но теперь эта проклятая черта—!
Исчезла без следа, уступив место [Герою спасения нации].
«Логично: спаситель нации априори не может быть отбитым психом».
Да, это просто великолепно.
С довольной расплывшейся ухмылкой Каллиус приготовился подставить лицо теплому солнечному свету, словно узник, скинувший тяжелые кандалы.
...
«Чего это он вдруг замер в такой живописной позе? У него и правда сотрясение? Хотя голова на вид вроде цела...»
Вот только парень совсем забыл: он находился в темном подвальном чулане Беатрис.
«Ладно, и что же на самом деле дает этот статус Героя спасения нации?»
Характеристика — 「Герой спасения нации」
• Люди смотрят на вас с уважением.
• Разговор с героем может изменить судьбу человека.
• Вы завоевываете уважение окружающих.
• Люди верят вашим словам.
• Вы не можете закрывать глаза на любой ущерб, наносимый нации.
«Скорее всего, пустышка».
И все же куда лучше, чем ничего.
Главное — ненавистный заскок маньяка испарился без следа.
Каллиус пребывал в столь безупречном расположении духа, что окажись рядом Эмили, он без раздумий закружил бы ее в вальсе.
А, постой.
Рано ликовать.
Нужно сначала изучить остальные трофеи.
Для начала — свежеполученную накидку.
Характеристики [Плаща Обращения] действительно впечатляли.
Каллиус уже давно с досадой вздыхал, глядя на то, как Плащ Сумерек превращается в изношенную ветошь, так что подобный артефакт достался ему как нельзя кстати.
「Плащ Обращения」
Ранг — Уникальный
• Этот плащ, когда-то принадлежавший Рыцарю Обращения, снижает восприимчивость к холоду и жаре при ношении, а также обладает упругой стойкостью, способной отразить большую часть атаки любого противника.
Описание выглядело скупо, но Каллиус цепко впился взглядом в ранг.
Уникальный предмет.
Если даже редкий Плащ Сумерек сослужил ему верную службу, то Плащ Обращения точно окажется на голову выше.
Погоди, откуда у тебя эта накидка? Я же только что общупала каждый сантиметр твоего тела... э-э, то есть, внимательно тебя осмотрела?
Общупала каждый сантиметр, говоришь? Можем устроить повторный осмотр.
...
Вопреки шутливому тону, Каллиус даже не сдвинулся с места.
Он всё так же сидел на постели, не сводя глаз со своей новой вещи.
«...?»
Беатрис заметила, как угол рта Каллиуса слегка дернулся.
«Хватит зубы заговаривать, переходи к делу!»
Впрочем... похоже, парень еще не совсем очухался после битвы.
Девушка решила на время оставить его в покое. После такой жестокой рубки короткая передышка была вполне оправдана.
«Великолепно».
Превосходная вещь.
Белоснежный цвет плаща идеален для скромного паломнического облачения.
Вдобавок, это не просто ткань, а настоящий артефакт: свойство упругой стойкости делало его невероятно прочным и гасило львиную долю урона от вражеских выпадов. Бесценное сокровище, способное спасти от смертельных ран.
«Да и прибавка к [Вере] лишней не станет».
За ликвидацию Бешеного Копья [Вера] подскочила сразу на 10 пунктов.
Губы Каллиуса растянулись в довольной ухмылке.
Наконец-то качество его духовной энергии плотно приблизилось ко второму уровню.
«Самое время штурмовать вершину Шести Поздно Расцветающих Пиков».
Впрочем, к такому шагу нельзя было подходить с кондачка — требовалась тщательная подготовка.
И, наконец, [Драконья кость].
«Драконья кровь пригодилась бы больше».
Но и кость — добыча знатная.
Скрытая в [Драконьей кости] мощь еще сослужит ему добрую службу.
Из подобного материала можно выковать реликвию, а в крайнем случае — пустить с молотка, если прижмет с деньгами. Но главное заключалось в ином...
«Если мое уникальное телосложение, [Переплавка костей], сумеет полностью впитать драконью силу, всё кардинально изменится».
Если [Переплавка костей] впитает Драконью мощь до капли, Каллиусу больше не придется мучиться от дикой отдачи при каждом активировании, да и эффективность навыка вырастет в разы.
В конце концов, именно Драконья мощь напрямую разгоняла его боевые характеристики.
И запас для роста тут оставался колоссальным.
Путь предстоял неблизкий.
«Сколько же агонии придется вытерпеть, чтобы освоить ее до конца?»
При одном воспоминании о той дикой боли, что свалила его без чувств, у Каллиуса заломило в затылке.
Он был парнем тертым, но от той безумной муки колени подкашивались даже у него.
И все же отказываться от подобного источника могущества было бы глупостью.
«Меч Светлого Дракона
Физические показатели Каллиуса и так рванули в небеса.
И ведь он делал лишь необходимый минимум — правильно удерживал клинок в своем сердце.
Но сумев применить Драконью мощь в таком состоянии, он смог бы шагнуть на принципиально иной уровень.
Встать плечом к плечу с величайшими Мастерами.
Обрести достаточно мощи, чтобы сдержать прямой удар самого «Копья-Призрака» — второго по силе среди Копей Империи.
Увы, обратная сторона медали была не менее весомой.
«Во-первых, это адски больно».
За колоссальное могущество неизбежно приходилось расплачиваться мучительной отдачей.
Во-вторых, время.
«Около трех минут. Не больше».
Удерживать форму долго он просто не способен, и никакими вливаниями божественной энергии этот лимит не растянуть.
Ну да, я ведь не дракон.
Вот она, главная причина.
Иная природа, разница рас.
Поразмыслив еще немного, Каллиус покачал головой и поднялся на ноги.
Как бы там ни было, я выиграл время.
Он сорвал имперское вторжение.
Защитил королеву.
Империя еще долго будет зализывать раны после такого поражения.
А значит, ближайшие три-четыре года пройдут относительно спокойно.
Этого срока вполне должно хватить.
«Придется бросить все ресурсы на выявление и зачистку предателей, пока Карпе и Церковь наводят порядок в собственных рядах».
А затем — подготовка к полномасштабной войне.
Ибо Карпе не из тех стран, что прощают обиды или забывают оказанную услугу.
И за это время...
«Мне нужно ненадолго исчезнуть».
Свой долг он исполнил сполна.
Единственной причиной, удерживавшей Каллиуса в этих краях, являлись главные задания.
[Гражданская война династии Карпе].
[Имперское вторжение].
Теперь, когда оба квеста закрыты, задерживаться тут нет никакого смысла.
Стоит наведаться на Север, а оттуда — за горизонт.
С самого момента своего перерождения Каллиус нигде не пускал корни.
И почему? Потому что жаждал силы.
При его нынешнем уровне мощи...
Оставался лишь один путь для стремительного роста.
Стих Благодати.
Каллиус не прибегал к нему с момента прибытия в Карради.
Ведь этот регион был намертво завязан на основной сюжет.
Трупная милость достается далеко не каждому.
Для нее нужна концентрированная, смертельная обида.
Особый феномен, вспыхивающий лишь тогда, когда жажда мести въедается в саму суть души.
Ему нужно отправиться на поиски.
В еще более бесплодные края.
В еще более хаотичные земли.
Да и вообще...
«Я ведь паломник».
Он все еще оставался им —
Паломником, так и не нашедшим свой истинный меч.