Том 1 · Глава 19. Побочная история — Воспоминания, к которым невозможно вернуться
# Воспоминания, к которым невозможно вернуться
Темная, убогая каморка, словно вылепленная из глины и оставленная засыхать. Ужасное место, где из соседней комнаты то и дело доносились похотливые звуки. Вот и весь мой мир.
Для сироты без имени и прошлого способы выжить были крайне скудны. Вся разница заключалась лишь в том, умрешь ли ты молодым, влача пожизненное рабство, или будешь выживать изо дня в день, торгуя собственным телом, чтобы в итоге безвременно угаснуть от грязной болезни.
Я был ничтожным продажным мальчишкой.
В тот день, как и всегда, раздался неизбежный зов сутенера.
Чтобы избежать побоев, мне пришлось бежать изо всех сил, едва не ломая ноги. Отчаянно сглатывая тяжелое дыхание, я на ходу нацепил заученную улыбку, готовясь угодить ему.
Моему взору предстал сутенер, который низко кланялся, согнувшись чуть ли не до самых колен.
Заметив меня сквозь щель между собственными коленями, сутенер бросил на меня быстрый взгляд и тут же визгливо закричал:
Эй, ты, мелкая шлюха! Живо сюда! Ты хоть понимаешь, кого заставляешь ждать?!
Я ответил так быстро, как только мог:
Простите меня!
Моя сияющая улыбка и вежливый тон ничем не выдавали того, что я только что выслушал столь оскорбительную брань. Фыркнув, сутенер грубо надавил мне на затылок, выталкивая вперед.
Хе-хе, думаю, этот как раз в вашем вкусе, господин. Как он вам?
Хм...
Мужчина издал задумчивый звук. Голос его, еще не полностью огрубевший, напоминал голоса сверстников в период полового созревания. Совсем не тот голос, какой ожидаешь услышать от клиента борделя.
Он пристально разглядывал меня, продолжая задумчиво хмыкать, словно оценщик, изучающий товар.
Мужчина долго хранил молчание. Не только я, но даже сутенер, все еще прижимавший мою голову к полу, заметно занервничал. Звук сглатываемой слюны показался постыдно громким.
Наконец, мужчина нарушил затянувшуюся тишину:
Хорошо.
В таком случае!..
Я забираю этого ребенка.
Мужчина достал из-под одежды и протянул тяжелый кошель. Судя по звону, внутри находилось нечто весьма ценное.
Проверив содержимое кошеля, сутенер даже не пытался скрыть переполнявшую его радость и грубо толкнул меня в сторону покупателя.
Хе-хе, благодари судьбу, что этот благородный господин купил тебя. И учти: выкинешь глупость
«Я убью тебя, ублюдок паршивый».
Каким бы падшим я ни был, продавая свое тело в темноте, существовала одна вещь, к которой сутенер меня никогда не принуждал.
Он никогда не заставлял меня ложиться под мужчин. Конечно, не из доброты душевной. Это было лишь его упрямое предубеждение, сродни фанатичной ненависти к подобному. Однако стоило сутенеру столкнуться с силой капитала, как вся его полная злобы идеология рассыпалась, точно песчаный замок.
Стараясь не кривиться, я обратился к мужчине, готовый проводить его:
Тогда я провожу вас. Пожалуйста, следуйте за мной.
Но стоило мне сделать шаг к борделю, как дорогу преградил сам сутенер.
Куда это ты намылился, идиот?
Простите?
В этот момент купивший меня мужчина притворно кашлянул:
Кхм, кажется, произошло недоразумение. Я купил не день с тобой.
Не совсем понимаю, о чем вы, господин. Я не слишком сообразителен, ха-ха.
Ответ, который я услышал, продолжая подобострастно улыбаться, превзошел все мои ожидания:
Я выкупил саму твою личность. Отныне ты больше не принадлежишь этому заведению.
Этого... не может быть.
Отчаяние захлестнуло меня с такой силой, что захотелось повеситься. Из слухов я слишком хорошо знал, как обходятся с выходцами из борделей, проданными благородным господам.
Законное право владения, подкрепленное деньгами, превращает нас в скот, лишенный человеческого облика. До такой степени, что даже глиняные стены борделя показались мне верхом уюта.
Друг мой, мне кажется, ты напуган.
Стоило мужчине бросить резкий взгляд на сутенера, как ярость последнего тут же перекинулась на меня.
А ну-ка, паршивый идиот! Лицо попроще сделать не можешь?! Жить надоело?!
Нет! Я буду служить вам всем сердцем... Хозяин.
Объятый ужасом, я не смел поднять глаз на мужчину, уставившись в землю.
Мне не нужно ни звание хозяина, ни твое служение. Я пришел за тобой вовсе не ради таких пустяков.
Что это значит...
«Что за чушь?»
«Ах...»
Из моей груди невольно вырвался безмолвный вздох восхищения.
В тот день я увидел ослепительный свет, который не смогу забыть до самого скончания веков.
Величественная копна рыжих волос, напоминающая львиную гриву, и глубокие синие глаза, в которых, казалось, запечатлелось предрассветное небо. А еще — уверенная улыбка, словно ничто в этом мире не способно его испугать.
Он казался существом из совершенно иного мира, и его никак нельзя было принять за моего сверстника. Я подумал, что если на свете и существуют прирожденные короли и аристократы, то они непременно должны быть похожи на него.
Зови меня Астел. Мое полное имя излишне длинное, понимаешь ли. На этот раз позволь мне вести тебя.
С-спасибо, Астел...
Я бы предпочел, чтобы ты обращался ко мне на «ты»... но ладно, сейчас тебе, наверное, трудно, так что настаивать не буду.
Астел без колебаний сжал мою грубую, покрытую грязью ладонь. Его мягкие пальцы, гладкие, словно нефрит, лишний раз подтверждали высокое происхождение юноши.
Он привел меня к изящной карете, стоявшей на оживленной улице. Когда грязного оборванца из борделя усаживали в роскошный экипаж аристократа, прохожие либо смотрели с жалостью, либо презрительно усмехались.
Как и всегда, никто не пришел на помощь.
Подав кучеру знак трогаться, Астел с интересом уставился на меня.
Позволь представиться официально еще раз. Меня зовут Астелнерка Эуглинас. Мне четырнадцать лет. А как зовут тебя?
У меня нет... имени. Сутенер звал меня просто «мальчишкой». Мне тоже четырнадцать.
Нет имени, значит? Тогда могу ли я... нет, не привык я к такому тону. Буду говорить проще. Можно мне дать тебе имя?
Пожалуйста, делайте как вам угодно, Астел.
Хм! Хорошо.
Астел глубоко задумался. То подпирая подбородок рукой, то соединяя кончики пальцев домиком, он перебирал варианты. Разве имя — это не просто ярлык для различия людей?
Мне было бы все равно, назови он меня хоть придорожным сорняком.
Придумал!
Наконец, завершив свои размышления, Астел осторожно предложил:
На древнем языке «Нетион» означает надежду, а «пис»
Несмотря на то с какой заботой Астел выбирал имя, я принял его совершенно равнодушно.
Нетионпис...
Я тихонько повторил свое новое имя, чтобы случайно его не забыть.
Я понял. Отныне меня зовут Нетионпис.
Да, Нетионпис. Отличное имя!
Пока карета ехала к поместью, Астел расспрашивал меня обо всем на свете. Мы говорили о самых разных вещах: от моей прежней жизни до моих вкусов и предпочтений.
Слушая о незначительных мелочах моих будней, он сопереживал так искренне, словно сам прошел через это. То злясь, то погружаясь в печаль, он менялся в лице, и эти живые реакции забавляли меня, заставляя все больше раскрываться перед ним.
Я вовремя спохватился и стал сдерживать себя, но...
В конце концов, вопросов становилось только больше. Все казалось загадкой: от причин, приведших благородного молодого господина из семьи Эуглинас в трущобный притон, до того, зачем он вообще меня выкупил.
Набравшись смелости, я спросил:
Астел, могу я узнать, почему вы выкупили меня? И что мне делать дальше?
Ах, должно быть, ты сильно переживал. На твоем месте я бы тоже извелся. Прости, что думал только о себе.
Вопреки моим ожиданиям, Астел решил немного отложить ответ.
О, мы уже приехали. Я все подробно объясню, так что давай продолжим разговор внутри.
Лишь покинув карету, я по-настоящему осознал, что Астел действительно был молодым господином из семьи Эуглинас.
До меня доходили слухи о несметном богатстве графской семьи Эуглинас, но представшая предо мной картина доказала, что молва не передавала и половины истины.
Ветер разносил благоухание цветов из прекрасного, бескрайнего сада. Белоснежное поместье величественно возвышалось, напоминая священный храм.
Нетионпис, иди за ними. Скоро увидимся!
Хорошо, Астел.
Я последовал за двумя опрятно одетыми служанками. Манеры прислуги столь величественного особняка разительно отличались от повадок такого уличного отребья, как я.
Я полагал, что любой станет смотреть на грязного, оборванного и порочного ребенка с презрением, но эти женщины, по крайней мере, вели себя иначе.
Я вымою мальчика, а ты принеси подходящую одежду.
Хорошо. Думаю, одежда пажа придется впору.
Пока одна из них ходила за вещами, я принялся заранее стягивать свои лохмотья. Когда вошедшая в ванную служанка потянулась ко мне, я поспешно произнес:
Вам не нужно помогать мне. Я могу помыться сам.
Вовсе не из-за стыдливости я не желал обнажаться. В конце концов, вся суть моей работы заключалась в том, чтобы позволять чужим женщинам забавляться с моим телом.
Мне просто хотелось показать, что я послушный ребенок и не доставлю лишних хлопот.
Ценю твою заботу, но таков приказ молодого господина, так что у меня нет выбора.
Ах...
Если такова была воля Астела, мне оставалось лишь подчиниться.
Сидя в теплой воде, я безропотно позволял ей оттирать грязь и мыть мои волосы. Насухо вытерев мое тело, она состригла отросшие и свалявшиеся пряди.
В этот момент вернулась служанка с одеждой. Широко распахнув глаза, она восхищенно ахнула:
О боже, надо же! Неужели это тот самый мальчик, которого привели? Кто бы мог подумать, что под грязью скрывается такое лицо?
Правда ведь? Стоило лишь привести в порядок волосы, и он совершенно преобразился.
Я словно впервые за долгое время увидел собственные глаза.
«Точно, они ведь такого алого цвета. Раньше мне приходилось прятать их, потому что люди били меня, называя этот взгляд зловещим».
У этого мальчика очень необычные глаза.
И правда. Редкий оттенок.
Наверняка они ничем не отличались от остальных и тоже сочтут это уродством. Пока я мысленно мирился с неизбежным, до моих ушей донеслись совершенно неожиданные слова:
Прямо как рубины.
Да нет же, это гранаты!
А какая разница между рубином и гранатом?
Я и сама не знаю!
«Хм-ф...!»
Слушая шутливую перепалку служанок, я едва сдерживался, чтобы не рассмеяться в голос.
Смотри, мальчик улыбается!
Вот видишь, зачем надо было выставлять напоказ свою глупость?
Я отчаянно пытался сохранить невозмутимый вид, но, очевидно, так и не сумел скрыть дрожь в уголках губ.
Стоило мне поспешно взять себя в руки и одеться, как снаружи раздался громкий топот.
Молодой господин Астелнерка! Не стоит бегать по особняку.
Ну и кто просил строить такой огромный дом? Наверное, дедушка моего дедушки... Тут ведь пока дойдешь куда надо, целая вечность пройдет.
Бам!
Распахнув дверь в мою комнату, Астел восхищенно воскликнул:
Ого, если рядом будет крутиться такой красавчик-сверстник, я могу почувствовать угрозу своему величию!
Ч-что вы...
Я растерялся, не зная, что ответить. Ловкая рука Астела тут же схватила меня за запястье.
Я забираю Нетионпис!
М-молодой господин! Нам еще нужно закончить!..
Не оглядываясь назад, Астел стремительно увлек меня за собой по коридорам. Лишь вздохи служанок эхом разнеслись по опустевшему холлу.
Эх, пусть он и не наследник рода, но ему действительно пора бы немного повзрослеть.
И не говори.
Все меня заждались?
Вновь с шумом распахнув очередную дверь, Астел весело обратился к присутствующим. В просторной комнате, откуда открывался живописный вид на сад, помимо нас находились еще трое.
Астел, это и есть тот парень, которого ты искал?
Именно, Аселн. А где Рушеон?
Ответ на вопрос Астела донесся из другого угла комнаты:
Рушеон сказал, что у него сегодня дела!
О, Бартлант. Друг мой!
Ха-ха-ха!
Астел и Бартлант легко соприкоснулись кулаками. Бартлант казался настоящим богатырем. Из-за его внушительного телосложения его кулаки выглядели крупнее, чем у большинства взрослых мужчин.
Его добродушный нрав невольно напоминал мне рыцарей, собиравшихся в тавернах.
...Но друзья?
Астел, думаю, для начала тебе стоит представить гостя.
Взгляд Аселна изучающе скользнул по мне. Испытывая неловкость, я опустил глаза, но это не заставило его отвернуться.
Астел...
Заметив мое замешательство, Астел взял представление на себя.
Это Нетионпис. Как видите, я привел его с собой. Ребята, подружитесь с ним.
А-Астел? Подружиться? Да как я смею!
Даже если не принимать во внимание безграничную доброту Астела, происходящее казалось полным абсурдом.
Хм, значит, он простолюдин!
Бартлант, буду признателен, если ты позаботишься о нем. А ты, Нетионпис, успокойся. Собравшиеся здесь ребята не питают предрассудков к простолюдинам.
Не совсем так. Мы не питаем предрассудков к тем, кого признаешь ты, Астел,
Однако Бартлант тут же возразил:
Вовсе нет! Я отлично лажу с простолюдинами, мы вместе играем и все такое. Ха-ха-ха!
Совсем забыл про эту безмозглую гору мышц.
Твои слова звучат запутанно, но в итоге ты ведь согласен поладить с ним, верно, Аселн?
Лучистые глаза Астела устремились на Аселна. Не в силах противостоять этому взгляду цвета утренней зари, Аселн со вздохом уступил:
...Да.
Вот и отлично! Ах да... Нетионпис, а вон там сидит Лориан. Лориан Фейта.
Астел указал на уединенный книжный шкаф. На диване неподалеку сидела девушка, увлеченно читавшая книгу и совершенно не обращавшая внимания на поднявшийся шум.
Если Астел олицетворял собой свет, то Лориан была воплощением тьмы. Ее волосы, такие же угольно-черные, как и мои, спускались до плеч и мягко поблескивали, напоминая звезды в ночном небе.
Ее темные глаза, излучавшие абсолютное спокойствие, казались слегка опустошенными. Подобный взгляд поначалу мог показаться пугающим, однако даже это не умаляло ее поразительной красоты.
Наконец, она перевела взгляд на нас.
Как и сказал Астел, у меня нет намерения притеснять тебя из-за происхождения, раз уж он признал тебя. Однако...
После короткой паузы Лориан продолжила:
Все зависит от того, чем ты занимался раньше. Тебя ведь зовут Нетионпис? Кем ты был до того, как Астел привел тебя сюда?
Я...
Мне было страшно отвечать. Признаться перед столь благородными людьми в том, что я торговал своим телом, казалось невыносимым.
Мое замешательство послужило для Лориан достаточным ответом, и она поспешно отвернулась. Это молчаливое пренебрежение больно ранило меня.
«Ах...»
Было бы куда легче, разразись она ругательствами, подобно сутенеру, или начни отчитывать меня, как поступали другие аристократы.
Но холодное безразличие Лориан ранило глубже слов. Из-за этого я вновь почувствовал себя ничтожеством, недостойным даже расспросов.
«Эх. Я почти позабыл об этом из-за теплого приема Астела и служанок».
Моя истинная ценность, заставляющая осознать, что даже у самого глубокого дна есть своя бездна.
В комнате повисла тишина.
Это была Худшая первая встреча между мной и Лориан Фейта. Оглядываясь назад, я понимаю, что то столкновение теперь кажется забавным и заставило бы нас обоих лишь неловко рассмеяться.
Так начались наши отношения.