Том 6 · Глава 316. Экстра 1
После пробуждения Рам стал невероятно занят. Безрассудное уничтожение всех континентов ради возвращения Е Чжу, к счастью, прекратилось, так как виновница переполоха вернулась сама. Однако в самых разных уголках уцелевших земель всё ещё остались следы катастрофы. О Западном континенте, который попросту был стёрт в пыль, даже говорить не стоило, но и Восточный, где выжило больше всего новых и обычных людей, пребывал в поистине плачевном состоянии. Его территорию, заметно сократившуюся из-за катаклизмов, то и дело захлёстывали исполинские волны. Вдобавок ко всему, лава, стекавшая с вершины самой высокой горы этого мира, всё ещё не остыла и продолжала бурлить.
Рам был более чем доволен своим почти опустевшим телом. Раз уж дело приняло такой оборот, он бы охотно довершил начатое, уничтожив вообще всё. Но при виде побледневшей Е Чжу, переживавшей за семью Бенни, Брэдена и прочих знакомых, ему волей-неволей пришлось отступить. Чтобы не дать погибнуть уцелевшим, он взялся разгребать последствия собственных деяний.
Однако человеческая женщина, с которой они только-только воссоединились, буквально повисла на нём и не отходила ни на шаг, да и самому Раму было не по себе оставлять эту малышку одну. В конце концов, они решили покинуть Южный континент вместе.
К счастью, Пэн Ян, которая во время всей заварухи пряталась в ледяной пещере вместе с Сун Шим, оказалась цела и невредима.
Е Чжу… Вы ведь будете часто навещать меня, да?
Стоявшая рядом с пингвинихой огромная белая олениха фыркнула в знак поддержки.
Конечно! — Ну чего ты ревёшь? Я буду часто приходить в гости, так что вы с Сун Шим живите друж... Ай!
Договорить она не успела: резкий рывок за капюшон бесцеремонно увлёк её назад. Едва удержав равновесие, девушка оказалась стиснута в железных объятиях, а над ухом раздалось:
В ближайшее время ноги её здесь не будет.
Выпустив от неожиданности крылышки Пэн Ян, Е Чжу с укором обернулась:
Ой! Ты чего творишь?
Мужчина, крепко прижавший её к себе, с невозмутимым видом отрезал:
Прощайся здесь окончательно, пингвин.
От суровых слов хозяина чёрные глазки Пэн Ян наполнились слезами.
Хнык…
Е Чжу просто оторопела от того, с какой лёгкостью он решает всё за неё.
Это ещё почему?
В медовый месяц людям положено отправляться в путешествие. Раз уж дела улажены, мы какое-то время постранствуем и на Южный континент вернёмся не скоро.
Ну тогда ничего не поделаешь… — Но когда путешествие закончится, вы ведь вернётесь? Я буду ждать!
Умница.
Наблюдая за этим спектаклем между хозяином и его питомицей, Е Чжу опешила и с недоумением переспросила:
М-медовый… месяц? Мы разве женаты?!
Разве нет?
Да когда успели-то?!
У людей ведь так принято: когда мужчина и женщина неоднократно совокупляются, они считаются супругами и заводят потомство. К тому же в твоей утробе уже есть моя энергия…
Е Чжу в панике зажала Раму рот:
Заткнись!
Украдкой покосившись на Пэн Ян, она заметила, что чёрные глазки-бусинки блестят от неподдельного любопытства.
Покраснев до корней волос, Е Чжу отчаянно замотала головой: «Нет! Всё… всё совсем не так!» и тут же принялась настойчиво тянуть этого сумасшедшего за собой, чтобы он не сморозил ещё какой-нибудь чепухи.
Хватит болтать, пойдём скорее! Давай же!
Рам послушно зашагал следом вниз по тропинке, уводящей от ледяной пещеры. Е Чжу даже не подозревала, что он списал её панику просто на девичью застенчивость. В противном случае она бы точно дошла до белого каления.
Подойдя к гигантскому таракану, который ждал у подножия холма, чтобы доставить их на Восточный континент, Е Чжу выпустила руку Рама и оглянулась. Маленькая пингвиниха всё так же стояла у входа в пещеру и со слезами провожала их взглядом. Заметив, что девушка смотрит на неё, Пэн Ян подняла коротенькое крылышко и помахала на прощание. У Е Чжу защипало в носу. С тех пор, как она очутилась на Южном континенте, это повторялось слишком часто: уходя в лес, она раз за разом строго-настрого запрещала птице идти следом, а та застывала у пещеры, с тоской глядя ей вслед. Если подумать, она ведь ни разу не попыталась рассеять тревоги бедной Пэн Ян.
Пэн Ян! Сун Шим! — Мы скоро вернёмся!
Ведь они были верными друзьями, которые оставались рядом в самые тяжёлые для неё времена.
Подняв руки высоко над головой, девушка замахала на прощание. При виде этого пингвиниха от радости широко разинула клюв, а стоявшая рядом олениха снова зафыркала.
Е Чжу всё никак не могла опустить руки. Не сумей она изменить будущее и вернуться, этих дорогих существ и привычных пейзажей она бы больше никогда не увидела. Теперь каждая мелочь вокруг казалась ей бесценным сокровищем.
Не в силах больше терпеть эту трогательную драму, словно они расстаются навеки, Рам собственнически привлёк её к себе за плечи:
Я же сказал: хватит, пойдём уже.
Только тогда девушка оторвала будто приросшие к земле ноги и взобралась на спину Багуна, принявшего свой истинный облик.
Они неспешно пересекали Центральный континент, будто дракон, выбравшийся на прогулку. Разумеется, летели они не на драконе, а на гигантском чёрном таракане, но в небесах это ощущалось примерно так же. Сама пустыня почти не изменилась. И пусть то тут, то там зияли глубокие воронки, похожие на дыры в сыре, сквозь которые вот-вот готова была хлынуть лава, по сравнению с другими континентами эта местность сохранилась вполне сносно.
Разглядывать бесконечную череду однообразных дюн внизу быстро наскучило. Развалившись в расслабленной позе в объятиях Рама и прячась от палящего зноя, Е Чжу вдруг спросила то, о чём совсем забыла:
Кстати, а что стало с тем чудовищем?
В пустыне обитал гекатон. Хоть Чёрный Туман и называл его не монстром, а финальной стадией эволюции, к которой так стремились люди из племени глаз, Е Чжу до сих пор передёргивало от одного воспоминания о его жутком облике.
Будь они прокляты… Джания ведь тоже мертва. Они же не могли до сих пор остаться в живых, правда?
Рам искоса глянул на побледневшую от дурных предчувствий девушку и бесстрастно спросил:
Хочешь знать?
Е Чжу, не особо задумываясь, кивнула.
Почти все они истреблены. И скопившаяся энергия вновь начала циркулировать.
Это ведь хорошо?
Рам промолчал, и она решила для себя, что переживать не о чем. Монстры, в которых обращались представители племени глаз, пожирали не только соплеменников, но и вообще всё живое без разбора. Хуже того, поглощённые ими жертвы не погибали в их утробах, а перерождались, становясь частью чудовища. Должно быть, слова о скопившейся энергии означали именно это. Раз она снова начала циркулировать - это явно добрый знак.
Рам тем временем развеял её любопытство:
Те твари, что прятались в песках Центрального континента, падают в ямы с лавой и сгорают там без следа. И это будет продолжаться до тех пор, пока не сгинет самый первый ублюдок из племени глаз.
У-ух!
Е Чжу передёрнуло от отвращения, стоило лишь представить себе эту картину. Немного погодя она всё же выглянула из объятий Рама и посмотрела вниз. Пустыня была абсолютно безжизненной. И прежде складывалось впечатление, что это мёртвая земля, но теперь, когда исчезли даже чудовища, казалось, будто здесь не осталось ни единой живой души. В памяти всплыла мимолётная мысль, посетившая её накануне: каково это - очутиться в мире, где все люди истреблены? Когда все погибнут, и она останется совсем одна… Наверное, именно так этот мир бы и выглядел. Если задуматься, человечество ещё никогда не стояло так близко к полному вымиранию. Но к этому приложил руку не один лишь Рам. Из-за неё самой, отправившейся в будущее, погибло множество людей…
Мне как-то…
Стоило взглянуть в лицо реальности, которую она подсознательно старалась вычеркнуть из памяти, как на душе стало паршиво.
… не по себе, — Так пусто вокруг… ни единой живой души, и мне кажется, что это из-за меня…
Теперь, когда с мерзкими тварями покончено, в пустыню можно вдохнуть новую жизнь.
Рам резко повернул девушку к себе и крепко прижал к груди. Почувствовав её дрожь и сбившееся дыхание, он опустил подбородок ей на макушку, надёжно укрывая в своих объятиях.
Ты ведь говорила, что не желаешь быть причастной к смертям невинных людей?
Дыхание Рама щекотало ей челку. Пусть ей было немного тесно, Е Чжу спокойно прижалась к нему и задумалась над смыслом его слов. Всё произошло не так давно, поэтому вспомнить не составило труда. Это был её ответ на предупреждение Рама о том, что если она хочет хоть немного отсрочить вымирание людей, ей лучше сидеть тихо и не делать глупостей. И когда она призналась, что выбрала его, он предостерёг её, что если она не будет пытаться сбежать, ничего не случится.
И теперь этот самый мужчина произнёс:
Я снял ограничения, мешавшие людям существовать. Вы на редкость живучая раса, раз не вымерли до сих пор. Скоро расплодитесь и вновь заселите континент.
Е Чжу медленно подняла голову. Багровые глаза смотрели прямо на неё. В них не осталось и следа от той жажды убийства и отвращения, с которыми он прежде взирал на людей. Перемена была положительной, но она собственными глазами видела всё, через что ему пришлось пройти по вине людей. Зная его чудовищное, полное беспросветного горя прошлое, как она могла радоваться тому, что его ненависть к людям исчезла?
Лицо Е Чжу постепенно омрачилось.
И всё же… это точно будет нормально? Они… они выживут, снова размножатся и, быть может, опять попытаются причинить тебе вред. И тогда… что тогда?
Всё в порядке, — Теперь у меня есть ты.
Мужчина медленно склонился ниже, и к похолодевшим губам Е Чжу прильнуло мягкое успокаивающее тепло.
И так выжившие люди вновь обрели возможность возделывать землю.
Высадив их на склоне самой высокой горы в этом мире, испуганный таракан тут же поспешил ретироваться к подножию. Е Чжу предлагала ему остаться в домике, пока он не восстановит силы, но Багун отчего-то в панике затряс головой и дал дёру.
Кхм! Я н-не посмею мешать первой брачной ночи Хозяина!
Е Чжу только и оставалось, что судорожно обмахивать ладонями пылающее от стыда лицо.
Вернувшись вместе с ней под защиту барьера люмьеров, Рам не сидел сложа руки. Ему предстояло разобраться с последствиями извержения и вновь запечатать лаву.
Отныне на вершине самой высокой горы этого мира больше не было племени ног. До неё доходили слухи о том, что корабль этих тварей полностью разрушен, но возвращаться в то жуткое место Е Чжу не хотела, поэтому предпочла остаться на склоне. К счастью, прятавшиеся здесь рыжие псы тоже перебрались к подножию горы, так что домик оставался таким же тихим, как и прежде.