Том 1 · Глава 494. Тридцать шестая страшилка — Дела детектива (1)
За день до Нового года.
31 декабря 2019-го.
Холодной зимой участница Клуба страшилок Ли Джинхи в красном пуховике ехала на мотоцикле по переулкам Силлима.
Причиной было сообщение от детектива Пак Кану́на — наставника, которого назначила ей система.
«Ай, блядь. Я поспать собиралась».
Канун время от времени вот так выдёргивал её из дома и обучал всему, что может пригодиться полицейскому.
Паркуру в сложной городской застройке.
Погоне по улицам.
От правильного хвата пистолета до самых основ расследования.
Всё в его стиле — стиле детектива, привыкшего копаться в самом дне города.
Бру-у-ум.
Соблюдая правила дорожного движения, Джинхи проехала ещё несколько переулков. Вскоре квартал вилл остался позади и показалась старшая школа Наксон.
Она въехала на территорию, оставила мотоцикл на парковке и лениво поплелась к главному корпусу.
Как всегда, школа была открыта ради учеников, пользовавшихся читальным залом на каникулах.
Даже в последний день года гоняет туда-сюда…
Поднявшись своей развязной походкой в клубную комнату на пятом этаже, Джинхи открыла дверь.
Её сразу обдало холодным воздухом: несколько дней сюда никто не заходил.
Она потёрла ладонями нос, протопала к дивану и первым делом плюхнулась на него всем телом.
Эти ублюдки после того дня реально ни разу сюда не пришли?
Комната осталась точно такой, какой они бросили её после церемонии начала зимних каникул.
«Вот же. Конец года
Каждый из пяти остальных участников клуба, стоило ему вернуться домой, будто намертво прилипал к квартире.
Все пятеро были домоседами.
Осознав, что единственная экстравертка, которая постоянно шляется снаружи, — это она сама, Джинхи тяжело вздохнула.
Так. Семь, тринадцать, двадцать один.
Она подошла к стоящему в углу сейфу, набрала код, и тяжёлая дверца распахнулась.
Джинхи достала три толстых конверта с нужными, как ей казалось, номерами и уже собиралась уйти.
Но перед тем как закрыть дверь, ещё раз посмотрела внутрь клубной комнаты.
Даже спустя год их характеры оставались настолько разными, что просто встречаться и развлекаться вместе обычно было скучновато.
Если хотелось именно весело потусоваться, со старой уличной компанией Джинхи было куда интереснее.
И всё же к этим ребятам из клуба она испытывала странное доверие, которого не могла разделить больше ни с кем.
Поэтому даже когда при встрече было скучно, а все вокруг вели себя как дебилы, ей становилось хорошо.
Можно было просто сидеть рядом и каждому заниматься своим — и почему-то на душе становилось спокойно.
Вновь вспомнив это чувство, Джинхи пробормотала:
Хоть на следующей неделе соберитесь, уроды…
Она ещё раз оглядела комнату, будто любовалась ею, и с грохотом захлопнула дверь.
Даже такая мелочь полностью соответствовала Джинхи — осторожность в её движениях отсутствовала как класс.
⁂
Ехала аккуратно?
А вы чего пялитесь?
Недовольно ответив, Джинхи заглушила двигатель.
Детектив сидел в солнцезащитных очках на террасе кафе у универмага и пил кофе.
Джинхи слезла с мотоцикла и своей обычной расхлябанной походкой направилась к нему.
Школьница на байке и детектив в тёмных очках.
Пара выглядела не совсем обычно.
Как и просили.
Тук.
Она положила перед ним три подозрительных толстых конверта. Прохожие невольно покосились на столик.
Это не мне. Читать будешь ты. Садись.
Ох господи-и… ну вот серьёзно…
Протянув жалобный стон, Джинхи для начала пошла к стойке кафе — раз уж ей предстояло читать, надо было хотя бы взять что-нибудь выпить.
Ваш айс-американо готов.
Спасибо.
Отхлебнув через трубочку, она вернулась.
Кануна за столиком уже не было.
Этот дядька куда делся?
На его месте лежали аккуратно разложенные документы из первого конверта — явно оставленные так, чтобы она начала читать.
Чего?
Канцелярский язык объяснял всё так дубово, что Джинхи почти ничего не поняла.
Она полезла в конверт и достала остальные доказательства.
Большинство составляли распечатки кадров с камер наблюдения.
К счастью, почти на каждом листе были стикеры с пояснениями, которые Канун приклеил во время расследования. С ними смысл становился понятнее.
«Дело началось за несколько лет до того, как я стал детективом.
Первое исчезновение произошло во время обычного семейного похода в горы.
Отец семейства оступился на глазах детей, скатился по склону и исчез.
Спасатели прочесали указанный участок даже с использованием вертолёта, но человека не нашли.
Позднее удалось восстановить данные геолокации его телефона.
И выяснилось невероятное: после падения с горного склона аппарат внезапно переместился в кафе “S” в Каннаме.
Записи камер подтвердили, что пропавший — совершенно целый и внешне здоровый — сидел там за столиком и пил кофе.
Некоторое время он спокойно сидел. Затем мимо прошла группа людей, на секунду закрыв его от камеры.
На следующем кадре его уже не было.
С тех пор — более десяти лет никаких следов».
Кафе «S»? Да это же здесь.
Джинхи прищурилась.
В отчёте название скрыли одной буквой, но по кадрам всё было очевидно.
Кафе на первом этаже универмага Clover, с открытой наружу террасой.
Последний след пропавшего — именно этот столик, за которым сейчас сидела Джинхи.
Точнее, место напротив неё.
Пустой стул, где ещё недавно сидел Канун.
«Второй случай зарегистрирован после заявления сиделки пожилого человека с деменцией.
Сиделка включила радио и занялась стиркой. В это время пожилой мужчина просто вышел через открытую дверь.
Позже камера кафе “S” в Каннаме сняла его в нормальном виде, сидящим за тем же столиком и пьющим напиток.
Это последнее подтверждённое наблюдение; он числится пропавшим уже девять лет.
Необъяснимая деталь: на записи он держит стеклянный стакан правой рукой.
Из-за давней возрастной атрофии мышц этот человек физически не мог поднять правой рукой чашку».
«До этого места материалы собирали предыдущие следователи.
Третий случай расследовал уже я.
Двое младших школьников, живших в трёх остановках отсюда, исчезли после того, как играли с друзьями возле железнодорожных путей.
По словам свидетелей, дети находились по разные стороны путей. Прошёл поезд, на несколько секунд разделив компанию, а когда состав миновал — двоих с противоположной стороны уже не было.
К счастью, у обоих были смартфоны.
По данным геолокации, в этот момент они внезапно двинулись по кратчайшей прямой и достигли кафе “S” в Каннаме.
Их последний подтверждённый след — кадры с камер, где оба сидят за тем же столиком и пьют напитки.
С тех пор местонахождение неизвестно».
Джинхи перебрала материалы.
Случаев было ещё несколько, но схема не менялась.
Человек пропадал в обычной жизни.
Начинались поиски.
И каким-то образом последним местом, где его видели, оказывался один конкретный стул в одном конкретном кафе.
Отец семейства, ушедший в горы.
Старик с деменцией.
Двое детей, игравших у железной дороги.
Что могло связывать их так, чтобы каждый в итоге оказался именно здесь — а потом исчез навсегда?
Официальное расследование содержало максимально логичный вывод, на какой вообще могла пойти полиция.
Хотя со стороны казалось, что эти люди исчезли в другом месте, камеры показывали их живыми и здоровыми в кафе.
Значит, они по собственной воле скрылись от окружающих, а затем продолжили где-то прятаться.
Для семей пропавших подобное объяснение было совершенно неприемлемо.
«Человек скатился с горы
Джинхи посмотрела на приложенные данные GPS.
Скорость перемещения доходила примерно до тридцати одного километра в час.
Ха. Да это же ебануться.
Она сунула руку в карман и криво усмехнулась.
Когда-то Джинхи занималась лёгкой атлетикой и хорошо понимала, насколько абсурдна такая скорость.
В лучшие годы сто метров изо всех сил она пробегала примерно за двенадцать с половиной секунд — это около тридцати километров в час.
Тридцать километров в час.
Даже взрослый тренированный мужчина без серьёзной подготовки в спринте обычно не способен выдать такую скорость.
А этот обычный человек после падения с горы нёсся через Сеул десятки километров с темпом профессионального спринтера, прибежал сюда и совершенно спокойно пил кофе.
Обычный человек при такой нагрузке свалился бы с сердечным приступом.
Фу, блядь. Мерзость какая.
В голове сама собой возникла сцена.
Отец на глазах семьи катится вниз по склону.
А потом внезапно поднимается и с бешеной скоростью несётся с горы, после чего продолжает бежать через весь Сеул.
Картина была жуткой.
Но Джинхи обладала крепкими нервами: вместо страха она почувствовала лишь неприятный холодок и отвращение.
То же самое со стариком.
То же самое с детьми.
Ни хрена это дело не сходится…
Она выдохнула и, подражая пропавшим на фотографиях, подняла кружку и сделала глоток.
«Поэтому оно и нераскрытое».
Обычным расследованием такое действительно не объяснить.
Значит, нужен тот, кто разбирается в ненормальном.
В голове Джинхи возник образ худого школьника с мрачноватым лицом.
«Вот почему все постоянно его ищут».
И детектив.
И остальные.
Стоит случиться какой-нибудь странной херне — сразу зовут Ли Джуна.
Джинхи постучала пальцами по материалам.
А может… я тоже?
Она ведь уже довольно долго ходит рядом с ним.
Столько всего видела и слышала краем уха.
Может, и у неё появился хоть какой-то нюх на подобные вещи?
Нахмурившись, Джинхи снова пролистала бумаги туда-сюда.
Учёба ей никогда не давалась, но здесь было полно картинок и фотографий, поэтому сосредоточиться оказалось легче.
Я тут почиркаю. Спасибо, дядька.
Поблагодарив отсутствующего Кануна, она взяла ручку из пакета с уликами по делу детей и начала без всякого разрешения жирно подчёркивать заметки.
Подозрительных моментов было три.
① После первого исчезновения каждый обязательно появлялся на одном и том же месте в этом кафе — и уже оттуда исчезал снова.
② От места первоначального исчезновения до кафе они перемещались с невероятной скоростью. Маршрут тоже был ненормальным: дороги и рельеф игнорировались, движение шло почти строго по кратчайшей прямой.
③ Люди, появлявшиеся в кафе, чем-то отличались от самих себя непосредственно перед исчезновением.
Отец, который должен был серьёзно пострадать при падении, выглядел невредимым.
Старик с атрофированными мышцами спокойно держал кружку правой рукой.
А двое школьников, у которых едва ли были деньги на дорогое кафе в универмаге, сидели каждый со своим напитком.