Том 1. Глава 19
Тот, кто был потрясён больше всех, был вовсе не Вейл, а Тие.
Ч-ч-что это?!
От внезапного вида хлынувшей крови Тие аж подпрыгнула на месте. И в это самое мгновение прямо перед её глазами кое-что появилось.
Маленькое, угольно-чёрное тельце. Холодно поблёскивающие алые глаза.
Челныш?!
Это крошечное существо перед ней было без всяких сомнений Чернышом!
Я же говорил тебе вставать быстрее, а ты разбудила меня только ради этого? Чтобы показать мне это?
Но Черныш, которого она так долго не видела, первым делом раздражённо проворчал:
Ты не можешь справиться даже с маленьким бунтом, а ещё планируешь возглавить отряд наёмников...
Тие от шока забыла как дышать и могла только глазеть на него. И она была не единственной.
Все в таверне широко раскрытыми глазами уставились на Черныша.
В этот момент раздался голос Вейла:
Эй... мелкая, ты.
Вейл всё ещё стоял на месте как вкопанный, а с его руки всё ещё капала кровь.
Только что... ты приказала своему призванному существу напасть на меня?
Глаза Тие округлились:
Т-Тие н-ничего такого не делала!
Она, честно говоря, даже не знала, что Черныш проснулся!
Вейл, хорош,
Он прижал ткань к раненой руке и сказал:
Ты же слышал от Нордикса. Тие только недавно пробудила свою силу, ей трудно её контролировать. Судя по всему, рана неглубокая. Не делай того, о чём пожалеешь позже.
Но всё равно!
Ты проиграешь.
Вейл замолчал. Черныш, стоявший рядом с Тие, скривил рот в ухмылке, словно только этого и ждал.
Увидев это, Тие без раздумий схватила его. Ккамани посмотрел на неё, как бы спрашивая, в чём дело, но Тие, покосившись на окровавленную руку Вейла, сурово произнесла:
Челныш, ты-ы-ы... марш с Тие в комнату правды.
И она сразу же побежала на второй этаж.
В комнате, где они остались наедине.
Тие тихонько простонала и прижала ладошку ко лбу. В её голове всплыл случай с Хёной из группы «Перепёлочки», которая однажды поранила подругу.
Воспитательница! Хёна толкнула меня, я ободрала коленку! Уа-а-а!
В сеульском районе Чонногу, в детском саду «Ханбит», куда ходила Тие, было очень, очень важное правило:
Ни в коем случае нельзя обижать друзей!
Если это случилось случайно, можно было получить всего одну «грустную» наклейку и выйти из комнаты правды.
Но если нарочно?
Тогда всё было по-другому.
Челныш, ты... как ты мог заставить братика Вейла истекать кловью?
Тие была предельно серьезна, а Черныш выглядел так, будто ему скучно. Он развалился на полу, раскинув лапы, и только лениво поглядывал на Тие.
Кто разрешил тебе так сидеть, когда Тие разговаливает?
Буду сидеть как хочу.
...!
Огромный шок пронзил голову Тие.
«О-обычно, если воспитательница ругается, полагается говорить, что это твоя вина...?»
Наказание было ужасно страшным.
Ребёнок, который намеренно обидел друга, должен был сидеть в комнате правды целых десять минут.
Ты садился на стул размышлений, каялся, а потом приходила воспитательница и давала тебе две «грустные» наклейки.
Когда все остальные получали наклейки «молодец», ты один – «грустные»...
Тие набралась смелости. И, подражая воспитательнице, серьезно посмотрела на Черныша:
Ни при каких об-сто-яте-льст-вах нельзя делать людям больно!
Ты сама его укусила.
Щёки Тие вспыхнули.
«О-ох. Точно».
Когда Вейл вредничал, она сама не заметила, как тяпнула его за руку.
Но я ж не кусала его сильно... правда?
Черныш только фыркнул. Лицо Тие немного погрустнело.
В комнате повисла тишина.
Но ты всё равно молодец.
В этот момент заговорил Ккамани.
Тие удивлённо посмотрела на него.
Молодец. И за то, что укусила его, и за всё остальное. Честно говоря, я не ожидал, что ты сама зайдёшь так далеко. Я думал, что без меня ты ничего не сможешь сделать.
Тие робко переспросила:
...Правда?
Черныш посмотрел на неё своими алыми глазами.
Да. Меня не было рядом, а ты сама добралась до ворот. Честно говоря, я удивлён. Я думал, что в одиночку ты пропадёшь.
...
На самом деле, жалкий здесь я. Я лишь немного искривил временную шкалу, и из-за этого впал в такую долгую спячку.
Тие поспешно замахала руками:
Нет! Челныш, то, что ты сделал, было так здорово! Ты ведь тогда сказал, что повернул измеление, верно? Это вообще-то очень трудно! Ты...
Это не потому, что я потратил много сил. Я просто слаб.
Тие замолчала.
Черныш безмолвно уставился в потолок. На его мордочке читались усталость и что-то сложное.
Тие нерешительно протянула к нему руку, но в этот момент Черныш снова перевёл на неё взгляд.
Вот почему тебе лучше продолжать в том же духе.
Ась?
Скрывай свою личность. И в то же время
И твою тоже?
Дракон кивнул.
Да. Похоже, все думают, что я просто твое призванное существо. Пусть думают так и дальше.
Глаза Тие округлились, а сердце забилось чаще:
Хорошо!
Черныш был её другом. И, похоже, у него была какая-то запутанная история.
«В такие моменты Тие должна защитить его!»
Если все будут думать, что Тие – это скрытый архимаг в теле ребёнка, а Черныш – всего лишь её призванный дух, то никто не станет выведывать его истинную природу, и ему будет немного легче жить в этом мире.
Тие пододвинулась ближе к нему:
Черныш, не волнуйся! То, что ты легендарный Пупетмон, я обязательно сохраню в та—
Лукарион.
В этот момент за окном показалось солнце. Из-за яркого света Тие на мгновение зажмурила глаза.
Когда она открыла их, перед ней сидел черноволосый мальчик, которого она видела в самый первый день.
Губы Тие приоткрылись.
«Шесть лет... нет, семь».
В первый день она не заметила, но сейчас Черныш выглядел примерно того же возраста, что и старшие ребята из группы «Оленята».
Черныш повторил:
Моё имя. Лукарион.
...Лукарион.
Тие невольно повторила это имя.
И, посмотрев в его глаза... она вспомнила Чонногу.
Ту ночь, когда проливной дождь, казалось, пропитал само её сердце. Когда она открыла ящик с вещами, оставленными отцом, Тие подумала, что именно так ощущается падение в одиночку в холодный бассейн.
Её глаза, её сердце, все десять пальцев – всё онемело, и если бы где-то была глубокая нора, ей захотелось бы спрятаться там на сто дней и не выходить.
Но потом появился Черныш, нет, Лукарион.
Лукарион...
Он перенёс Тие в этот мир и дал ей шанс снова встретить отца.
Лукарио-о-он!
Сама того не замечая, Тие крепко обняла мальчика.
Спасибо тебе, Лукарион!
Это были слова благодарности, которые она не смогла произнести в самый первый день.
Лукарион спокойно позволил ей обнять себя. Когда по её щекам покатились слёзы, Тие поспешно отстранилась, чтобы не испачкать его.
Затем она взяла его за руку и захихикала:
Спасибо, что помогаешь Тие...
Лукарион удивлённо посмотрел на неё.
Знаешь, завтра мы отправляемся в Столицу! Теперь нас впустят туда как настоящий отряд наёмников!
...Правда?
Угу! Папа
Лукарион кивнул.
Как только мы найдём папу, Тие отплатит тебе за доброту! А если тебе будет тяжело, ты всегда можешь залезть в мой рюкзачок и отдохнуть! И ещё, раз уж ты теперь моё призванное существо, при людях лучше звать тебя просто Черныш, ладно?
Это как-то....
Черныш всё равно лучший!
...Тогда зачем спрашивала?
Черныш! Пошли!
Лукарион неохотно позволил потащить себя за руку. Когда они переступали порог, он снова принял облик маленького дракончика.
В поле его зрения была маленькая ручка Тие, крепко сжимающая его переднюю лапу. Рубиновые глаза спокойно потемнели.
«...Всё-таки».
Через прикосновение их кожи он почувствовал, как что-то вливается в его тело. Это была сила, переполняющая тело Астие. Всё ещё безнадёжно недостаточная, но...
Глядя на мягко покачивающиеся волосы Тие, глаза Лукариона блеснули.
«Всё-таки это была ты».
Теперь он мог быть полностью уверен. В тот день на самом деле его разбудила Астие.