Том 1 · Глава 57. Наша ночь длиннее моей (3)
После неловкой сцены И Джэ всё-таки удалось добыть бутылку алкоголя и рюмку.
Она страшно смутилась — до такой степени, что не знала, куда себя деть, — но, немного опомнившись, вдруг слегка усмехнулась.
«Так вот как это поняли...»
Впрочем, ничего удивительного. Случалось, его величество и сам попадал в щекотливое положение из-за чересчур упрямых... физиологических проявлений.
Но, несмотря на это, он старался как можно чаще спать рядом с ней. Да и днём мало что менялось — он постоянно стремился прикоснуться к ней хотя бы кончиками пальцев, нежно обнимал её.
Однако мысль о том, что её подозревают в том, чего она даже не делала, вызывала у неё лёгкую досаду.
«Почему он мне ничего не сказал?»
Или боялся, что она начнёт переживать?
И Джэ бросила косой взгляд на спящего короля и фыркнула от смеха.
«Чем больше узнаю, тем интереснее этот человек».
Подойдя к окну, она нащупала за рамой спрятанный талисман. Глубоко вдохнув, И Джэ сорвала его, и печать, наложенная на комнату, растворилась.
Лёгким движением руки она поманила духа-пьяницу. Сущность, возникшая в воздухе, заколебалась, но жажда пересилила осторожность — пройдя сквозь окно, призрак проник внутрь. И Джэ немедленно замкнула барьер.
Дух сник — смотрел исподтишка то на неё, то на Родерика. Сутулые плечи, блёклые глаза — он не казался угрозой.
Но И Джэ хорошо знала таких духов. Со временем они становились опасными. Пока что он не набрал силу лишь потому, что рядом с Родериком обычно была она, да и он сам неплохо сопротивлялся.
Оставь его величество в покое и подойди сюда.
Когда тот всё ещё мялся, она тяжело выдохнула:
Ты свою жизнь вином угробил, теперь хочешь и чужую заодно?
Произнесла она спокойно, но в голосе звучала сталь. Призрак глянул на неё мутными глазами.
И пока они так стояли, глядя друг на друга, из треснувшего ларца донёсся недовольный голос:
И Джэ, ну хватит уже таскать их сюда. Невозможно нормально выспаться.
Дух ларца раньше дрожал, но теперь, кажется, понял, что эта комната вполне безопасна, и вёл себя всё наглее.
Вот уж благодать… Это я хочу выспаться, если уж на то пошло. А ты вообще умеешь спать?
Знал, что не прокатит,
Ей даже захотелось влепить ему щелбан, но она только обречённо вздохнула. Ситуация становилась всё более абсурдной.
Схватив всё ещё нерешительного духа-пьяницу, она усадила его на пол.
«Боже, посмотри, как у него трясутся руки…»
Она поставила принесённые рюмку и бутылку на пол, села напротив духа, скрестив ноги, — между ними стояла выпивка. И прежде чем начать, обратилась к духу из ларца:
А ты залезай обратно.
Куда?
Как куда? В свой разваливающийся «дом».
Ну чего ты! Злишься, что ли? Не выгоняй меня, я тоже хочу поиграть.
«Ты вообще понимаешь, насколько это опасно?»
Она снова тяжело вздохнула. Дух в это время наблюдал за ней с интересом — он часто копировал людей, но поза лотоса давалась ему с трудом.
Когда он с трудом уселся криво-косо, И Джэ, цокнув языком, снова повернулась к призраку-пьянице:
Эй, почему ты вообще слоняешься без дела? Людям мешаешь.
…
Мы что, с тобой такие уж закадычные знакомцы?
Дух задрожал всем телом. Что-то забормотал — И Джэ нахмурилась.
Что ты сказал? Повтори.
…
…Двигаться надо, чтобы похмелье прошло?
…
Ты всё ещё мыслишь, как живой, да?
Такого она никак не ожидала — дар речи пропал.
«Этот ритуал будет непростым…»
Дух ларца, прыснув со смеху, выкрикнул: «И Джэ, да тресни ты его уже!» — но она лишь метнула на него убийственный взгляд, и тот тут же прикусил язык.
И Джэ налила себе полную рюмку. Шаманы пьют во время ритуала, чтобы успокоить духов. Она залпом осушила свою порцию и плеснула ещё — уже для призрака.
Пристально всмотревшись в его лицо, она поняла, что он умер не так давно. В отличие от других призраков, он избегал её взгляда.
Хотя, впрочем, для духов-пьяниц это было характерно.
Ты ведь и сам знаешь, что не сможешь с ним ничего сделать. Даже со своей силой.
…Да.
Если бы к нему сразу не прилипло столько злобных духов, такой человек вообще не обратил бы внимания на мелкого духа вроде тебя.
И Джэ осушила рюмку, который ранее поставила перед духом, затем вновь налила и поставила перед ним.
Уничтожить? Или попытаться убедить?
На самом деле, она приняла решение ещё когда попросила алкоголь.
У меня нет сил на тебя. Да и не хочу я уничтожать тебя своими руками.
Каждый день под дверью их с королём покоев стояли в ожидании духи, куда более страшные и одержимые жаждой мести.
Так что давай выпьем по паре рюмок
…
Судя по всему, умер ты не так давно. И обида твоя не слишком глубока, вот я и решила пойти таким путём.
После этого И Джэ продолжила пить с духом-пьяницей. Со стороны могло показаться, что она просто пьёт в одиночестве.
Но даже после четвёртого бокала зловещая аура призрака ничуть не изменилась.
Обида не отпускает. Значит, не то. И Джэ вновь внимательно вгляделась в его лицо.
Где тебя похоронили?
Призрак, затуманенный взгляд которого метался по сторонам, как у человека в бреду, бормотал:
Общественное кладбище на улице Белфастон.
А точнее?
…
Я не собираюсь вредить, просто скажи. Странно… Почему ты, злобный дух, такой подавленный?
…Третья могила от входа.
Третья, значит?
Место ей показалось незнакомым, но она кивнула и продолжила:
Кто-нибудь приходит к тебе?
В этот момент дух начал дрожать сильнее. Казалось, обида и ярость вновь поднимаются в нём. С виду обычное поведение пьяного, но с учётом того, что перед ней был неупокоенный дух, всё было куда серьёзнее.
И Джэ, уловив недобрую энергию, инстинктивно поднесла пальцы к солнечному сплетению.
«Успокойся, о душа. Вода тиха, если река глубока. Усмирись, дух».
Она сосредоточила энергию и лёгким щелчком коснулась его лба. Постепенно призрак начал успокаиваться. И Джэ тяжело, в который раз за вечер, вздохнула.
Вот так и заканчивают люди, что жили, как он. При жизни — всё больше одни. А потом — навсегда одни.
Кажется, просто упокоить его не получится. Придётся уничтожить?
С злобными духами нужно быть жёстким, иначе они затянут экзорциста в свою пучину. Но её сомнения не утихали, и она в задумчивости почесала щёку.
Дело в том, что хоть дух и носил в себе обиду, тяжкого греха в нём она не ощущала. Потому и не хотелось уничтожать.
После долгих раздумий, наконец приняв решение, И Джэ заговорила:
Для меня это тоже непросто.
……
Я велю кому-нибудь поставить рюмку алкоголя на твою могилу.
Да, в этом мире нет традиционных поминальных подаяний, но разве лишняя рюмка перед уходом может навредить?
Она кивнула сама себе.
Но взамен ты отпустишь обиду и уйдёшь с миром.
…
Справишься?
Призрак ничего не ответил, только смотрел на неё своими пустыми глазами.
Честно говоря, возможно, всё это — бессмысленно. Алкоголь похож на гнев — он разжигает внутри.
Однажды юный король сказал ей:
«И что толку давать таким шанс?»
Он был прав. Те, кто сознательно губит свою жизнь, и после смерти не могут вырваться из этого круга.
Что если она отпустит его сейчас, а он снова начнёт блуждать по миру, не находя покоя?
Но, плотно сжав глаза и открыв их вновь, И Джэ сказала:
Раз уж не смог при жизни
…
У тебя ещё есть шанс обрести покой. Ты сможешь.
…
Я помолюсь за тебя. Обещаю.
И тут призрак вновь затрясся. И Джэ в испуге приготовилась действовать, но вскоре поняла — что-то не так.
Она ещё не произнесла ни одного заклинания, а его облик уже начал медленно растворяться.
Это было не проявление ярости. А как если бы глыба, давившая изнутри, наконец начала таять.
Такое она видела впервые и в изумлении наблюдала.
Что с тобой…
Он дрожал всем телом и беззвучно лил слёзы. Словно затравленный, опустился на пол и распластался.
И Джэ, слегка прикусывая губу, наблюдала за происходящим и вскоре поняла, в чём дело.
Тому духу при жизни и после смерти было нужно нечто большее, чем алкоголь. Поддержка, вера в то, что он может выбраться из этого круга. Он осознал это… но слишком поздно. Потому и остался после смерти — в обиде, в узах неупокоенной души.
Почему-то на сердце у И Джэ стало тяжело. В последний раз она подняла рюмку за призрака.
Иди с миром. Жизнь у тебя, видно, была нелёгкая.
…
Вместо вина на могилу поставлю цветы.
…Спасибо.
Она наблюдала, пока дух не растворился без следа.
Когда она принимала на себя чужую боль, её сердце тяжелело. Чтобы успокоиться, И Джэ снова села в позу лотоса и закрыла глаза.
«Бабушка… люди так глупы».
Даже с «глазами» я не вижу столь многого.
Может, именно из-за этих глаз я стала судить мир слишком поспешно.
Когда И Джэ вновь открыла глаза, ей довелось лицезреть поразительное зрелище.
Дух ларца сидел, положив руки на колени, и снова её передразнивал.
И Джэ с кривой миной уставилась на него сверху вниз.
Ты…
Да!
Если будешь и дальше так отвлекать меня, я вырву все амулеты из твоего «дома».
…И Джэ ведь не такой подлый человек…
Тогда я устрою тебе жизнь без сна и еды, только работа. День и ночь.
Это жестоко!
Хмм… Нет. Тебе как раз нужно многое мне прочитать.
Уловив в её лице искреннюю решимость, дух примолк и забился вглубь шкатулки. И Джэ, наблюдая за ним, тихонько усмехнулась.
Но встав, она ощутила себя странно. Мир вдруг качнулся, будто закружился вокруг неё. И Джэ на миг растерялась.
Эй…
Что за…? Меня сейчас шатает?
Первым делом она решила убрать со стола бутылку.
Но всё только начиналось.
Ик! Икк…!
Внезапная икота заставила И Джэ зажать рот рукой.
Но испытания на этом не закончились. С кровати донёсся звук шевеления — король задвигался во сне. Когда она увидела, как он во сне шарит рукой по пустому месту рядом с собой, сердце её ушло в пятки. В панике она бросилась к столу, налила воды и приготовилась к действию.
«Ах да, я же знаю один идиотский народный метод!»
Но тут раздался голос, который был лишь началом надвигающегося бедствия.
…Хэйли.
И Джэ едва не поперхнулась. Сверхъестественным усилием воли, сравнимым с тем, что она проявляла перед лицом духов, ей удалось не выплюнуть воду. Когда она обернулась к кровати, сонный, но уже смотрящий на неё взгляд короля встретился с её глазами.