Том 4 · Глава 205. Самая высокая гора в этом мире. (15)

15

Она прекрасно понимала, что это значит. Её просто отсекли, как сухую ветку, ставшую бесполезной. Наверное, стоило поблагодарить его за то, что он, с его скверным характером, хотя бы не убил её, когда нужда в ней отпала. Все факты указывали на то, что её кинули, но какая-то часть души нелепо отказывалась в это верить, надеясь, что на то была веская причина.

—Неужели... неужели и правда бросил...

Когда она произнесла это вслух, осознание реальности обрушилось на неё с такой силой, что все прежние попытки отрицать очевидное показались бессмысленными. Она изо всех сил старалась держаться, но её лицо в итоге дрогнуло и болезненно исказилось.

Если он действительно её оставил, значит ли это, что те три дня у поляны люмьеров были всего лишь сном? Все его поступки - ложь? Когда она призналась ему в любви, он не ответил взаимностью, но и не оттолкнул. Если бы он хотел избавиться от неё, то сделал бы это сразу. Не стал бы спрашивать, нравятся ли ей цветы, не ловил бы рыбу и не готовил еду, когда она была голодна. Если бы она была ему по-настоящему ненавистна, разве он не показал бы этого, когда она набралась смелости взять его за руку и поцеловать? Разве стал бы он обнимать и утешать её, когда она проснулась от кошмара?

—Если собирался бросить, незачем было быть со мной таким добрым.

Хотя всё это случилось вчера, сейчас те мгновения казались бесконечно далёким прошлым. С мрачным видом Е Чжу уткнулась лицом в скрещенные на подоконнике руки.

—Мне ведь было так хорошо... Нам же было хорошо вместе. Разве нет?

Но... неужели всё это было притворством? Просто из жалости к ней, влюбленной дурочке, решил напоследок проявить немного доброты, прежде чем выбросить?

Она приподняла голову и снова уставилась на далёкий горизонт, обращаясь к человеку, который всё равно не мог её услышать:

—Вы правда меня бросили? Я спрашиваю, вы правда меня бросили?

Она сомневалась, что вообще когда-нибудь увидит его вновь, и от этой мысли внутри всё обожгло нестерпимой горечью.

—Ответьте мне! Вы правда меня бросили?! — отчаянно закричала Е Чжу, будто бывшая, которая рыдает в подушку над телефоном после того, как ей не ответили на сообщение «Спишь?», отправленное в три часа ночи.

—Почему ты молчишь, придурок?! Высосал из меня всё, что мог, а как стала не нужна — выкинул?!

Но её яростный порыв угас так же мгновенно, как и вспыхнул. Лицо залили слёзы, она прерывисто всхлипывала.

—Хнык, и что же мне теперь делать?

Никогда прежде у неё не было настолько дорогого человека. Настолько, что она всерьёз подумывала о том, чтобы оставить своё прошлое. Раньше она никому не хотела открываться, рассказывать о своих тщательно скрываемых способностях и просто оставаться рядом. Поэтому она действительно не знала, как ей быть.

—Что же делать?

Слёзы хлынули градом. Е Чжу порывисто уткнулась лицом в согнутые руки. Такой поворот событий ей даже в голову не приходил. Она смутно понимала, что когда-нибудь ей придётся вернуться в своё время, но не ожидала, что вот так, в одночасье, останется совсем одна. И уж тем более не думала, что окажется запертой в логове безумцев, которые не только превозносят её как «Спасительницу», но и вовсю готовятся к войне с Рамом.

—Что же мне теперь делать?

Тревога и страх, которые она подавляла в себе весь день, прорвались наружу. Рыдая навзрыд, Е Чжу ещё глубже зарылась лицом в руки. Отчаяние от мысли о том, что Рам бросил её, придавило тяжёлым валуном. Было настолько горько и страшно, что она едва могла дышать.

—У-у... — простонала Е Чжу.

В груди нестерпимо кололо. Ощущение было странным и крайне неприятным, будто она надела на голое тело одежду из грубой колючей ткани. Где-то глубоко внизу живота разлилась тянущая боль. Или это была не совсем боль? Может, зуд?

Е Чжу чувствовала всё, что происходит с её телом, но в то же время ощущения то отдалялись, становясь притупленными, то внезапно вспыхивали с новой силой, из-за чего - она не могла разобрать, мучилась она от боли или от невыносимой щекотки.

—А-а, не... не надо...

Она дёрнулась, пытаясь избавиться от этого наваждения: сердце бешено колотилось, дыхание сбилось. И тут острые зубы с силой впились в её мягкую плоть. — А-а-а! — вскрикнула Е Чжу, её дыхание на мгновение перехватило. — Больно! Хватит, прекрати!

Она отчаянно забилась, пытаясь вырваться из плена этой резкой, обжигающей боли, и хватка ослабла. Боль утихла, но её тут же сменила волна изматывающего зуда. Все органы чувств спутались, голова шла кругом. Е Чжу огляделась по сторонам. Сознание плыло, словно в пьяном угаре.

И тут раздался голос:

—Е Чжу.

Он прозвучал так ласково, что на глаза навернулись слёзы. Её затуманенный взгляд медленно переместился на того, кто её позвал.

—Рам?

Перед ней возникли чёрные волосы. На фоне бледного лица багровым пламенем горели глаза, а между приоткрытых губ мелькал кончик алого языка. Неужели его глаза всегда были такими тёмными? Они и раньше были красными, но сейчас казались какими-то мутными и зловещими.

Внезапно её грудь пронзил ледяной холод. Инстинктивно опустив взгляд вниз, Е Чжу в ужасе вскрикнула:

—А-а-а! Ч-что ты... что ты делаешь?!

Что происходит? Вся её грудь была покрыта сине-красными пятнами, словно её искусал целый рой москитов. Но она не была дурой и прекрасно понимала, что это вовсе не следы от насекомых. Увидев её шок и ужас, Рам усмехнулся, будто находя эту ситуацию жалкой. Уголки его губ были слегка приподняты, а его багровые глаза блестели от желания.

—Я не собирался тебя отпускать. Но, возможно, тебе и правда стоит увидеть всё своими глазами.

От его низкого голоса по её коже пробежал мощный разряд, вызывая волну мурашек. Она почувствовала, как буквально каждый волосок на её теле встал дыбом.

—Хы... Ч-что увидеть?

—Увидеть, насколько подлыми и жестокими могут быть те, с кем ты так стремишься встретиться.

—Ч-что вы имеете в виду?

—Возможно, у них и есть полезные сведения, но в итоге ты так ничего и не узнаешь и просто станешь их добычей. Ты не то что в прошлое не вернёшься, ты даже не узнаешь, как к нему подступиться, — сказал он, укладывая Е Чжу, когда она попыталась приподняться. В теле совсем не было сил, поэтому она просто повалилась навзничь от его лёгкого толчка. Своей обнажённой спиной она ощутила не холодный пол, а прикосновение какой-то шершавой ткани. Должно быть, он что-то подстелил.

«Так нельзя, это происходит слишком быстро», — пронеслось в мыслях, но тепло Рама, обнявшего её, было слишком манящим. Его рука сладострастно погладила её по шее.

—О чём вы... Ой!

Она попыталась переспросить, но он внезапно склонил голову к самому её лицу и прошептал:

—Ведь они так же терпеливы, как и я. Они будут ждать, пока ты окончательно не отчаешься и не опустишь руки, так ничего и не выяснив. А чтобы забрать твою силу… — его рука, ласкавшая её затылок, скользнула ниже, мягко, словно шёлк, — они будут жадно обгладывать твои прекрасные конечности одну за другой. Вот насколько они опасны.

—А-а!

—Поэтому выбери меня.

—П-подождите! Секундочку!

Рам поднял голову и зловеще усмехнулся. Е Чжу впервые видела, чтобы он так широко улыбался, и от этого зрелища у неё на мгновение помутилось в глазах.

—Я буду ждать тебя здесь три дня, пока не закончится сезон цветения.

—Се… сезон цветения?

—Не забудь, Е Чжу. У тебя время до конца сезона цветения.

Белоснежные клыки остро блеснули на фоне его алых губ. Сердце Е Чжу ушло в пятки, а по спине пробежал мороз. Ей казалось, будто она увидела в нём нечто запретное, то, на что ей не следовало смотреть.

—Если же ты не вернёшься к тому времени...

—А-а-а-а!

С ощущением стремительного падения в бездну Е Чжу бешено засучила руками и ногами и резко открыла глаза.

—Я падаю! Падаю!

Её тело и впрямь опасно соскользнуло со стола. Она едва не полетела вниз головой.

—А, ох!

Кое-как восстановив равновесие и выпрямившись, она поспешно огляделась. Ещё секунду назад она задыхалась под тяжестью Рама, чувствуя его горячее дыхание, но, открыв глаза, обнаружила, что всё так же сидит на столе в каюте. Вокруг было хоть глаз выколи. Казалось, совсем недавно она любовалась багряным закатом, но теперь снаружи воцарилась непроглядная густая тьма. Она незаметно для себя задремала, привалившись к подоконнику, и так и не включила свет.

—Что это было... — пробормотала Е Чжу. Ей казалось, она всё ещё слышит, как в ушах бешено колотится сердце. Она потёрла лицо руками, пытаясь прийти в себя. Сон. Это всего лишь сон. То, как страстно, даже слишком страстно он обрушился на неё.

—Я что, настолько изголодалась? — прошептала она, пряча лицо в ладонях. Неужели она так сильно втюрилась в Рама, что тело начинает гореть от одного воспоминания о нём?

«Господи, это же настоящая сексуальная неудовлетворенность!»

Она чувствовала, как пылают щёки. И тут до неё дошло: в утренней суматохе она совсем забыла, что и в горном домике ей привиделось нечто подобное. Что же Рам говорил в том утреннем сне? Кажется, грозился всё разнести, если она не придёт. А в этот раз? Что он сказал? «Выбери меня»? «Я буду ждать три дня»?

—С ума сойти, просто с ума сойти!

Слова Рама из сна всплывали в памяти так отчётливо, будто он произнёс их прямо ей в ухо. Е Чжу в отчаянии схватилась руками за лицо, которое, казалось, вот-вот взорвётся от прилива крови. Она вела себя не как взрослая женщина, а как подросток в период созревания!

—Так не пойдёт. Нужно срочно охладиться. Холодный душ — вот что мне нужно.

Это было неправильно. Совершенно нездорово. Чтобы остудить внезапно разгорячившееся тело, Е Чжу поспешно спрыгнула со стола и бросилась к ванной. Когда в голове такой кавардак, лучше всего было бы набрать полную ванну и хорошенько отмокнуть, но, увы, здесь были только унитаз, раковина и душевая кабина.

С грохотом сдвинув дверь, она начала лихорадочно раздеваться. Тяжёлая мантия с глухим стуком упала на пол. Затем она разулась и босиком зашла в ванную. Когда ледяной кафель коснулся кожи, её передёрнуло. Снимая бельё, она вдруг осознала, что у неё нет ни сменной одежды, ни туалетных принадлежностей.

«Так не пойдёт. Ладно одежда, но шампунь и мыло-то должны быть!» — подумала она и на всякий случай решила проверить шкафчик над раковиной. На его дверцах, размером почти с её торс, висели зеркала. К счастью, внутри обнаружились не только банные принадлежности, но и аккуратно сложенный комплект белья, полотенца и даже халат.

«Эти люди из племени ног, конечно, подозрительные, но в сервисе толк знают!»

Е Чжу стянула кофту, висевшую на плече. Поскольку в душевой кабине был слив, можно было не бояться, что одежда на полу намокнет.

Довольная, она достала пластиковый стаканчик с новой зубной щёткой и пастой и закрыла дверцу шкафчика. Раздался негромкий щелчок, и зеркало отразило её обнажённую по пояс фигуру. Е Чжу едва не лишилась дара речи, увидев своё тело.

—Э-это ещё что такое?