Том 1. Глава 159
Политика истребления нелюдей, которую столь рьяно проводила Империя, опиралась на простое догматическое убеждение.
Считалось, будто любые разумные создания, кроме людей, осквернены демонической скверной и по своей природе ничем не отличаются от диких тварей, мутировавших под влиянием демонической энергии.
Особую ненависть и презрение вызывали дракониды и зверолюди.
Они походили на хищных зверей, и, если отбросить прямохождение да членораздельную речь, обывателю было трудно отличить их от порождений тьмы.
Впрочем, и цель, с которой этот щитоносец явился ко мне, вряд ли отличалась новизной.
Все как у остальных изгнанных рас.
Имперский гнет, бесконечные гонения.
Отчаянная попытка спасти свой народ от полного уничтожения или мольба о военной помощи — старая, знакомая песня.
Вот оно как?
Если судить по итогу
Выбросила?
Мы совершили глупость. Зверолюди с рождения умеют стирать свое присутствие, и Империя решила пустить это в ход.
Иными словами, их сделали своим авангардом.
Прочие нечеловеческие народы...
Ни эльфы, ни дворфы, ни дракониды не могли вовремя почуять их приближение, поэтому из зверолюдей получались идеальные лазутчики. А несокрушимые щиты Бога Щита, которому они истово молились, лишь добавляли им стойкости.
С точки зрения имперцев — безупречные расходные пешки для первой линии.
Однако шли годы. Силы малых стран и непокорных племен, оказывавших отчаянное сопротивление, таяли, в то время как имперская машина лишь набирала сокрушительную мощь...
Когда кончается дичь, охотничий пес больше не нужен.
Их вышвырнули на помойку за ненадобностью.
И лишь немногим удалось выжить и сохранить свой род до сего дня.
Так к чему тогда эти речи о спасителе?
Святая Дева изрекла: «Пусть на самое чрево Империи и падет бедствие, но тот, кто срубит ему голову, станет спасителем, что напомнит нам об истинном предназначении щита...»
И в этот миг...
Ах вы, вероломные ублюдки!..
С яростным ревом Фило крутанул копье и со всей силы вонзил его в незнакомца.
Ба-ам!
Прокатился глухой гулкий звон.
Наконечник копья намертво увяз в щите.
Огромном каплевидном щите.
Удар был не просто принят на броню: щитоносец отвел его столь неуловимым, выверенным движением, что чудовищная инерция выпада растворилась в воздухе без малейшей отдачи.
«Щит есть щит, ничего не скажешь».
По чистой физической силе Фило здесь уступал разве что Арду.
Врожденная звериная мощь и уникальное строение мышц драконида давали о себе знать.
И все же этот громоздкий щит играючи погасил сокрушительный удар, а само искусство владения им поражало воображение.
«Рыцарь щита Пупи».
Имя звучит безобидно, но в этом мире он прописан как серьезный именной NPC.
И его стойкость вкупе с преданностью своему делу были под стать монолитной скале.
Знаешь, сколько наших сгинуло из-за вас, подстилок имперских?! А теперь, когда вам самим прищемили хвост, скулите о пощаде?! Раз служили псами Империи
Грохот! Лязг! Дрожь земли!
Фило наносил выпад за выпадом, яростно и без передышки.
Бесполезно. Вся его ярость разбивалась в пыль.
Пупи встречал удары каплевидным щитом размером с собственного хозяина, а когда наконечник опасно соскальзывал, в дело вступал крошечный наручный баклер, ловко парируя и смазывая вектор атаки.
Иного и не ждешь от народа, чье выживание веками держалось лишь на щитах.
Ха-а... ха-а... Проклятье!
Захлебнувшись собственным бессилием, Фило со звоном швырнул копье в траву и тяжело осел на землю.
Судя по его перекошенному, отвернутому лицу, гордость юноши получила сокрушительный удар: он не сумел оставить на противнике даже царапины.
«Раньше техника Фило строилась на глухой защите, но теперь начала меняться».
Похоже, жесткие спарринги с Гарсией принесли первые плоды.
Но разве, столкнувшись лицом к лицу с этим щитом — абсолютным воплощением обороны, — он не должен был осознать нечто жизненно важное?
Понять, в каком направлении ему действительно стоит развиваться.
Как бы то ни было...
Мне в любом случае пора было поставить точку.
Причина, приведшая этого пса в глушь, предельно ясна.
Забрать меня с собой.
Я отказываюсь.
Тратить время на раздумья не имело смысла.
Позволено ли мне узнать, почему?
У меня нет ни малейшей охоты примерять на себя шкуру вашего спасителя. Я странствую по свету не ради высоких подвигов во имя угнетенных. Мне и без вас хлопот полон рот.
Это звучало вслух.
На деле же мысли текли совершенно в ином русле.
«Я не могу разорваться на части».
Тело у меня всего одно.
Было бы славно успевать на всех фронтах, но время не резиновое, а мои силы имеют предел.
Нужно совершать самые выгодные ходы, приносящие максимум отдачи.
А значит, каждое решение должно быть математически выверено и направлено строго на достижение главной цели.
«Щитоносцы и так в итоге придут в Карпе».
Пусть чуть позже, но они все равно соберутся под его знаменами.
После того как Империя вышвырнула их вон, надеяться им больше не на кого.
Прямо скажем, податься им попросту некуда.
Даже в каноничном сценарии именно они в конечном счете протянули руку помощи Карпе и коалиции малых держав.
Если расчет верен, Седрик, заручившись поддержкой Богов Власти и Рога, прямо сейчас вовсю укрепляет влияние при дворе.
С Богом Кнута ситуация аналогичная.
В таком раскладе Карпе не станет воротить нос от еще одного воинственного божества.
Напротив, их примут с распростертыми объятиями.
Ведь пламя большой войны с Империей разгорается все ярче.
«Даже если я и пальцем не пошевелю...»
Хватит короткой устной отмашки, чтобы Карпе с готовностью поглотило беглых защитников.
К тому же у меня уже есть другое обязательство.
Щит — это прекрасно.
Их сила мне бы не помешала.
Но очередность никто не отменял.
Тем более когда слово было дано заранее.
Дворфы идут первыми.
Арду, весь этот разговор нервно сжимавший клещи, изумленно вскинул голову:
О-о-о!.. Каллиус! Как же это благородно с твоей стороны!
Оттолкнув кузнеца, едва не бросившегося душить меня в медвежьих объятиях, я невозмутимо вернулся в кресло.
Вообще-то, подошло время обеда.
Что в прошлой жизни, что в нынешней я свято блюл часы трапезы.
Единственные вещи, способные доставить мне истинное наслаждение в этом мире, — отточенный клинок и изысканная кухня.
Я ведь не прошу вас жертвовать собой даром...
Пропустив занудные увещевания Пупи мимо ушей, я взялся за нож.
Хрустящая зелень, собранная эльфами, нежное вяленое мясо медведя, добытое Фило, терпкое вино от Арду и густой алый соус по тайному рецепту Серены.
Безупречное сочетание, от которого я в последние недели просто таял.
Отрезав сочный ломоть, я отправил его в рот: насыщенный мясной сок идеально сплетался с кисло-сладкими нотками соуса. Следом пошла пряная зелень, добавляя приятную текстуру. Смакуя каждый кусочек, я с удовольствием сделал глоток вина, смывая терпкое послевкусие.
Эх, сюда бы свежего хлеба...
Так хотелось обмакнуть хрустящую корочку в наваристый мясной сок.
Вот только запасы выпечки в подпространстве давно подошли к концу, а в этой сырой глухомани хорошую печь сложить было не из чего.
И в тот момент, когда меня накрыла легкая тоска...
Шурх.
Перед носом возникла аккуратная круглая лепешка размером с ладонь.
Благодарю.
Виль-виль-виль.
Пушистый белый хвост за спиной Пупи так и заходил ходуном из стороны в сторону.
А голодный взгляд намертво впился в оставшийся на тарелке стейк.
Кусочек выпрашивает?
Я своей едой ни с кем не делюсь. Можешь даже слюни не пускать.
Хвост мгновенно обвис.
Когда с обедом было покончено, рыцарь заговорил снова — с такой готовностью, словно караулил каждую секунду:
Святая Дева велела передать... Вам суждено отправиться к гробнице.
Сказал же: проваливай. Я решений не меняю.
И стоило мне уже окончательно захлопнуть тему, даже не дослушав...
...Постой. К какой еще гробнице?
К Гробнице Фей.
«!!»
«!!»
«!!»
«!!»
Серена и Арду.
Даже Фило с Каллиусом замерли с распахнутыми глазами.
Но сильнее всех всполошился еще один незваный свидетель — Оварна.
Гробница Фей?! Да я за всю жизнь о таком чуде не слыхивал! Даже сами феи нынче на грани небылиц, а тут целая усыпальница!.. Какая поразительная тайна!
А ты какого черта здесь забыл?
Почему этот паразит все еще не убрался восвояси и продолжает маячить перед глазами?
На мой тяжелый взгляд Оварна лишь бесстыже выпятил тощую грудь:
Мои ноги несут меня туда, куда велит мне свободная воля! Но оставим пустяки: Гробница Фей... Я за всю свою жизнь не встречал о ней ни строчки! Просветите же, ну?
Тайны этого места предназначены лишь для ушей спасителя,
Ну вот, вечно так...
Пока поникший Оварна обиженно дулся в стороне, Каллиус погрузился в лихорадочные расчеты.
Гробница Фей.
Из всех присутствующих лишь он один понимал истинную цену и предназначение этой реликвии древности.
«Гробница Фей...»
Он собирался послать зверолюдей ко всем чертям, но воля Святой Девы переворачивала всю доску.
Шутка ли — наследие фей!
Тем более что после расправы над Огненным Драконом его собственная Сила Дракона наконец вошла в стабильное русло.
Стоило лишь открыть окно характеристик, как прогресс бросался в глаза:
「Характеристики」
Сила — 201
Ловкость — 186
Техника — 52
Живучесть — 232
Вера — 110
Сила Дракона — 108
Этот показатель уже вплотную подобрался к параметру Божественной силы.
Разумеется, из-за разной природы и чистоты энергий сравнивать их в лоб не стоило, но фактически они выстроились на одном уровне.
Прежний разрушительный хаос утих, а чистая мощь выросла в разы.
Вот только на этом фоне зияла черная дыра: Сила Фей.
Она до сих пор плескалась на самом дне, настолько ничтожная, что система даже не выносила ее в список активных параметров.
И в этот критический момент прямо в руки падает ключ к Гробнице Фей!
Каллиус?..
Лицо Арду вытянулось от нарастающей тревоги.
Дворф нутром чуял, что речи лохматого щитоносца пробили брешь в несокрушимой броне моего безразличия.
Оттого и позвал столь робко, но Каллиус даже ухом не повел.
Сказать по правде, в душе шевельнулось ощущение самой судьбы.
Появился редчайший шанс пробудить Силу Фей как полноценную характеристику и взвинтить ее показатели до небес.
Тогда баланс между священными искусствами стиля Салливиан и силой Останков наконец придет в долгожданное идеальное равновесие.
«Если речь идет о Гробнице Фей, то и тот парень непременно объявится там».
Золотые гоблинские монеты, которые он так бережно и методично складывал в тайник...
В кармане звенело уже два десятка кругляшей.
Кажется, пришло время пустить их в оборот.
Азарт вспыхнул с новой силой.
Куда нужно идти?
Арду моментально сник. Но Каллиусу уже не было до этого дела.
Бум, бум.
Гулкий зов боевых рогов и мерная поступь тяжелой пехоты наполняли воздух давящим, леденящим величием.
Равнины Вольтана.
У самой границы зловещей чащи, прозванной в народе «Драконьим лесом», монолитной стеной выстроилась тысячная армия, ведомая тремя Копьями Империи.
На их алых доспехах и развевающихся плащах белели порядковые знаки: «11», «10» и «7».
На левом фланге высился Бюреннен, Одиннадцатое Копье.
В центре замер Жолле, Десятое Копье.
И на правом краю — Декс, Седьмое Копье.
Сразу трое элитных воителей Империи.
И за их спинами — тысяча отборных имперских рыцарей.
С такой чудовищной армадой можно было за считаные дни стереть с карты небольшое суверенное королевство.
Но вся эта армада собралась здесь ради единственной цели:
Убить дракона, посмевшего свить гнездо под носом у Вольтана.
Этот тупоголовый Квиллрод... треплются, будто его стерло в пыль одним чихом этой твари?
Он носил звание Копья Империи. Прикуси язык и не позорь его память.
Да бросьте, сэр Декс! Посудите сами! Это вам не Война Драконов и Демонов, когда кругом кишела низшая чешуйчатая падаль. Тут объявился истинный чистокровный дракон, а этот идиот полез в одиночку корчить из себя героя и закономерно сдох!
Однако Декс лишь неспешно качнул головой:
Пусть даже чистокровный
Декс картинно вскинул пустую ладонь к слепящему полуденному солнцу.
Остальные преклонялись перед его сокрушительной мощью и выдержкой, но эти безумные чудачества ветерана вызывали у них лишь глухое раздражение.
Бюреннен, Жолле. Разбейте полки на два клина и берите чащу в клещи. Заметите алый сполох драконьего дыхания
Есть!
Так точно.
И еще, Бюреннен. Перестань смотреть на соратников как на грязь под сапогами. Эта спесь тебя когда-нибудь сгубит.
Квиллрод был слабее меня. И это факт.
Что вовсе не дает тебе права плевать на его могилу. Разделяй службу и собственную гордыню.
...Вас понял. Начинаем.
В атаку!
Зрелище того, как стальной вал раскололся на три клина и лавиной ринулся в чащу, захватывало дух.
Их боевой раж взрезал облака, а шагавшие во главе трансцендентные мастера ступали так тяжело и неотвратимо, словно собирались перемолоть этот лес в труху вместе с вековыми дубами.
Вот только...
Никакого крылатого чудовища в чаще не оказалось.
Все, что предстало их взору посреди растоптанного бурелома...
Ты еще кто такой?
Одинокий оборванец с пустыми, мутными глазами, завернутый в грязное тряпье.
[Ах... как же я хочу умереть.]
...!!
Воздух вмиг обратился в жидкий свинец.
Опасность? Жажда крови?
Нет, на них обрушилось нечто куда более извращенное и противоестественное.
Это не имело ничего общего с благородным давлением истинного мастера — от этой твари веяло могильным хладом, липким, до тошноты омерзительным ужасом.
Казалось, перед ними разверзлась бездонная гнилая пасть самой преисподней. Лица Копий Империи побелели.
Никаких сомнений. Никаких колебаний.
Все трое мастеров ударили одновременно.
Срывая копья с перевязей, каждый из них знал наверняка: от этой атаки уйти невозможно даже ветру.
Вжих! Вжих! Вжих!
Сокрушительный тройной выпад, способный пробить чешую первородного дракона.
Три острия сошлись в одной точке, с чавкающим хрустом пробивая грудь безумца навылет.
Но в следующую же долю секунды...
Хрясь!!
[Почему я не могу сдохнуть?! ПОЧЕМУ-У-У!!]
Хруст, треск, влажный визг разрываемой плоти!
Вш-шах!!
Тело оборванца взорвалось сотнями черных сегментированных щупалец, бритвами располосовавших все живое вокруг.
В тот страшный день...
Трое прославленных Мастеров были тяжело искалечены и в панике бежали, а почти тысяча отборных имперских рыцарей до единого легла на безымянной поляне, став жирным перегноем для чудовищного леса.
Вскоре после этой резни Империя сделала официальное заявление: шаткому миру, длившемуся со времен окончания Войны Драконов и Демонов, пришел кровавый конец.