Том 1 · Глава 58. Лекарство для приёма внутрь
Не проходило ни дня без вздохов.
Не было ни дня, когда вздыхать не приходилось.
Санхо испустил уже неизвестно какой по счёту вздох за этот год и сделал Хёын замечание:
Сестра, следите за уроком.
Да-да.
Она ответила без всякого интереса, продолжая мять щёки Набит.
Хёын присутствовала на занятии как практикантка. Но вместо того чтобы слушать, встала за спиной Набит и развлекалась, растягивая ей лицо. Санхо был готов сойти с ума.
Набит улыбалась с совершенно беззаботным видом.
Хе-хе.
Остальные считали женщину за её спиной практиканткой Ким Хёын, но Набит знала, что перед ней сестра На Хёын. И Санхо знал, что Набит её узнала.
Настоящую личность Хёын знали председатель попечительского совета, директор, Набит и Санхо. Джиюн, кажется, тоже что-то подозревала, однако пока ни о чём не спрашивала.
Набит прислонилась головой к животу Хёын.
Та внезапно сжалась.
Кх…
Ой, сестра…
Набит испуганно отпрянула.
Писавший на доске Санхо услышал шум и обернулся. Хёын держалась за живот.
Что случилось?
Немного болит.
Тогда сходите в туале…
Санхо уже хотел посоветовать ей выйти, но вспомнил, что позавчера сам ударил её именно туда.
Он положил маркер, неловко почесал затылок и подошёл к Хёын. Отвёл её в угол класса, повернувшись к ученицам спиной, и тихо прошептал, чтобы слышала только она:
Ты не лечилась?
Нет.
Почему? Святой силой ведь можно за минуту всё исправить.
Не тебе такое говорить.
Хёын пристально посмотрела снизу вверх.
Сначала бьёшь, а потом предлагаешь вылечиться. В следующий раз вообще перестанешь сдерживаться? Всё равно потом лечение есть.
Да не, блядь… Фух.
Санхо опустил голову.
Прости.
Вот именно.
Хёын улыбнулась.
Он поднял руку и очень осторожно провёл по её животу, почти не касаясь.
Но всё равно вылечись. Тебе же больно.
Не надо. Сама разберусь.
Она оттолкнула его в грудь.
Урок веди.
Санхо кивнул и развернулся.
Все четыре ученицы застыли и смотрели на них широко раскрытыми глазами.
«Что такое? Почему атмосфера вдруг такая?»
Их взгляды были прикованы к животу Хёын.
Похоже, возникло серьёзное недоразумение. Со стороны девушки увидели лишь то, как Санхо тут же подбежал к женщине, пожаловавшейся на боль, и нежно погладил её живот.
Он вернулся к доске и несколько раз постучал по ней маркером.
Девочки, продолжаем урок. Урок…
Какой месяц?
Как всегда, она неслась вперёд подобно десятитонному грузовику без тормозов.
Санхо замахал руками.
Да не беременна она, ненормальная. Мы познакомились совсем недавно.
Тогда зачем вы трогали её живот? Вы гладите живот женщины, с которой познакомились совсем недавно?
Там есть причина.
Вы так осторожно это делали… Будто внутри и правда что-то есть.
Взгляд Тхэхвы пронзал Санхо насквозь.
Но она совершенно ошибалась.
Хотя внутри действительно кое-что было. Не ребёнок, а синяк.
Санхо тяжело вздохнул и продолжил писать на доске.
Что вы такое говорите о сестре? Хватит нести ерунду. Вернёмся к уроку.
Учитель.
Сидевшая на площадке Джиюн окликнула его, глядя в сторону.
Санхо проследил за её взглядом.
Хёын создала святое копьё и объясняла что-то Набит.
Это ведь та самая женщина?
Увидев святое копьё, Джиюн окончательно убедилась.
Санхо кивнул.
Да.
Так и знала, что лицо знакомое. Она мне ещё голову гладила.
Джиюн только что закончила бой с деревянной куклой Санхо.
На площадке Сэхи и Тхэхва продолжали спарринг. Санхо вместе с Джиюн посмотрел на них.
Кх…
Сэхи приходилось тяжело из-за намного более разнообразной магии Тхэхвы.
Она перевернулась назад, приземлилась и тихо простонала.
По движению Санхо понял: к технике лёгкости Сэхи уже полностью привыкла.
«Теперь сложнее будет следующий этап…»
Её ступни заскользили в сторону.
Плавная техника шагов, текучая, словно вода. Самая простая из техник, основанных на принципе потока.
Но даже базовый приём давал отличный результат при точном исполнении.
Сэхи уклонилась от маленького огненного шара Тхэхвы и за мгновение оказалась у неё за спиной.
Тхэхва не стала телепортироваться.
Щёлк!
Она щёлкнула пальцами. На миг вспыхнул ослепительный свет.
Но Сэхи уже не раз попадалась на этот трюк. Во время рывка она заранее закрыла один глаз. Когда открытый на мгновение ослеп, Сэхи распахнула второй и снова увидела Тхэхву.
Ха!
Меч рванулся к её шее.
Теперь Тхэхва телепортировалась.
Хлоп!
Сэхи оттолкнулась от земли, взметнув облако пыли.
Одного прыжка хватило, чтобы догнать Тхэхву. Она снова взмахнула мечом — на этот раз целясь в макушку.
Между рогами Тхэхвы на краткий миг собралась фиолетовая энергия и тут же взорвалась.
Бум!
Тук!
Среди грохота отчётливо прозвучал удар по голове.
Ай! Больно же!
Когда дым рассеялся, Тхэхва сидела на земле, а Сэхи убирала меч в ножны.
Ага. Сто шестьдесят восьмой бой, сто двадцать седьмая победа.
Санхо обратился к Тхэхве:
Зачем стреляла в меч? Нужно было целиться в руку. Каким бы сильным ни был взрыв, тонкий клинок воздухом не отбросишь.
Я торопилась и ошиблась.
Тхэхва ворчливо почесала голову.
Сэхи тут же добавила:
Если ошиблась сто двадцать семь раз, это уже не ошибка. Ты просто дура.
Кто дура?! И какие ещё сто двадцать семь? Я больше ста раз тебя победила!
Неправда! Я побеждала чаще!
Пока они спорили, над головами начали кружиться золотые перья.
Джиюн и Санхо подняли глаза.
Небо закрывали огромные крылья, способные накрыть всю площадку.
Пылающие золотом крылья.
Санхо прекрасно знал этот вид.
Ого…
Даже катавшиеся по земле Сэхи и Тхэхва замерли и ошеломлённо уставились вверх.
Четыре взгляда медленно проследовали вдоль крыльев к их хозяйке.
Хёын держала Набит за руку и что-то объясняла. Крылья за её спиной очень медленно взмахивали.
Санхо мысленно пробормотал:
«Она даже не пытается скрываться… Если её увидят верующие, всё сразу раскроется».
Учитель.
Джиюн вдруг потянула его за рукав.
Что?
Набит плачет.
Что?
Санхо испуганно посмотрел туда.
Джиюн была права: по щекам Набит текли слёзы.
Он быстро подошёл.
Сестра, как можно доводить ребёнка до слёз?!
Хёын сложила крылья и молча посмотрела на него.
Санхо проигнорировал её и попытался успокоить Набит.
Почему ты плачешь? Всё хорошо?
Но Набит посмотрела на него с ненавистью.
Никогда прежде она не смотрела на Санхо подобным образом.
Сестра ни при чём.
Тогда что случилось?
Учитель… Вы правда очень плохой человек.
Я?
Получив обвинение из ниоткуда, Санхо почувствовал себя страшно несправедливо обиженным.
Он повернулся к Хёын, подозревая, что та наговорила лишнего. Может, рассказала, что он ударил её вчера. Или о том, что произошло после торта.
Но ни одна из этих историй не казалась достаточной причиной для слёз Набит.
Санхо вытер влагу с её щеки и погладил по спине.
Если я сделал что-то плохое
Вы правда…
Набит оттолкнула его руку.
Самый плохой человек на свете.
Она продолжала плакать.
Санхо умоляюще посмотрел на Хёын, но та лишь молча наблюдала с непроницаемым лицом.
Он раздражённо постучал себя по груди.
«Я сейчас с ума сойду…»
Что ты ей сказала?
Санхо спросил сразу после окончания классного часа.
Хёын стояла у учительского стола и листала журнал посещаемости.
Ничего особенного.
Не говори детям странных вещей.
Санхо нахмурился.
До итоговой аттестации шесть дней. Им всем нужно сосредоточиться. Даже если речь не о чём-то странном
Вот как? Я не знала.
Ты хоть иногда смотри расписание.
Хёын отвернулась и что-то пробормотала.
Кажется: «Не люблю календари». Слишком тихо, чтобы разобрать наверняка.
Санхо вздохнул.
Покажи живот. Посмотрю, как там.
Хёын без стеснения подняла рясу. Они уже видели друг у друга достаточно, чтобы смущаться.
На белой коже над чёрными шортами, прямо под пупком, темнел синяк размером с кулак. По краям он уже стал ярко-жёлтым.
Санхо тихо простонал и кончиками пальцев осторожно провёл по нему.
Лучше всё-таки… вылечить.
Не хочу.
Хёын хитро улыбнулась.
Буду и дальше смотреть на твоё виноватое лицо.
Хуже увлечения не придумаешь.
Санхо приблизился, чтобы осмотреть синяк, затем вздохнул и хотел подняться.
В этот момент Хёын натянула рясу ему на голову.
Эй, ты что…
Она зажала ему рот одновременно с тем, как кто-то открыл дверь класса.
Санхо оказался сидящим на корточках под рясой Хёын. Из-за учительского стола его не должно было быть видно.
Сестра.
Это была Набит.
Хёын невозмутимо спросила:
Зачем вернулась?
Телефон забыла…
Набит смущённо хихикнула.
Я ещё не привыкла носить его с собой. А где учитель? Почему вы здесь одна?
Ненадолго вышел.
Сестра.
Шаги Набит приблизились к столу.
То, что вы сказали раньше…
Да.
Сколько… Сколько вам осталось?
У Санхо помутилось в голове.
Внезапно звуки исчезли. Хёын схватила его за ухо и поставила вокруг защитный барьер.
Он уже хотел убрать её руку, но понял: если выдаст себя, Хёын не раскроет тайну.
Поэтому Санхо задержал дыхание, поднял внутреннюю энергию и начал улавливать слова Набит по вибрациям тела и пола.
Вы сказали, что у вас осталось мало времени на обучение. Поэтому мне нужно внимательно смотреть, как создаются крылья… Сколько у нас времени? Я глупая, мне понадобится очень много…
Голос дрожал. Набит явно снова плакала.
Санхо закрыл глаза и накрыл лицо рукой.
«Так вот в чём дело».
Она была смертельно больна.
Над его головой Хёын тихо усмехнулась.
Точно я и сама не знаю. В последнее время срок немного увеличился… Но кто знает. Могу внезапно откинуться.
Я помогу.
Чем ты поможешь? У тебя скоро экзамен.
Вы для меня важнее экзамена.
Хёын махнула рукой.
Не надо. Не волнуйся слишком сильно. Может, всё закончится хорошо.
Правда?
Да. Я ведь пришла не умирать. В прошлый раз рассказывала о способе лечения.
Но…
Набит тяжело вздохнула.
Наш учитель тоже ужасно глупый…
Санхо не ожидал, что она думает так и о нём. Он крепко зажмурился.
Ему тоже понадобится очень много времени… Может, даже больше, чем мне.
Похоже на то.
Хёын горько улыбнулась.
Пять лет, кажется. Вашему учителю и правда нужно очень много времени.
Пять лет? Вы знакомы с ним пять лет?
Нет. Встретились намного раньше. Речь немного о другом… Ты, похоже, не знаешь.
Санхо слушал их и поглаживал меч, оставленный Егён.
В любом случае не волнуйся и иди домой. Даже если я внезапно откинусь, это случится не прямо сейчас.
Хорошо…
У двери Набит глубоко поклонилась.
До свидания.
До завтра.
Как только она вышла, Санхо выбрался из-под рясы.
Он резко поднялся, одним движением разбил защитный барьер вокруг уха и свирепо посмотрел на Хёын.
Затем спросил о том, что успел услышать до того, как она заглушила звук, притворяясь, будто ничего остального не знает:
Что значит «осталось мало времени»?
Как думаешь?
Хёын делала невинное лицо.
Санхо скрипнул зубами.
А что ещё, кроме времени? Я и сам понял.
Тогда зачем спрашиваешь?
Почему его осталось мало? Сколько именно?
Я тоже не знаю. Но, наверное…
Хёын мельком посмотрела на его левую ногу.
Этого единственного взгляда хватило, чтобы понять скрытый смысл.
И вспомнить всё, что она говорила раньше: что нужно больше охотников X-ранга, что времени на обучение почти нет.
Санхо понял: Хёын пришла в школу не ради себя, а ради него и Набит.
Эй.
Он оттеснил её к доске, поставил руку рядом с головой и навис сверху.
У меня тоже мало времени.
Санхо указал пальцем ей в лицо.
Поговорим после экзаменов. До тех пор жди. Никуда не исчезай и не лезь в странные места.
Хёын долго смотрела на него глазами с тёмными кругами, а затем улыбнулась.
Хорошо.
И если тебе действительно плохо, не терпи. Сразу говори. Поняла?
Поняла, придурок.
Она схватила его за воротник и притянула ближе.
Санхо подался вслед за её рукой и наклонил голову.
Скрип.
Они испуганно оттолкнули друг друга.
В дверях стояла Набит и запинаясь объясняла:
Я… пока разговаривала, снова забыла телефон…
Они так сосредоточились друг на друге, что совершенно не заметили её приближения.
Санхо покраснел и кашлянул.
Она просто схватила меня за воротник.
Я не дура.
«Сама же говорила, что дура…»
Санхо облился холодным потом.
Набит достала телефон из-под парты.
Учитель всё-таки не такой глупый.
Всё не так…
Ничего страшного. Я никому не скажу.
Я же говорю…
Но Набит его совершенно не слушала и только счастливо улыбалась.
Я рада.
Её серые глаза смотрели не на Санхо, а на Хёын.
Та фыркнула и махнула рукой, прогоняя Набит.
Я ведь сказала не беспокоиться.
Да.
Набит торопливо выбежала, но снова просунула голову в дверной проём, чтобы сказать напоследок:
Вы очень подходите друг другу.
И тут же закрыла дверь, словно больше не собиралась мешать.
Но настроение уже исчезло.
Санхо прищёлкнул языком и забрал журнал со стола.
Пошли в учительскую.
Сделай.
Что тебе сделать, блядь? С тобой без настроения вообще ничего невозможно.
Тогда открой рот.
Хёын схватила его за лицо и поцеловала.
Она налетела так резко, что Санхо сначала решил, будто его собираются ударить лбом. Он изо всех сил пытался вытолкнуть язык Хёын, постоянно проникавший между губ.
«Я же говорил, что чувствую табак…»
Позавчера был хотя бы крем от торта. Сейчас не было ничего.
Хотя запах оказался слабее, чем он ожидал.
В конце концов Санхо немного ответил языком, затем отстранился и спросил:
Сегодня не курила?
Нет.
С чего вдруг?
Я лечусь.
Хёын хихикнула.
Во время лечения нельзя пить и курить.
Санхо пристально посмотрел на неё.
Я что, врач?
Ты не врач. Ты лекарство.
Хёын положила ладонь ему на затылок.
Потому что тебя принимают внутрь.
Сумасшедшая…
Постарайся хоть немного, придурок. У тебя опыта намного больше моего.
Заткнись. Я тоже пять лет ничего такого не делал…
Он позволил Хёын снова забрать его язык.