Том 1. Глава 31
«Пусть лучше спит. Если очнется
Я медленно выпрямилась.
Молодой аптекарь вздрогнул и от испуга плюхнулся на пол.
А теперь ты.
Я... Я!
Он вдруг вскинул руку, как ученик на уроке, и выпалил то, о чем я даже не спрашивала:
Я... я отлично готовлю лекарства от простуды!
Я собиралась спросить не об этом.
Хотя лекарство от простуды мне тоже было нужно.
Я прищурилась:
То, что ты сегодня здесь видел
Д-да, да! Я запомню это как Отче наш! Клянусь!
Аптекарь распластался на полу, уткнувшись лбом в доски.
Так вот. Ты сказал, что умеешь готовить лекарство от простуды.
Д-да! Служанки, которые работают в лазарете, говорят, что мое лекарство от простуды
Тогда давай его сюда.
С-сейчас!
Аптекарь вскочил и метнулся к рабочему столу. Его руки замелькали с такой скоростью, что сливались в размытое пятно.
Очень скоро он протянул мне пузырек с мутноватой жидкостью красноватого оттенка.
Э-эм, я слышал, что Его Высочеству Третьему принцу еще мало лет. Это лекарство подходит и для детей, поэтому я добавил в него немного клубничного сиропа…
Какая излишняя забота.
Забрав пузырек, я снова строго посмотрела на него.
Повторяю еще раз. Если то, что сегодня здесь произошло, выйдет за пределы этой комнаты...
Аптекарь снова продемонстрировал чудеса реакции. Не дав мне договорить, он рухнул на пол.
Я... я очень дорожу своей жизнью! Я никому, никогда ни слова не скажу о том, что случилось сегодня!
Его чересчур бурная реакция немного сбивала с толку.
«Ну, после такого зрелища это, наверное, нормальная реакция».
Если поползут слухи, первым я приду за тобой.
Д-да. Я всё понял.
Оставив аптекаря бить поклоны, словно перед ним стоял сам император, я поспешно покинула лазарет.
Сначала я хотела просто идти быстрым шагом, но не успела оглянуться, как уже бежала, тяжело дыша.
Так я и изо всех сил мчалась обратно во дворец третьего принца.
У-х-х-х...
Эдвин всё еще не приходил в себя из-за сильного жара.
Я разжала его губы и насильно влила лекарство.
Госпожа няня, а если он поперхнется...
Не волнуйтесь. В уходе за больными я не сильна, но вот вливать в людей жидкости мне приходилось часто.
Что?
Вопреки опасениям Кэтрин, Эдвин проглотил лекарство, не пролив ни капли.
Теперь оставалось только надеяться, что тот трусливый аптекарь не приукрасил свои таланты.
Ваше высочество Эмилия, вы можете заразиться.
Не хоцу! Лия будет с блатиком!
Эмилия прилипла к кровати брата еще до моего возвращения и наотрез отказывалась уходить.
И в кого она только такая упрямая?
Я уже собиралась вздохнуть, но тут Кэтрин подхватила принцессу на руки.
Не-е-ет! Лия сказала, что будет с блатиком!
Ваше высочество Эмилия, пойдемте перекусим. На кухне как раз приготовили ваш любимый медовый торт.
Что? Ме-медовый торт?
На лобике Эмилии залегла глубокая морщинка искренних душевных терзаний.
Медовый торт или больной брат?
Принцесса, покусывая пальчик, забормотала:
Нельзя... Лия долзна засисять блатика...
Я посторожу Его Высочество Эдвина вместо вас, так что можете смело идти.
От моих слов лицо принцессы расцвело, как весенний цветок.
Плавда?
Да.
Холосо! Тогда пусть Лейче засисяет блатика вместо Лии! Смотли в оба!
Не беспокойтесь.
Так Эмилия на руках у Кэтрин покинула комнату.
В комнате повисла тишина. Лишь тяжелое дыхание принца нарушало ее.
Кажется, после приема лекарства ему стало немного легче дышать.
Я прикоснулась к его лбу — жар тоже заметно спал.
«Аптекарь не соврал».
Я тихо вздохнула и откинулась на спинку стула.
За окном уже догорал закат.
Весенняя простуда оказалась на редкость упрямой.
Даже после приема лекарства Эдвин проболел еще несколько дней.
Кашель полностью прошел, но по ночам температура то поднималась, то падала.
Из-за этого нам с Кэтрин приходилось дежурить у его постели по очереди каждую ночь.
Так прошло еще пару дней. И вот, глубокой ночью, когда весь дворец спал...
Эдвин с трудом разомкнул тяжелые веки.
Раньше у него болело всё тело, словно его избили палками, но сейчас боль ушла.
Сквозь мутную пелену он разглядел кого-то, сидящего рядом.
Силуэт человека, сидящего спиной к лунному свету и наблюдающего за ним.
Эмма?
То ли из-за остатков сна, то ли из-за не спавшего до конца жара.
Эдвин позвал по имени человека, с которым больше никогда не смог бы встретиться.
Эмма... это ты, Эмма?
В полных тоски глазах принца блеснули слезы.
Эмма, это ведь ты?
Эдвин с отчаянием протянул руку.
Почему... почему ты пришла только сейчас? Я ведь так долго молился.
Молился о том, чтобы она пришла к нему хотя бы во сне. Хотя бы на одно мгновение.
И тогда... Эмма, не проронив ни слова, взяла его за руку.
Я так и знал. Это ты, Эмма.
Эдвин так крепко сжал ее холодную ладонь, словно боялся, что она снова исчезнет.
Они долго молчали, держась за руки.
Эмма.
Наконец, принц тихо заговорил:
Прости меня.
За то, что ничем не смог помочь, когда она умирала, выпив яд, присланный Второй Императрицей.
Мне так жаль. Правда.
За то, что был никчемным принцем, которого всегда приходилось защищать.
За то, что был трусом, который не смог защитить даже свою маленькую сестренку.
По щекам Эдвина непрерывным потоком катились слезы.
Я... я во всем виноват.
Голос маленького принца жалко сорвался.
Прости меня... Прости...
За что вы извиняетесь?
И тут Эмма впервые заговорила.
Ее голос звучал гораздо ниже и холоднее, чем он помнил.
Но разум Эдвина был слишком затуманен, чтобы уловить эту разницу.
Из-за меня... Эмилии было больно. Как и тебе, Эмма.
Принц крепко зажмурился, словно вспоминая страшный сон.
А еще я снова ничего не смог сделать перед братом Ллойдом. Я бросился на него, но это было бесполезно.
Эдвин до крови прикусил губу.
Прости меня. Ты даже потратила свое последнее желание на то, чтобы я был счастлив, а я... я не знаю как.
Каждый раз, когда он пытался ухватиться за счастье, несчастье, таившееся под ногами, обрушивалось на него, словно только этого и ждало.
Эмма, а что такое счастье? Я не знаю. Что я должен сделать, чтобы стать счастливым?
Его худенькие плечи мелко дрожали.
Мама ушла. И ты, Эмма, тоже ушла. Все, кто был рядом, оставляют меня.
И эта странная женщина тоже сказала, что уйдет.
Хотя обещала, что всегда будет на его стороне.
...И она, и Лия... все когда-нибудь уйдут.
Эдвин пробормотал это, всё так же крепко сжимая руку Эммы.
Мне страшно, Эмма.
Страшно остаться одному. Страшно, что рядом никого не будет.
Но больше всего его пугало осознание того, что у него нет сил защитить даже тех немногих, кто оставался с ним сейчас.
...Если бы я был таким же умным, как старший брат... или таким же сильным, как второй брат... вы бы не ушли?
То ли жар снова начал подниматься, но лицо Эдвина раскраснелось.
Почему я... ну почему я! Кха, кха!
Принц зашелся в кашле, и Эмма попыталась встать.
Почувствовав, что она хочет уйти, Эдвин испуганно закричал:
Нет! Не уходи! Не бросай меня одного, Эмма!
Тише.
Прохладная рука легла на пылающий лоб принца.
От этого приятного прикосновения Эдвин инстинктивно закрыл глаза.
Я никуда не уйду.
Правда? Честно-честно не уйдешь?
Да.
Обещаешь?
Когда Эдвин с тревогой переспросил, она медленно кивнула.
Да. Обещаю. Поэтому спите.
Словно эти слова были магическим заклинанием.
Успокоенный принц снова погрузился в глубокий сон, под прикосновением холодной, но такой заботливой руки.
«Лучше бы я этого не вспоминала».
Она сказала, что это ее последнее желание.
Желание, говорите?
Да. Эмма сказала, что хочет, чтобы я стал счастливым. Наверное, это и было ее последним желанием.
Я убрала руку со лба спящего Эдвина.
Сначала я думала, что это просто совпадение имен. Потом — отчаянно надеялась на это.
Но в конце концов я приняла правду.
Что эта «Эмма» и «Эмма», которую знала я — один и тот же человек.
Графиня Эмма Конрад.
Покойная няня Эдвина и женщина, которая когда-то заменила мне мать.
Женщина, чья настоящая фамилия была не «Конрад», а «Ройче».
Почему ты солгала мне и умерла такой нелепой смертью?
Я до сих пор помню нашу последнюю встречу.
Она убеждала меня, что возвращается в родную деревню, чтобы жить вместе со своей настоящей семьей. И просила больше не искать ее.
Нет, она сказала, что мне нельзя ее искать.
«Если ты хотела оборвать со мной все связи, так бы и сказала».
Я бы приняла это с легким сердцем.
Но зачем тогда было хранить мой подарок до самой смерти?
Проклятье.
Я выругалась, глядя на жемчужный браслет на запястье Эдвина.
Дешевая безделушка, которую я купила на рынке с первого жалованья в ордене ассасинов.
Это была импульсивная покупка.
Я знала, что больше никогда ее не увижу, но почему-то вспомнила о ней и купила.
А в тот день, когда я пообещала бывшему главнокомандующему, что больше никогда не встречусь с Эммой...
Случилась наша случайная встреча.
И тогда, когда она плакала, держа меня за руки, я отдала ей этот браслет.
Кайла, что это?
...Залог. Если ты принесешь его мне, я исполню три твоих любых желания бесплатно.
Услышав это, она перестала плакать и весело рассмеялась.
Она смотрела на меня так, словно взрослый смотрит на забавную выходку ребенка.
Ты всё такая же нелюдимая. Могла бы просто сказать, что это подарок.
Увидев мое смущенное лицо, Эмма долго смеялась, а затем вытерла слезы.
Тогда я могу загадать первое желание прямо сейчас?
Слушаю.
Ты будешь приходить ко мне, Кайла? Тебе не обязательно показываться мне на глаза.
Эмма, казалось, уже тогда прекрасно понимала, чем я занимаюсь.
Мне будет достаточно просто знать, что ты жива и невредима. Подписывайтесь на наши соцсети, ваша активность очень важна для нас ∗_∗ (а еще там доступно больше глав!)