Том 1 · Глава 1. Бешеный пёс из ромфанта
Когда-то он работал редактором веб-новелл.
Советовал авторам, высказывал своё мнение, отмечал, что стоит исправить. За эти годы через него прошло немало текстов: шедевры, крепкий середняк, откровенный хлам и полные провалы.
А в тот день младшая сестра впервые показала ему собственную рукопись.
Я уже от одного названия охреневаю, сестрёнка.
«Крича о ромфанте посреди конца света». Вот так она назвала роман.
На всякий случай он уточнил, правильно ли понял задумку. Ответ оказался ещё лучше.
То есть мир вот-вот уничтожат демоны, а главные герои спасут его силой любви? Слушай, от того, что ты произнесла эту чушь ртом, она не становится осмысленнее. Изо рта и дерьмо может вылетать.
Да что тебе опять не нравится? Нормальная завязка!
Если проблема в демонах, надо убить демонов. При чём тут любовь?
Если возникла проблема, убираешь её источник. Всё просто.
Первое: демоны собираются уничтожить мир.
Второе: значит, убиваем демонов.
Логика идеальная, чистая, без изъяна. Зачем сюда вообще впихивать романтику?
Ты точно редактор веб-новелл?
Такого ромфанта я никогда не редактировал. И не собираюсь.
Вот поэтому у тебя и девушки нет.
Ой, началось.
А твои вечные истории про непобедимых героев уже не надоели? Иногда хочется чего-нибудь такого, чтобы внутри хоть немного защекотало.
Ну да, ну да.
Щекотку ей подавай. Так и чесотку подхватить недолго — ещё в припадке сдохнешь.
Но сестра всерьёз собиралась выкладывать роман, так что он стиснул зубы и продолжил читать.
О-о-о.
Семь Смертных Грехов — демоны высшего класса, даже по меркам своего вида.
А появляются они из-за одной-единственной причины — зависти злодейки.
Допустим, среди Семи Грехов есть Зависть. Это ещё можно натянуть.
Но завидуют вообще-то все. Почему Зависть откликнулась именно на злодейку?
Завидуют все, разве нет?
Она злодейка. Должна же быть причина, почему её так называют.
Тогда скажи хоть что-нибудь, что имеет смысл.
Я же говорю, причина есть!
Ладно, пока пропустим. То, что злодейкой она стала из-за главной героини, тоже пока пропустим. Хотя, по-хорошему, это ей героиню надо было бы отмутузить… Ладно, и это пропустим.
Да хватит уже, серьёзно.
Озлобленный второй герой заключает договор с демоном, чтобы заполучить героиню.
Демон взамен требует вывести Империю из войны — и добивается своего. Их сильнейший союзник в один миг превращается в калеку. Да ещё находятся люди, которые вслед за этим типом и вовсе переходят на сторону демонов.
Империя у тебя тут местный аналог США, нет? И её вот так быстро складывают?
Этот второй герой в Империи большая шишка. И умный, и сильный. Поэтому всё и получилось.
Меня больше поражает, как такой гений внезапно тупеет от любви.
Демоны берут героиню в заложницы — между главными героями начинается раскол. Пока они выясняют отношения, королевства один за другим разоряют демоны.
Особенно дорого обходится спор между Героем и Святым. Из-за него спутников Героя и рыцарей Священного ордена разбивают поодиночке.
Разве Героя не потому зовут Героем, что он спасает мир? Почему он первым делом спасает героиню?
Иногда любовь важнее целого мира.
А этот ваш Святой почему ставит героиню выше веры? Не боится, что его самого в еретики запишут?
Любовь, если подумать, тоже священна.
Вот оно, настоящее романтическое фэнтези.
В итоге возвышенная сила любви — а-а-а! — и демоны исчезают.
Ура! Счастливый финал! Все обнимаются, плачут и наконец воссоединяются.
Героиня держит на крючке сразу троих мужчин и мучительно думает, кого же выбрать.
А что до второстепенных персонажей, которые так красиво и благородно отказались от своей любви…
Та-дам! Словно по команде они влюбляются друг в друга. Всем выдали по новой паре.
Стоп. Погоди. А разница в положении?
Да её сколько угодно можно преодолеть!
В начале у тебя злодейка избивает девушку из рода пониже только за то, что та на неё посмотрела. А потом имперский принц сходится с дворянкой самого низшего ранга
Она мир от демонов спасла!
На этом мужчина закрыл документ.
Сестрёнка, очень тебя прошу: только не выкладывай это у нас на сайте.
Почему?
Не хочу читать, как моей сестре советуют бросить писать и идти разгружать фуры.
Всё равно не собиралась. У вас там всё для мужской аудитории. Я что, совсем больная?
Хорошо хоть настолько голова у тебя работает. Уже легче.
Он, конечно, всё понимал. В каждом жанре есть свои кнопки, на которые нужно нажимать.
В гаремнике героини влюбляются в главного героя, что бы он ни творил. В романтическом фэнтези мужчины точно так же должны безоговорочно влюбляться в героиню.
В историях, построенных на сплошных недоразумениях, героя встречают овациями, что бы он ни сделал. В ромфанте мужчинам положено настолько потерять голову от любви, чтобы перестать отличать разумное от безумного.
Если мужскому читателю нравится, когда героиня в мрачной драме раскаивается и цепляется за героя, то женщине приятно видеть, как герои ромфанта одержимо держатся за героиню и не желают её отпускать.
В истории о всесильном герое главный герой обязан быть сильнее всех и всегда побеждать. В ромфанте героиня обязана держать в руках всех мужчин вокруг себя.
Правдоподобие? Ради интереса можно немного пожертвовать. Правила мира? Ради популярности перепишем.
И уж он-то, как редактор, прекрасно знал: этим грешит далеко не одно романтическое фэнтези.
И всё-таки это уже перебор.
Во всём должна быть мера. А тут автор так разогналась, что тормоза потеряла окончательно.
Если разнести в клочья и логику, и собственные правила мира, читатели это проглотят — и тут же вывернут обратно.
Где бы найти редактора, который работает с женской аудиторией? С удовольствием приставил бы такого к сестре.
С этой мыслью он и лёг спать, собираясь наконец отоспаться после очередной ночи, убитой на вычитку.
…И поэтому вы оказались здесь?
Ага. В моём мире это называли попаданчеством.
Вот это история. Вы часом головой не приложились так сильно, что с ней теперь что-то не в порядке?
А может, и правда?
Мужчина потрогал затылок, которым недавно приложился о землю. На пальцах осталась красная кровь — то ли его собственная, то ли лежавшего рядом солдата, то ли кого-то из демонов, собиравшихся сожрать этот мир.
Он кое-как вытер ладонь о рубаху. Взгляд снова скользнул к тому, что осталось от нижней половины тела солдата.
Допустим, командир, вы и правда пришли из другого мира.
Не «допустим». Я тебе говорю, я попаданец.
Ладно. Тогда почему было просто не встретиться с этими вашими главными героями?
Ты забыл, кто я по рождению? Простолюдин. Мне, по-твоему, к дворянам сунуться и ждать, пока меня до смерти забьют?
Вот если бы его занесло хотя бы в тело какого-нибудь аристократа — другое дело.
Но нет. Простолюдин. Человек, которому в сюжет даже по статусу не положено было попасть. Не то что второстепенный персонаж — даже не массовка.
Если ничего не менять, однажды его всё равно затянет в этот идиотский ромфантовский сюжет.
Выход был один: заработать право подняться туда, где находились главные герои. А потом взять сестрин роман за шкирку и силой вернуть историю на вменяемые рельсы.
Вот я и записался добровольцем, как последний псих. Сначала меня за сопляка держали: не замечали, а когда скучно становилось — приставать стали меньше. Подумал: ага, вот что работает. В следующий раз выдрал демону кишки и начал жевать. После этого мне даже в глаза смотреть перестали.
…
Хуёво было, конечно. Десять лет пахал как собака.
Хе-хе-хе.
Мужчина рассмеялся так, что нормальным человеком его в этот момент назвать было трудно.
Знаешь, что самое смешное? Я так рвал задницу, лишь бы влезть в сюжет, а воевал столько лет, что теперь не помню толком ни сам сюжет, ни имена главных героев.
Кем он был. Откуда пришёл. Где находился дом, в который когда-то собирался вернуться, — всё это тоже постепенно стиралось.
Остались только убитые демоны, погибшие товарищи и залитая кровью дорога, по которой он сюда дошёл.
Пора. Мы тут и так достаточно провалялись. Остальные ещё орать начнут.
…
Пошли уже.
…
Мужчина повернул голову.
Глаза солдата были пусты. Невижущий взгляд проходил сквозь него куда-то дальше.
Уходишь?
Ответа не было.
Значит, уходишь.
Голос оставался сухим. Ни слёз, ни дрожи — только та же пустота, что застыла в глазах мертвеца.
Прощай. Натерпелся ты достаточно.
Он не станет оглядываться, друг.
Часть его самого тоже умерла здесь, рядом с тобой.
Мужчина закрыл солдату глаза и поднялся.
Вокруг лежали тела — человеческие вперемешку с демоническими. Единственным человеком, который ещё двигался, был он.
Он встал!
По рядам демонов прокатились визг и хриплый рёв. Они попятились, и в их глазах плескался страх.
Эти твари привыкли смотреть на людей как на корм, как на низших существ. Но перед одним-единственным человеком уже не могли скрыть ужаса.
Человек! Сделка! Давай заключим сделку!
Сделка.
Мужчина посмотрел на заговорившего демона.
Я исполню твоё желание! Ты ведь слышал о силе демонов? Мы способны на такое! Проси что угодно: силу, власть, женщин
Тогда верни меня в мой прежний мир.
Демон запнулся. Такого ответа он явно не ожидал.
Прежний мир? О чём вообще говорит этот человек?
Не можешь.
Э-это…
Переговоры окончены.
В глазах мужчины полыхнула магия.
Ни сияющих доспехов, ни грозного оружия. Потёртая кожаная одежда и меч со щербатым лезвием — вот и всё.
И в таком виде он уже перебил бесчисленное множество демонов.
Человек! Подожди!
Демоны отступили ещё на шаг.
Мужчина двинулся вперёд.
Демоны привыкли быть охотниками, а людей считать добычей.
Но сейчас роли поменялись.
Демонов надо убивать.
Перед ним были сотни демонов. Он был один.
Но дрожали они, а вперёд с улыбкой шёл он.
Началась бойня.
Демоны умирали один за другим, попадали в кровавый водоворот и превращались в ошмётки. Ни один не мог устоять перед ним.
Они сопротивлялись. Мужчина тоже получал раны. Но не останавливался — убивал снова и снова. Рубил мечом, ломал кулаками, втаптывал в землю ногами.
В конце концов демоны начали оседать на землю, уже не в силах даже сопротивляться. Сражайся, беги — от этого человека всё равно не уйти.
Он не падал.
Он убивал демонов.
Он один властвовал над полем боя.
Он был один — и непобедим.
Огромная армия демонов пришла, чтобы уничтожить королевство. Даже Союз, предвидя поражение, отступил.
И всё же демонов сокрушил один человек.
Перед невиданной прежде угрозой демонического вторжения континент сумел объединиться.
Империя и королевства встали плечом к плечу, другие расы тоже присоединились. Континентальный союз родился из простой необходимости выжить.
В конце концов демонов отбросили назад. Союз объявил победу и учредил День Победы.
Больше десяти лет все вместе сражались против общего врага. Демоны могли вернуться в любой момент, а война и без того оставила после себя слишком много разрушений.
Так что отношения между союзниками следовало беречь.
Я, Принц, второй принц королевства Касен, вызываю вас на дуэль!
Принимаю. Я, Эван, маркграф Эферской империи, принимаю ваш вызов.
И вот эти самые отношения уже начинали трещать по швам.
Ваше Высочество Принц. Неужели Касенское королевство вмешивается даже ради какой-то мелкой дворянки?
Будем считать, что я всего лишь предупреждаю невоспитанного имперского дворянина, который пытался силой утащить госпожу Эстель в бальный зал после того, как она ему отказала.
Эферская империя и Касенское королевство были главной опорой Союза. В войне с демонами им жизненно необходимо было держаться вместе.
География не оставляла выбора: падёт одно государство — следом погибнет и второе.
Демоны могли вернуться когда угодно. Ради самого существования Континентального союза любой конфликт между двумя странами следовало гасить в зародыше.
И именно сейчас маркграф одной державы и второй принц другой собирались драться на дуэли.
Да ещё где — на приёме в честь одиннадцатой годовщины создания Союза.
Их разве не надо остановить? Дуэль посреди такого праздника, да ещё между Касеном и Эфером…
С Касеном уже говорили. Но принц упёрся намертво
В Империи то же самое. Даже имперский принц вмешался, а потом махнул рукой.
Дуэль на празднике, устроенном ради укрепления единства Союза.
Абсурд.
И что ещё смешнее — причиной всего стала одна молодая аристократка из королевства.
Окружающие пытались вмешаться, но оба мужчины твёрдо решили драться.
«Вот мой шанс заставить госпожу Эстель меня запомнить».
«Эстель, кажется? Сейчас покажу ей, что имперский дворянин куда лучше».
Хотя, может, всё было проще: обоим просто хотелось привлечь внимание одной женщины.
Если меня ещё раз попытаются остановить, я сочту это оскорблением королевской семьи Касена.
Я действую в пределах полномочий маркграфа. И ответственность за всё тоже беру на себя.
Не вмешивайтесь.
На кону мужская любовь и гордость.
Того, кто полезет между ними, не простят.
После таких предупреждений гостям оставалось только отойти.
И вот, когда дуэль Принца и Эвана уже должна была начаться…
Глухой удар пришёлся Эвану точно в солнечное сплетение.
Кх…
Маркграф, которому доводилось сражаться с демонами, рухнул на пол и даже пустил пену изо рта.
Следующий удар обрушился Принцу на макушку.
Кха!..
Пронзившая голову боль заставила его схватиться за темя и рухнуть рядом. От прежней царственной спеси не осталось и следа.
Всё произошло быстрее, чем кто-либо успел моргнуть.
Гости ошеломлённо уставились на безумца, осмелившегося сделать такое.
Демоны ещё не все сдохли.
Глаза мужчины полыхали. От него веяло такой жутью, что воздух вокруг будто стал тяжелее.
Если у вас остались силы махать здесь мечами, лучше убейте ещё парочку демонов.
Он только что поднял руку на имперского вельможу и члена королевской семьи.
Но никто не решился его одёрнуть.
Все слишком хорошо знали, кто перед ними.
Погодите… Неужели это он?
Точно. Он. Тот самый Каин!
Не думал, что он вообще появится на таком приёме!
По залу прокатился шёпот.
Убийца демонов.
Палач.
Десница Бога.
И...
Кх… Да как ты смеешь! Какой наглец посмел поднять руку на особу королевской крови?!
Ударить маркграфа, которому сам Его Величество Император даровал особые права… Жить надоело?!
Странно. Разве мы собрались здесь не для того, чтобы отпраздновать создание Союза? Если вы это понимаете и всё равно устраиваете подобное, я вполне могу решить, что демоны поручили вам посеять между союзниками вражду.
Ч-что?!
Да как ты смеешь!..
Вот именно.
Он не уступал никому, кем бы ни оказался человек перед ним.
Так что пока я всерьёз вас не заподозрил, закройте рты и идите спокойно пить.
Бешеный пёс Империи.