Том 1 · Глава 451. Тридцать пятая страшилка — Игра с призраком (13)
Сочхо-дон. Самое высокое здание Южной Кореи.
Башня Clover.
На верхнем этаже глава Clover Чхон Сынджэ застыл с чашкой кофе в руке.
Капли, выплеснувшиеся из покачнувшейся чашки, неподвижно висели в воздухе.
Так прошло довольно долгое время.
Затем по башне прозвучало объявление.
В тот же миг зависшие в воздухе капли снова плеснули в чашку, и по поверхности кофе пошли круги.
На 164-м этаже Чхон Сынджэ несколько секунд стоял, нахмурившись, а затем сделал глоток.
В кофе было примешано психотропное лекарство, помогавшее справляться с последствиями долгих лет.
Оппа… Что ты пьёшь?..
Из-за стола высунулось лицо младшей сестры.
Болезненно хрупкое и красивое.
Что за лекарство?
Прогоняет галлюцинации.
Образ сестры рассыпался и исчез.
Чхон Сынджэ поставил чашку и вышел из комнаты.
Исследователи, уже вырвавшиеся из остановленного времени, носились по коридорам во все стороны.
Председатель.
Пожилой секретарь Чхон Сынджэ тут же подошёл и поклонился.
Это был тот самый усатый секретарь, который раньше, во время соревнования, передавал сообщения членам Клуба страшилок.
Одновременно возникло в двух местах. Столичное полицейское управление Сеула и старшая школа Наксон в Силлим-доне.
Едем в школу.
Сотрудники тут же подбежали с чем-то вроде противогазов и защитными костюмами.
Чхон Сынджэ глубоко натянул противогаз, словно маску, и медленно выдохнул.
Хуу-у-у…
Дыхание прокатилось внутри стекла низким гулом.
⁂
Ученики… старшей школы Наксон…
Директор стоял на сцене и, всхлипывая, произносил речь.
На этот раз игры не было.
После исполнения гимна призрак, видимо, ушёл готовить следующую игру и растаял в воздухе.
Все решили, что всё закончилось, и попытались выйти, но двери актового зала всё ещё не сдвигались ни на миллиметр, поэтому пришлось ждать.
Тогда директор сам поднялся на сцену и взял микрофон.
Вы… вы правда столько пережили…
Он продолжал речь сквозь слёзы.
После школьного гимна директор берёт микрофон перед всем залом — обычная последовательность любой линейки.
Но сейчас его слова поддержки весили совсем иначе.
Даже ученики, которые обычно пропускали директорские речи мимо ушей, теперь слушали с мрачными лицами.
Директор вытер слёзы.
Я… я не знаю, почему всё это внезапно случилось именно с нами.
Я несколько раз пытался проснуться, думая, что это кошмар, но… похоже, нет. Д-дорогие дети старшей школы Наксон. Мы… мы должны выдержать.
Несколько учеников тоже заплакали.
Директор сглотнул рыдания.
Мы должны выдержать… каким бы ни было это испытание. Каким бы жестоким ни оказался следующий экзамен… выдержим. И как-нибудь выживем! Выберемся наружу и расскажем всему миру, что здесь произошло! И тогда… ради погибших друзей…
Его голос сорвался.
ВЫЖИВЕМ!
В какой-то момент эмоции захлестнули директора, и он внезапно заорал в зал так, что микрофон загудел.
ВЫХОДИ, ТВАРЬ! ВЫХОДИ И УБЕЙ ТОЛЬКО МЕНЯ-А-А!
ЗЛОДЕЙ! МЕРЗАВЕЦ! В ЧЁМ ВИНОВАТЫ ДЕТИ?! ВЫХОДИ! ДАВАЙ СО МНОЙ ДРАТЬСЯ!
ПРОКЛЯТЫЙ УБЛЮДОК! ЕСЛИ БОГ ЕСТЬ, ОН ОБЯЗАТЕЛЬНО ТЕБЯ ПОКАРАЕТ!
…
…
Эхо его криков стихло.
Ученики затаили дыхание.
Директор сжал микрофон так, что рука дрожала, и уставился в пустоту, словно говоря: ну давай, убей меня.
Но призрак, ушедший готовить следующую игру, не появился.
Несколько секунд стояла тишина.
И словно вся храбрость директора исчерпалась этим единственным всплеском, плечи у него опали.
Он завершил речь уже слабым, обессиленным голосом.
Н-на этом… всё-ё-ё-ё…
Он опустил микрофон и поплёлся со сцены.
Внизу его ждали учителя, в том числе Чан Хваын. Они похлопали директора по спине.
Вы хорошо выступили.
Всё нормально…
Взрослые утешали друг друга.
Под сценой ученики тоже разбились на маленькие группки и поддерживали друг друга.
Пол был залит кровью и завален разорванными трупами, так что свободного места почти не осталось.
И всё же ребята теснились вместе и вытирали друг другу слёзы.
А среди них шестеро членов Клуба страшилок переглянулись.
…Пора двигаться.
Окей.
Я решительно шагнул из колонны нашего класса.
Сона, Кёнвон, Докхун, Джинхи и Хаюн последовали за мной.
Мы быстро пошли через толпу к лестнице актового зала.
На фоне всех этих плачущих людей наши собранные лица сильно выделялись.
Чхэрин и Йесыль, до этого утешавшие друг друга, молча смотрели нам вслед.
Гул голосов не стихал.
Я… правда… больше не могу… хнык…
Держись… н-надо выжить…
Так мы добрались до лестницы у входа.
Несколько парней продолжали бороться с дверью, но до назначенного времени она, как и прежде, не двигалась.
Я приказал членам клуба перекрыть обе лестницы.
Ан Кёнвон — правая. Следите, кто спускается.
Угу.
Ли Джинхи, Ин Хаюн, О Докхун
На втором этаже находились второ- и третьекурсники.
И среди них — тот, кого мы искали.
«Я обязательно найду этого ублюдка и выясню, что он вообще такое».
Идущая впереди Джинхи хрустнула пальцами.
Кукловод — третьекурсник Ли Гонхо.
А третьекурсников к этому моменту осталось совсем немного.
Изначально в классе их было около тридцати. Теперь — хорошо если четыре-пять.
Следите за белыми бейджами третьекурсников. Разойтись!
Ищем!
Мы слаженно рассыпались по второму этажу.
Пробирались среди рыдающих старшеклассников, высматривая кукловода.
До следующей игры зал оставался запечатан, а Кёнвон и Сона стерегли лестницы.
Ему некуда было бежать.
«Статус. Статус. Статус. Статус».
Фш-ш! Фш-ш! Фш-ш! Фш-ш!
Сим Ёнчжун. Им Хамин. Ким Сана. Чон Хочхан.
Имена мелькали над лицами плачущих старшеклассников.
И наконец я нашёл нужное.
Фш-ш!
《Статус》
Имя: Ли Гонхо
Возраст: 19
Титул: Кукловод
Склонность: предпринимательская жилка
Причуда: ?..
Понимание: 0/100
Он сидел неподвижно.
Я тоже остановился и несколько секунд смотрел на него.
Джинхи и Докхун, закончившие обход второго этажа, присоединились чуть позже.
Н-нашёл?!
Они оглянулись, проследили за моим взглядом — и замерли.
Хаюн тихо встала рядом и, увидев кукловода, нахмурила аккуратные брови.
…Что это?
Все потеряли дар речи.
Кукловод уже был мёртв.
По плоскому, спрессованному телу было ясно: он не успел за ускорившимся ритмом школьного гимна.
Мы некоторое время молча стояли напротив трупа.
Наконец Докхун, у которого желудок был покрепче, выступил вперёд, холодея от увиденного, и вытащил из кровавой массы бейдж.
Красный от крови бейдж третьекурсника.
«Ли Гонхо».
Может… бейдж подменили?
Нет. Статус показывает это имя.
…Он умер?
Я махнул Кёнвону и Соне, охранявшим лестницы.
Они поспешили наверх, увидели уже мёртвого кукловода и тоже уставились на него в полном недоумении.
Я ещё немного смотрел на труп, но сделать уже ничего было нельзя.
Что это за игра на выживание, если внедрившийся среди участников кукловод сам вылетает раньше остальных и дохнет?
Мы ещё пару секунд смотрели на него, не понимая, смешно это или жалко, затем тяжело вздохнули и направились в аппаратную.
Совсем недавно он стоял там и некоторое время вёл игру, глядя сверху на всю школу.
Щёлк.
Что-нибудь есть?
Хм… особо ничего.
Мы все вместе перерыли аппаратную, но полезного почти не нашли.
Кёнвон стоял у стекла, смотрел вниз на учеников — и вдруг воскликнул:
А! Председатель! А что если…
Что придумал?
Кёнвон нажал несколько кнопок, настроил аппаратуру, а затем с решительным лицом протянул мне микрофон.
Председатель. А что, если тот парень стал кукловодом не потому, что изначально им был? Может, наоборот
…Что?
Подумай. Мы ведь всегда разбирали структуру страшилки и потом обращали её правила себе на пользу.
Кёнвон улыбнулся так, будто нашёл козырь.
Если мы сейчас сами внезапно начнём вести игру, то одним этим перейдём из роли участников в роль ведущих!
Эй! А идея хорошая!
Похоже на правду.
Члены клуба восхищённо захлопали.
Кёнвон довольно поправил очки.
Новая способность, которую он получил после повышения уровня:
При анализе повествовательной структуры страшилок D-ранга и ниже получает бонусную корректировку.
Похоже, прежняя сильная сторона Кёнвона — его знание страшилок — стала ещё более специализированной.
Наверное, с ростом уровня способности будет повышаться и ранг страшилок, которые он сможет разбирать с бонусом.
Интересно, что вообще представляет собой «бонусная корректировка»?
В голове внезапно вспыхивает озарение?
Как бы там ни было, я решил немедленно проверить идею Кёнвона.
Давайте прямо сейчас, чёрт возьми! Быстро, микрофон!
От попытки хуже не станет.
Джинхи и остальные возбуждённо смотрели на меня.
Я включил микрофон и постучал по нему пальцем.
Мой голос раскатился по всему залу.
За стеклом ученики вздрогнули и начали оглядываться.
От мысли, что сейчас мой голос прозвучит перед всей школой, мне вдруг стало неловко, но я собрался и объявил конец игры.
Что?..
Чего?..
По залу прокатился гул.
Щёлк.
Ученики растерянно переглядывались.
Домой?
Нас отпускают домой?
Издалека я встретился взглядом со старостой Чан Хуном.
Его компания стояла в самом конце зала, у сцены.
А мы смотрели на них из аппаратной на втором этаже, в противоположном конце.
Так, через весь актовый зал, мы молча смотрели друг на друга.
Гул становился громче.
Ученики нерешительно двинулись к дверям.
Но двери по-прежнему не открывались.
Учителя и несколько ребят подняли головы к аппаратной и начали что-то показывать жестами.
Джун… Похоже, они всё ещё не могут открыть дверь…
Манера речи. Попробую говорить как призрак.
Кхм. Кхм.
Оставив за спиной тревожный взгляд Соны, я снова взял микрофон.
Я стал подражать голосу призрака, который то растягивал слова, то внезапно ускорялся, и потряс микрофон.
Кии-и-и!
Раздался противный скрежет, похожий на тот, что сопровождал объявления призрака.
Весь зал зажал уши.
Щёлк.
Снова поднялся шум.
Открывайте, быстро!
Сказали же, теперь можно!
Эй! Эй!
Десятки учеников столпились у дверей и начали дёргать ручки.
Дёрг! Дёрг!
Бах! Дёрг!
Но даже после долгих ударов и пинков двери не поддались.
Вскоре посыпалась ругань.
И вся злость развернулась в сторону аппаратной.
Что за хрень эти уроды творят?!
Мы мгновенно пригнулись.
Не работает же, Ан Кёнвон, сволочь!
Кёнвон лишь с кислым лицом поправил очки.
Да и неудивительно.
Эта страшилка была как минимум B-ранга.
Разве мог его пока ещё низкоуровневый навык уже сейчас полностью разобрать её?
Пока снизу сыпались проклятия, мы прятали головы под подоконником.
Несколько особенно разъярённых учеников всё-таки добрались до аппаратной.
БАМ!
Открывайте!
Эй, ублюдки!
Вам больше делать нечего, как в такой ситуации шутить?!
Совсем охренели?!
Мы заперли дверь от разъярённой толпы и легли на пол, стараясь не высовываться.
Издалека донеслись крики девушек — видимо, по наущению Чан Хуна.
Это сейчас Клуб страшилок пошутил!
Клуб страшилок! Это они!
Это Клуб страшилок только что сделал объявление!
Кёнвон и Сона, сидевшие на полу, крепко закрыли уши, слушая ругань за дверью.
Вы, ёбаные уроды, думаете, это сейчас смешно?!
Выходите, психи! Я вас сам убью раньше призрака!
В такой ситуации вам шутки в голову лезут?!
Я несколько секунд сидел с зажмуренными глазами, потом просто вскочил и снова схватил микрофон.
Снизу снова загудели.
Наверное, решили, что я ещё и огрызаюсь.
Сказав только это, я снова пригнулся.
Люди, которые несколько раз подряд прошли по краю жизни и смерти, были на пределе.
А мы фактически сыграли на их надежде, что можно уйти домой.
Ещё немного — и толпа могла просто забить нас до смерти.
Но неожиданно после нескольких минут гомона всё начало стихать.
Ученики у двери аппаратной ещё немного поругались, потом тяжело вздохнули и разошлись.
Я осторожно выглянул и по губам понял, что учительница Чан Хваын изо всех сил убеждает толпу успокоиться.
В противоположность ей группа старосты Чан Хуна ещё какое-то время возмущалась впереди, как вообще можно было устроить такой розыгрыш.
Но вскоре стихли и они.
После четырёх игр у людей уже просто не осталось сил злиться.
Если даже поймать нас и убить, ничего ведь не закончится.
В итоге кто-то нас понял, а те, кто не понял, только махнули рукой:
Эх… идиоты…
Все снова замерли, не зная, можно ли уже куда-то идти.
Члены клуба в аппаратной тоже начали подниматься.
Я тут же усадил их обратно.
Ждите.
…Председатель. Если мы опять будем тормозить…
Сначала получим подсказку у детектива.
Я достал телефон и позвонил Пак Кануну.
Мы как раз сидели в запертой аппаратной.
Лучшего места, чтобы поговорить без лишних глаз, не придумать.