Том 1 · Глава 56. Честная агитация и подтасовка
Вообще-то от армии я был освобождён.
Ну да. Сирот в армию не призывают.
Но это лишь право воспользоваться освобождением. Если захочешь сам — служить тебе никто не запретит.
Вот я и пошёл добровольцем. Призыв был зимний, служил в инженерных войсках.
Причина простая. Я всё равно собирался всю жизнь проторчать на стройках, а мне сказали, что за строчку «служил сапёром» контора будет накидывать по десять тысяч вон к дневной ставке.
А раз призыв зимний, свою первую суровую полевую зиму я застал ещё рядовым.
И тогда понял одну вещь.
Ночь в горах недооценишь — сдохнешь.
Не образно. Реально сдохнешь. А до этого будет так мучительно, что смерть покажется милосердием. Ноги словно вот-вот отвалятся, вдохнёшь — и нос изнутри замерзает. Чувствуешь иней на веках, а если долго не моргать, начинает казаться, что и глаза сейчас заледенеют. Хотя, может, и не кажется.
Короче, горы опасны. А ночёвка в горах — тем более.
Тем забавнее было слушать гордый студсовет Зефрина.
Вот ночью разведём костёр и будем смотреть на звёзды. Красота же, правда?
Ага. Их там наверняка море будет.
Ещё немного — и сами звёздами станете.
Итак, все слушаем. В Спящих горах водятся настоящие монстры, так что относиться к походу как к прогулке нельзя. Понятно?
Да-а!
…
Совет Ив они выслушали точь-в-точь как шестиклассники наставление учителя перед экскурсией, да ещё и хором ответили.
Вот прям мои одноклассники в шестом классе.
Да нет, там правда опасно…
Не тревожьтесь так, госпожа. Мы тоже члены студенческого совета Зефрина. Каждый способен хотя бы защитить себя.
Сильфия…
Поверьте нам.
Но… нет, это моя вина. Как же теперь всё…
Госпожа, если перенести экспедицию, из-за всех обстоятельств следующая возможность может появиться лишь через несколько месяцев.
М-м… у-у-у… ы-ы…
Из головы Ив будто пар со свистом вышел, и она зависла.
Ив фон Лоэнгрин.
…
Эта экспедиция, если вы действительно пойдёте, опасна. Я не шучу. Ты ведь понимаешь?
Понимаю.
Тогда почему не отменишь?
Денег нет. И времени нет. Если сейчас разойтись, неизвестно, через сколько месяцев получится собрать всех снова.
Ну да. Административная работа такая и есть.
Тогда почему все в школьной форме и туфлях? Вы же в горы собрались.
Мы всегда и везде представляем студсовет. Значит, должны выглядеть соответственно.
А на рыцарском факультете у вас никого нет?.. Хоть один третьекурсник оттуда наверняка объяснил бы, как одеваться в горы.
Указание профессоров.
По короткому объяснению Ив выходило, что уже сам факт, что они сумели собраться и выступить сейчас, был почти чудом. Одобрение профессоров. Полученные сведения о логове Чёрного знамени. Подходящее время для рейда. Деньги на снаряжение. Расписания всех участников. Всё сошлось в единственную возможность.
Выслушав её, я пришёл к одному выводу.
Что вас так подгоняет? Та Ив фон Лоэнгрин, которую я знаю, никогда не стала бы торопить такую операцию. Ты даже не спорила с профессорами?
…
Ив лишь сжала кулаки и задрожала.
Сложный возраст. Шестнадцать лет, всё-таки.
Впрочем, в нехватке бюджета отчасти виноват и я.
Если совсем прижмёт — подумаю, помогать им или нет.
Так началось моё волнующее приключение примерно с двадцатью членами студсовета.
С теми самыми, кто наставлял на меня мечи и копья и стащил с кресла председателя.
Теперь они украдкой косились на меня, пока я ехал вверх по горной дороге в тележке.
Вольфрам?.. Почему он здесь?
Тише. Только глазами с ним не встречайся.
Да-да. И не встречайтесь. Вообще обо мне забудьте.
Ха…
Что тебя так забавляет?
Стоило мне хмыкнуть, как Сильфия тут же прицепилась.
Эта девчонка влезает каждый раз, когда я открываю рот.
Просто подумал, какие внимательные ко мне нынче члены студсовета.
…Так ты всё-таки понимаешь своё положение? Как можно быть настолько бесстыжим…
Положение? Конечно понимаю. Я внешний гость, допущенный к экспедиции по приглашению председателя студсовета Ив фон Лоэнгрин. Разве нет?
…Кх.
Только гостей вы принимаете из рук вон плохо. Не забывай: ваше гостеприимство
Не важничай, Вольфрам!
Так принято встречать гостей у нынешнего состава?
…Кх. Хорошо. Сейчас я буду относиться к тебе как к гостю. Но запомни! Мы тебя всё ещё не простили. И я даже не думаю, что от тебя будет какая-то польза в этой экспедиции!
Лучше смотри на камень под ногами.
И-и!
Сильфия чуть не растянулась и в последний миг ухватилась за мою тележку.
Я усмехнулся.
Выходит, всё-таки пригодился?
…Такого больше не повторится!
А если повторится?
…Клянусь жизнью, не повторится!
Хорошая мысль.
Очень надеюсь.
Можешь сколько угодно меня ненавидеть, только не трать силы зря.
Что?
Недооценишь горы
О чём ты вообще?..
Ничего. На себе узнает.
Так, посмотрим. Ив говорила, логово довольно глубоко. Дойти рассчитывают только завтра к обеду.
Значит, сегодня нам ещё часа четыре без вариантов топать вверх.
Хи-и… хык…
Фу… х-х…
А-а… кх!
Четыре часа подъёма. В лаковых туфлях. В ослепительно белой школьной форме.
Очень скоро студенты перестали сверлить меня взглядами и переключили всю ненависть на очередной подъём впереди.
Даже по мощёной дороге, которую когда-то проложил великий предок через Спящие горы, прогулкой это не назовёшь.
Фу-у… х-х…
Сильфия Эвергрин Гроув молчала, но выглядела так, будто вот-вот испустит дух.
По официальному лору она старшая дочь знатного городского эльфийского рода. Возможно, в горы вообще впервые выбралась.
Ну да ладно.
Профессора, приказавшие лезть сюда в лаковых туфлях, которые хуже армейских берцев, конечно, старые идиоты. И студентам, которым приходится выполнять эту дурь, я сочувствую.
Поэтому от всей души решил их утешить.
Я ведь предупреждал: горы недооценивать нельзя.
За… ткнись… Ты-то едешь себе с комфортом!..
М-м.
Тут не поспоришь.
Патраш хорош. Тянет отлично. Даже с учётом мощёной дороги — молодец.
Правда, помогает ему самый дешёвый магический камень у поясницы. Прочности у него где-то на сто единиц, выход — одна единица в час. То есть примерно сто часов Патраш будет понемногу получать ману. Камень недешёвый, но ради сегодняшнего похода я раскошелился.
Не знаю, насколько удачное сравнение… выглядит как офисный работник на ночной смене под капельницей.
…Когда-нибудь, когда наш договор закончится, я, возможно, убью тебя, хозяин.
М-м. Буду ждать этого дня.
Вот бы он и правда наступил.
Есть такое выражение: если человек ещё жалуется, что умирает, значит, силы у него пока есть.
Постепенно студенты перестали разговаривать вовсе. Осталось только сбивчивое дыхание.
Сначала они ненавидели меня за поездку в тележке. Потом ненависть сменилась завистью. Потом они поняли, что зависть ничего не изменит, отвели глаза, перестали даже говорить «умираю» — и начали натурально умирать молча.
И вот примерно на третьем часу подъёма мы впервые встретили монстров.
По ощущениям, мы забрались заметно глубже, чем в прошлый раз с Нефти и Рудикой. При этом чудовищ почему-то попадалось гораздо меньше.
Я как раз задумался почему, когда откуда-то раздался крик:
Они боятся кинжалов! Читайте заклинания, а когда полезут вплотную
…Был у них такой паттерн?
Подумал немного — и кивнул.
Рудика столько их здесь перебила. Конечно.
Горы трупов и реки крови, оставленные ею, в итоге нанесли местным монстрам психологическую травму, которая теперь помогает студсовету.
Как всё в мире взаимосвязано.
Мы разобрались с несколькими монстрами. Раненых не было, но на лицах студентов появился настоящий страх.
Только теперь они окончательно осознали: они забрались глубоко в горы, где действительно придётся сражаться с чудовищами.
До цели ещё далеко, а повернуть назад уже нельзя.
М-мы ведь дойдём, да?
Мы только что победили! Будем побеждать и дальше!
С нами госпожа Ив! В-всё будет хорошо!
Плохо.
Так они могут потерять желание идти вообще. Если сейчас остановимся и мораль рассыплется — экспедиции конец.
…Ив. Ставь лагерь.
Что? Но ещё ведь…
Вольфрам, да что ты вообще понимаешь…
Сильфия опять полезла, и я резко посмотрел на неё.
Закрой рот, зелень. Ты ничего не знаешь о горах. Права решать у тебя тоже нет. И сейчас я разговариваю с Ив фон Лоэнгрин.
…Что ты сказал?
Ив. Люди уже на взводе. Разбей лагерь, накорми их и подбодри. Иначе они действительно посыплются.
…
В горах темнеет рано. Когда солнце уже сядет, начинать ставить лагерь будет поздно. Сейчас подходящий момент.
Вы правы, Вольфрам. Начинаем готовить ночлег.
Госпожа Ив…
Сильфия смотрела на её решение так, будто не могла поверить.
Я снова перевёл взгляд на неё.
Сильфия Эвергрин Гроув.
…Чего тебе?
Хватит. Возражать лишь потому, что это сказал я, отвратительно. В моей логике есть ошибка? Если есть
Кх…
Если ты защитница Ив, сначала думай о том, чего хочет Ив и что ты должна сделать ради её цели.
…
Рядом с Ив не нужен бесполезный приближённый. Ещё раз устроишь подобное
Возражения?
…Н-нет.
Сильфия сжала кулаки и опустила голову.
Вот и умница.
В общем, начали ставить лагерь — и мои опасения оправдались.
К-как-то успели… Всё-таки…
М-м.
Хотя мы занялись лагерем ещё засветло, к тому моменту, когда закончили с ужином, вокруг уже стояла глубокая ночь.
Поели, поставили палатки, развели костры. Перед тем как расходиться спать, Ив ненадолго собрала всех, чтобы дать инструкции на завтра.
Итак. После ночёвки завтра мы доберёмся до базы Чёрного знамени.
…Завтра уже настоящий большой бой.
Д-да, наверное.
…А если по дороге опять полезут монстры, мы вымотаемся, и тут на нас нападёт Чёрное знамя?
Один сказал — другой подхватил. Тревога разлетелась по лагерю мгновенно.
Кучка детей. Сегодня они уже дрались с настоящими чудовищами, а завтра, возможно, придётся сражаться с преступниками, которым плевать на школьные правила.
С-спокойно. Уверена, завтра всё будет хорошо.
Ив тоже неопытна. «Наверняка всё будет хорошо» — последнее, что должен говорить командир перед боем.
…Холодно.
Даже у костра?.. Хотя мне тоже, кажется, холодно.
Ещё бы. Ночь в горах — не шутка.
…
…М-м.
Не хочу вмешиваться. Совсем.
Но если детям страшно, разве не взрослый должен их успокоить?
Не справляешься?
Н-нет, всё в порядке.
Ив фон Лоэнгрин. Отдай речь мне. Быстро приведу их в чувство.
Ч-что?
Отдай.
…Хорошо.
Ив спустилась с импровизированного места перед всеми, я встал вместо неё — и два десятка пар глаз уставились на меня как на дохлую рыбу.
Я обвёл их взглядом.
Вольфрам — взрослый. А взрослые должны успокаивать детей.
Так я думал, глядя на них. Даже ностальгия взяла.
Ведь именно эти лица я увидел первыми, когда очнулся в этом мире.
Они меня выгнали, загнали в угол, и я чуть не умер с голоду.
А теперь я должен их подбадривать.
…
И вот эти сопляки свергли меня и захватили власть? Сбились кучками, ноют, что домой хотят и мамочку увидеть? Любо-дорого смотреть, цыплята недоделанные.
Подбадривать?
С какой стати?
Четыре часа по горам и одна встреча с монстрами
Цыплята сжались ещё сильнее. Кто-то даже голову опустил.
Но по крайней мере двое — завтра утром всё равно пойдём на базу Чёрного знамени. Верно?
…Да. Верно. Я пойду, даже если придётся одной.
И я с вами.
Я покосился на Ив, она ответила без раздумий. Следом выступила Сильфия.
Эти двое идут. Обе пользуются уважением. Меня можете не считать
Остальные всё ещё мялись. Хотят пойти — но боятся сделать шаг.
Вот оно.
Точка, где нужно хорошо поработать языком.
Все взгляды мгновенно прилипли ко мне.
Видите ту тележку? Как думаете, что там? Моё походное барахло? Нет. Вы
По толпе прошёл гул. «Слышал». «Да, вроде было такое». «Почему они у Вольфрама?» — «Он же жених госпожи Тристар!» — «А, точно!»
Спасибо, Айла. С тобой всё гораздо проще.
Ив фон Лоэнгрин распорядилась, Айла Тристар изготовила, а я лично доставил эти сладости. С ними [вы обязательно победите]. Они [успокаивают разум], [повышают характеристики], [вкусные], [от них не толстеют] и [приведут вас к победе].
Взгляды студентов понемногу поплыли.
Мы правда можем выиграть.
Да… можем!
Работает.
Вот что значит освоить Императорскую кровь: активируешь только фразы, которые нужно особенно глубоко вбить в сознание. Почти промывание мозгов.
И это ещё не всё. Ночь в горах холодна. Но я привёз вещи, которые избавят вас от холода. Смотрите. Грелки!
Я вынул одну из кармана и передал ближайшему студенту. Грелку пустили по рукам, проверяя тепло.
Горячая…
Тёплая.
С этими грелками вы выдержите этот холод. Нет, [вы выдержите даже холод в собственных сердцах].
На самом деле такой функции у них нет.
А если съедите мои сладости, [завтра в бою обретёте отвагу, сравнимую с воинами стражи Бога Демонов, которые шли рядом с великим предком].
Если бы такой эффект правда появился сейчас, баланс бы просто умер.
Вот и все причины говорить о поражении исчезли. Или здесь ещё остались [маменькины сынки и дочки, которые всё ещё по-детски хнычут и просятся домой]?
Я медленно обвёл толпу взглядом.
Кто-то сжал кулак.
Мы… можем выиграть? С этим мы правда можем победить?
Не «можем?»… Можем. Мы победим!
Победим обязательно! Покажем этому ублюдку Вольфраму!
Чёртов Вольфрам! Вы это терпеть собираетесь?! Мы сами однажды его вышвырнули! Если он лучше нас, тогда кто мы вообще?!
Чёрт! Чёрт! Чёрт!
А-а-а-а! Победим! Мы победим-и-и!
Студенты вскинули сжатые кулаки к небу.
Вот. Отличный настрой.
Пока такие молодые ребята защищают Зефрин, даже изгнанный Вольфрам может спать спокойно, вытянув ноги.
Я спустился и столкнулся с Ив.
Глаза у неё слегка покраснели. Она медленно подошла ко мне.
Ну? Речь хотя бы можно было слушать?
Вольфрам, бра…
Но прежде чем она договорила, я поставил точку.
А. Ив. Чуть не забыл.
Кхм. Хм. М-м. Да. Что?
Всё это, включая оплату речи, я выставлю счётом студсовету.
…Что?
Не переживай. Принимаю оплату в рассрочку по карте Центрального банка.
А карты здесь вообще есть?
Да неважно.
Вольфрам?
Что?
Иди умри.
К сожалению, я не собираюсь умирать, пока не увижу, до какого дна доведёт студсовет нижняя строчка подо мной в семейном реестре.
Так мы с улыбками показали друг другу средние пальцы.