Том 1. Глава 157

—Точно здесь?

—Вне всяких сомнений. Копье нашептало: беглецы скрываются именно тут.

Имперский рыцарь, невозмутимо скармливавший белке виноградину, кивнул с абсолютной уверенностью.

—Твоему «Шепчущему Копью» можно верить. Идем на прорыв, немедля.

«Шепчущая Леси».

Оружие в руках следопыта обладало диковинным свойством: оно позволяло владельцу понимать язык зверей и говорить с ними на равных. А лесные твари врали редко.

Значит, цель действительно где-то рядом.

В лесу неподалеку от Болтана. В глухой чащобе, у которой не было даже имени.

—Но господин капитан... А если он и впрямь Убийца Драконов? Мы... точно сдюжим?..

Заслышав малодушные нотки в голосе подчиненного, командир отряда гаркнул:

—Чушь собачья! Дракон попросту сгинул. Даже рухнув с заоблачных высот, тварь, разнесшая половину Болтана, не могла издохнуть на ровном месте! Да пусть этот выскочка хоть трижды Убийца Драконов — сам-то он целым остаться никак не мог!

Если не добивать сейчас, то когда?

—Престиж Империи втоптан в грязь. Проведай обо всем Его Величество Император — с нас спустят три шкуры! Бить надо немедля.

—Но не разумнее ли заручиться поддержкой хотя бы лорда Квиллрода?..

Двенадцатое Копье Империи. Квиллрод Молниеносного Копья.

Единственный Мастер во всем гарнизоне Болтана.

Разве не надежнее было бы пойти на штурм плечом к плечу с ним?

—Да он и без того на ладан дышит! Зачем отдавать такую славу какому-то Копью? Сами пораскиньте мозгами: возьмем мерзавца в одиночку — и Император вполне может пожаловать нам Воду Копья! Тогда каждый из нас сумеет шагнуть в круг Мастеров!

Вода Копья...

Упоминание заветного снадобья мигом разгладило недовольные физиономии. Среди имперских рыцарей не сыскалось бы никого, кто не слыхал бы о его чудотворной силе.

Капитан дважды с глухим стуком ударил себя кулаком в кирасу:

—Я не брошу вас на убой, как этот хваленый Квиллрод! Доверьтесь мне!

Пылкая речь окончательно развеяла сомнения. Ропот стих.

Офицер коротко мотнул подбородком, и боец с Шепчущим Копьем первым скользнул под сень деревьев.

Но ровно в то же мгновение...

Из густой чащи брызнул смертоносный град стрел.

Хрясь!

Алебарда капитана молниеносным взмахом снесла летящее в лицо перо.

—Нас почуяли!

—Приказы, командир?!

—Раз дали предупредительный залп вместо засады — значит, испугались! Это верный знак: их главарь тяжело ранен! В атаку-у!!

Тридцать имперских латников очертя голову ринулись в Безымянный лес.

Гулкий топот подкованных сапог всколыхнул тишину.

—Кх!..

Они рассчитывали на обычный обстрел, но оперенные жала разили пугающе свирепо и метко. Мало того, что каждый наконечник нес колоссальную пробивную мощь, так стрелы еще и вились в воздухе, облетая стволы по немыслимым дугам! Опешившие воины неловко пятились, путались в шагах, сталкивались друг с другом и ловили удары в сочленения доспехов.

Не успел отряд преодолеть и пары десятков шагов, как рыцари один за другим стали походить на ощетинившихся ежей.

—Командир! Эти стрелы... их не отбить!..

—Терпеть, мать вашу! Переколем лучников — и с вожаком покончено! Пробивайтесь сквозь заслон!!

Натиск был яростным, но ведь это всего лишь стрелы! Если они спасуют перед простым луком, какого черта они вообще зовутся рыцарями великой державы?!

—За мной!! — взревел офицер, высоко воздев алебарду.

И тут же осекся.

Волосы на затылке мгновенно встали дыбом от ледяного предчувствия смерти.

В следующий миг прямо перед глазами вспыхнула алая комета.

—Капитан!..

Грохот!

Хруст размозженной кости — и объятое пламенем тело командира, получившего пылающий наконечник прямо в лоб, безжизненным кулем рухнуло на мерзлую землю.

—Ах вы... Твари! Где вы?! А ну выходите на бой!!

Лязг, суматошный топот, свист рассекаемой стали.

Обезумев от ярости, рыцари врубились в подлесок, но рубили лишь пустоту. Вокруг звенела мертвая, стылая тишина векового бора, в которой один за другим захлебывались предсмертные вопли имперцев.

Шаг за шагом.

Каллиус шел по поляне с привычно невозмутимым лицом.

—Ну как?

—Блестяще.

—Вот как...

Впрочем, ни в голосе рапортующей Серены, ни во взгляде Каллиуса не читалось особого торжества.

Все дело было в тех, кто выстроился за спиной девушки.

Фигуры в черных латах, окутанные призрачной пепельной дымкой.

Они выглядели куда более высокими и гибкими, чем обычные латники. За плечами у каждого покоился лук и туго набитый колчан — лучников в Пепельном легионе Каллиуса отродясь не водилось.

Новички.

Те самые рабы, вызволенные из подземного Сада Лактуса.

—Это их осознанный выбор, милорд. И мое решение. Не стоит так мрачнеть.

—Хм.

Каллиус сдержанно кивнул.

Он окинул взглядом безмолвную шеренгу эльфийских стрелков.

Тех самых, кому много лет назад выжгли глазницы, разорвали барабанные перепонки и вырезали языки, обратив в бессловесный скот.

Поначалу, когда не было никакой возможности объясниться, их намерения оставались загадкой. Лишь когда Серена догадалась чертить пальцем знаки на их ладонях, открылась горькая правда.

Их терзало единственное желание.

Месть. И сила, достаточная, чтобы покарать мучителей.

Но сухожилия на запястьях и лодыжках несчастных были давно рассечены, не считая десятков застарелых увечий, превративших тела в живые руины.

Тогда они спросили: кем были те загадочные создания — ни мертвецы, ни живые, — что нерушимой стеной стояли подле их спасителя?

Серена долго и терпеливо рассказывала им о природе Пепельного легиона.

И тогда все они захотели обрести новую мощь.

Каллиус понял их волю и пошел навстречу.

Правда, не все решились сразу: из пятидесяти шести выживших лишь семеро без тени сомнений шагнули навстречу неизвестному. Остальные колебались.

Потому Каллиус, не спеша, отмеривая по семь душ за раз, лично лишал их жизни и возвращал обратно.

В итоге все пятьдесят шесть стали воинами Пепельного легиона... Вернее сказать — родились заново.

—К ним вернулись и зрение, и слух. Лишившись чувств при жизни, они развили невероятное осязание, звериную интуицию и тончайшее восприятие ци, поэтому их боевой потенциал огромен.

—Вот как.

—Да. Все они когда-то носили звание воинов Великого Леса. Им потребуется немного времени, чтобы свыкнуться с новой природой, но как только процесс завершится, они станут несокрушимой опорой моему господину...

—Не стоит оправдываться. Даже если бы их мастерство оказалось скромнее, я бы всё равно принял их.

—...Благодарю вас.

Неужели Серена всерьез опасалась, что он выставит их вон?

Развеяв ее беспокойство, Каллиус перевел взгляд на эльфов. Вернее, на мерцающую перед глазами системную сводку.

Верховный главнокомандующий —

Командующий —

Старший генерал: 2

Генерал: 16 ▶ 19

Элитный рыцарь: 659 ▶ 712

Обычный рыцарь: 514

Да, пустые страхи.

Ухаживать за Садом Лактуса не доверили бы случайным бродягам. В неволю явно согнали отборных ветеранов, элиту среди соплеменников.

И наглядное свидетельство выстроилось перед ним.

«Сразу трое уровня Генерала? А все остальные — не ниже Элитных? Сложно даже вообразить, какой силой они обладали во плоти».

Поднятые силой Железного Лорда бойцы Пепельного легиона возрождались, теряя едва ли не половину былого могущества. Но раз даже после угасания их ранги держались на уровне Элитных и Генералов — значит, до пленения каждый из них стоял на самом пороге ранга Мастера.

Цвет нации. Элита из элит лесного народа.

Что ж, приобретение вышло отличным во всех отношениях.

Трое эльфийских рыцарей, ставших Генералами, опустились на одно колено и выразили признательность.

Если рядовые Элитные воины пока не доросли до связной речи, то Генералы изъяснялись свободно. Да и присягнув по зову сердца, они сохранили куда больше живых эмоций.

—Ваши имена.

Каллиус коротко кивнул:

—Пока мы в лесу, я не стану отзывать призыв. Действуйте по своему усмотрению.

Лучших разведчиков для лесной войны невозможно было сыскать.

И пусть их клятва была замешана на ядовитой горечи мести, для самого Каллиуса этот союз сулил несомненную выгоду.

Шурх!

Стоило отряду эльфов без единого звука растаять в древесных кронах, как Каллиус с помощью демонической силы фей преобразил ствол поваленного дерева в удобное кресло, оплетенное лозами, и опустился на него.

Серена лишь беззвучно вздохнула, дивясь тому, с какой пугающей легкостью паломник изо дня в день оттачивал контроль над темной материей.

—Это те мечи, что вы получили на сей раз?

—Да.

На колени Каллиуса легли два новых клинка.

Один был перекован из драконьей плоти.

Второй — выкован из останков немого стража, стерегшего подземный сад.

『Меч Огненного Дракона — Эрбиветру』

Ранг — Духовный

Обитающая душа — Эрбиветру

Уникальная способность — Дыхание Огненного Дракона.

—Чем чаще используется меч, тем сильнее разжигается гнев племени Огненных Драконов.

—Как я и думал, ничего запредельного.

Вчитываться в описание дальше не имело смысла.

Уникальная способность...

«Дыхание Огненного Дракона», судя по всему, позволяло сымитировать коронный выдох чудовища — пусть и в усеченном виде. Клинок, способный выдать одиночный залп драконьего жара.

Впрочем, даже частичное воспроизведение этой стихии сулило колоссальное преимущество.

Огонь, обративший в пепелище половину Болтана, обладал разрушительной мощью невероятных масштабов. Пусть даже ослабленный, такой козырь стоил целой армии.

Дракон есть дракон — пусть и недоросль.

Обидно, конечно, что клинок не дотянул до Призрачного и остался на Духовной ступени, но и без того оружие вышло на славу.

К тому же в сердце Каллиуса уже дремал Меч Безумного Дракона. Если соединить оба залпа, разрушительный эффект ни в чем не уступит первозданной стихии истинного ящера.

А ограничения Духовного ранга самого Каллиуса нисколько не заботили.

Что же до пассивного свойства «Гнев Огненного Дракона» — он и без того успел превратиться в кровного врага всего их крылатого племени.

Одной бедой больше, одной меньше — какая разница?

—Испытаем в деле.

Мысленно велев рассеявшимся по округе эльфам убраться подальше, паломник поднял Меч Огненного Дракона.

Едва он наполнил лезвие божественной силой, как сталь озарилась багровым заревом. Но то было не обычное пламя — казалось, клинок сочится густой, раскаленной магмой.

Каллиус тотчас перенаправил Дыхание Безумного Дракона в рукоять нового клинка.

И разом воззвал к заложенной в нем уникальной способности: высвободил Дыхание Огненного Дракона.

В вибрирующем металле слились две первородные стихии.

Темно-багровая свирепая аура бешено закружилась вокруг острия.

Но даже этого казалось мало.

Вернее сказать — инстинкт шептал, что эту бездну можно насытить еще плотнее, раскрыв ее истинную разрушительную суть, пусть даже мощи и так хватало с избытком.

И Каллиус призвал Остаточную волю.

Плотная серая дымка клубами окутала фигуру воина.

Гул!

Воздух в радиусе сотен шагов будто содрогнулся под гнетом колоссальной мощи.

—Кх!.. — вырвался у Серены судорожный стон: невыносимое давление буквально вдавливало ее в землю.

Каллиус медлить не стал.

—Дыхание Огненного Дракона.

Широкий взмах клинка навстречу чащобе.

Ву-у-у-у-у-у-у!!

Огненный столп, ничем не уступающий дыханию древнего владыки небес, прямой стрелой вспорол вековой лес.

Ба-а-а-ам!!

Земля содрогнулась, словно от тектонического разлома. На многие сотни шагов вперед все живое выжгло дотла по прямой линии, оставив после себя лишь оплавленную полосу спекшейся глины без малейшего следа пепла.

Пусть до города было приличное расстояние, такого залпа за глаза хватило бы, чтобы смести крепостные стены Болтана вместе с фундаментом.

—Ик!

Серена от неожиданности звонко икнула, да и сам Каллиус озадаченно моргнул, пораженный столь сокрушительным эффектом.

—Особых надежд на Духовный ранг я не возлагал, но разрушительная сила превзошла все ожидания.

Впрочем, фокус крылся не в одном лишь клинке: он сплел воедино свойства двух мечей и скрепил их собственной Остаточной волей.

Вот что породило эту бурю.

По мощи удар по меньшей мере вдвое превзошел изначальный выдох Огненного дракона.

Но законы Духовного ранга нарушить не удалось.

Клинок, мгновение назад полыхавший адским жаром, враз остыл и сделался ледяным на ощупь.

«Похоже, после одного удара требуется время на перезарядку».

Сколько бы божественной силы Каллиус ни вливал, огонь больше не разгорался. Впрочем, при такой убойной мощи подобный откат был вполне закономерен.

И все же, наблюдая, как в глубине лезвия крупица за крупицей возвращается тепло, он задумчиво протянул:

—Чтобы ударить снова, потребуется примерно...

—Примерно?.. — переспросила Серена.

—Дня три, полагаю.

Откат в трое суток.

Этот изъян делал клинок довольно спорным оружием.

«Буду пускать в ход от случая к случаю, а потом передам Ниоль или другому воину».

Поскольку Гарсия, второй Старший генерал, предпочитал копье, клинок идеально подходил Ниоль — она как раз владела стилем для легких мечей. Да и лезвие Меча Огненного Дракона было довольно узким, великолепно подходя для резких выпадов с мощным взрывным уроном.

—Пока что похожу с ним сам.

Отдать всегда успеется, когда появятся другие клинки.

Убрав Меч Огненного Дракона в ножны, Каллиус потянулся за вторым трофеем — клинком, сотворенным из плоти привратника.

Но ровно в этот миг...

«?..»

Каллиус озадаченно склонил голову, глядя на внезапно всплывшее системное окно.